Пауль Эскапист – Перерождение: Древо (страница 7)
Сами по себе эти две особенности работают сообща, подбирая наиболее выгодную стратегию выживания и роста, однако при моем вмешательстве возникли некоторые сложности. Так, например, когда я выращивал листья, то механизм
Ну а в остальном ничего интересного не случалось. Орки все также в каменном веке, а из местной живности никого так и не видел, но это не значит, что никого нет. Планет на небосводе пока не обнаружил, так как наблюдать и запоминать расположение звезд на небосводе даже с моей памятью дело практически невозможное, поэтому я исследую небо кусками, уделяя по паре месяцев на каждый. Месяцем я решил считать период в тридцать дней, так что в году получилось тринадцать месяцев и один день вне исчисления, решил его отмечать как новый год. Обзывать месяца никак не стал, все равно кроме меня эти названия никто знать не будет, поэтому просто обозначил их цифрами по порядку.
Если на получение второго ушел один год, на получение третьего — два, а четвертого — три, то на получение пятого ушло четыре года. Как итог, с начала жизни в этом мире прошло целых десять лет, Огромная цифра, если вдуматься, да и арифметическая прогрессия наблюдается. Получается, если дальше все будет идти такими же темпами, то десятого ранга я достигну где-то за сорок пять лет.
И вот, наконец, мне доступен к выбору первый вторичный аспект.
На сей раз в пятерку по совместимости попали следующие варианты:
Учитывая, что на сей раз совместимость аспектов относится не ко мне, а к уже выбранному основному аспекту, то результат относительно ожидаем. Лишь наличие аспекта Души заставило меня немного задуматься над выбором, однако, после коротких раздумий, я решил следовать изначальному плану и взял Аспект Жизни, после чего вылезла системная надпись:
Не скажу, что почувствовал в себе какие-то изменения, но что-то новое в ощущениях точно появилось. Эксперименты над собой по применению нового аспекта почти ничего не дали, а значит нужна практика и опыты, желательно над чем-то живым и не являющемся частью меня. Ибо есть подозрение, что применение вторичных аспектов непосредственно на себя значительно ограничено по сравнению с основным.
Для приманивание чего-нибудь живого я решил использовать приманку, а именно — воду. Создав и поддерживая вокруг себя приличную такую лужу, а никак по другому назвать это не могу, я начал ждать, надеясь что кто-то учует запах воды. Результата пришлось ждать довольно долго, скорее всего из-за того, что располагалось все это на дне кратера, однако удача пришла откуда не ждали — с неба.
Впервые заметив неизвестный летающий объект, похожий на худую птицу с длинным хвостом, я обрадовался своей удаче. Ведь до этого, со своей неудобной точки обзора, никого в небе я не видел, а тут нечто новое. Поэтому, выйдя из состояния созерцания, в котором я провожу основную часть времени чтобы не сходить с ума от обилия лишних мыслей, я начал ждать, надеясь что неведомая птица заметит источник воды и соизволит приземлится.
Мои ожидания оправдались и вскоре силуэт направился в мою сторону и вскоре я смог его как следует рассмотреть. Это оказалась не птица, по крайней мере в привычном понимании, а что-то больше напоминающее помесь птеродактиля и грифа с головой какого-нибудь велоцираптора, а также хвостом ящерицы. И это маленькое чудо, которое было, по большей части, покрыто перьями, летело прямо ко мне и шло на посадку.
Дав ему немного попить и расслабится, я использовал заранее приготовленную и много раз натренированную схему, не спрашивайте сколько маны слил на тренировки — очень много. Волевым усилием я заставил специально выращенные корни за считанные мгновения вырваться из-под земли и опутать сначала лапы, а потом и всю "птицу" которая, не желая стать добычей неведомого хищника, всеми силами стала пытаться вырваться.
Наш поединок занял от силы пару минут, за которые я истратил чуть больше четверти запасов маны, а они у меня сейчас довольно большие, пятый ранг как-никак. Теперь пациент надежно зафиксирован, и настала очередь второй фазы, проверить эффективность которой на практике у меня пока не было возможности. А состоит она в том, чтобы с помощью магии жизни, подступы к которой я все же нащупал, усыпить это чудо в перьях.
Уже привычным образом я, одной лишь силой воли, применил собственные силы, однако, в этот раз, обратившись еще и к аспекту Жизни. Корни от этого зашевелились и, к моему удивлению, от них начали отрастать боковые отростки гораздо меньших размеров, проникая бедной зверушке под оперение чтобы добраться до кожного покрова, однако, достигнув его, они просто останавливались, также на корнях начали вырастать бутоны, которые вскоре распустились в цветки белого цвета, чем-то напоминающие лилии, которые начали еле заметно светится. Быстрое переключение
Недовасилиск, а именно с ним у меня почему-то ассоциировалось это существо, вскоре затих и я преступил к экспериментам…
Над мирно спящим пернатым я провел серию опытов для проверки возможностей аспекта Жизни. В итоге, даже без вскрытия, мне удалось узнать много о физиологии, строении и особенностях конкретного этого вида местных обитателей, а там уж и
Тогда я сразу использовал полученное умение и смог увидеть общие сведения о своем временном заложнике:
Больше всего меня удивило название этой зверушки, а точнее то, что оно есть. Ведь, если следовать логике
Принадлежность же и без системы была очевидна — ящер в перьях и летает. Кстати крылья у него оказались смешанными, то есть у них была и перепонка и перья, довольно необычное сочетание, как по мне. Также, пока была возможность, я запросил информацию о его названии и стадии развития, однако ответ пришел лишь по второму пункту.
Не то, чтобы это было так уж важно, полезно или актуально, но хоть что-то. И, так как ничего, помимо жизни, с подопытного теперь не взять, то я решил в качестве моральной компенсации проверить возможности исцеления и модификации организма пациента.
С исцелением все вышло довольно удачно — исчезли все травмы, полученные Крылатым во время нашей схватки, а также значительно облегчились последствия старых. Модификация же организма прошла с огромным скрипом и расходом большей части оставшейся маны, выдав в итоге гораздо менее серьезный результат чем я планировал — небольшие улучшения части нервной системы, отвечающей за соображалку у этого вида, а также немного прокачал мышцы и суставы.
На остатках свободных запасов маны я также постарался заставить организм птерозавра выработать гормоны, которые выполняют роль эндорфина или чего-то похожего. Расчет был на то, что вспоминая ощущения после случившегося, он, рано или поздно, решит вернутся, а там уж и запасы маны восстановятся. Со временем сделаю из этого вида самых крутых ящериц на диком западе.
Могу смело утверждать, что первое приручение животного растением можно считать успешно завершенным. После того, как три года назад Крылатый охотник освободился от ослабших пут и улетел в даль, он начал наведываться ко мне примерно раз в три месяца, и каждый раз я его усыплял, лечил, улучшал, а потом давал дозу эндорфинов.
Кстати, я понял от чего в самый первый раз на модификацию было затрачено так много маны — улучшения происходили на генетическом уровне. Об этом я узнал, когда принялся за детальный осмотр во время второго прилета зверушки. Тогда я попробовал внести изменения чисто на физиологическом уровне, однако смог лишь улучшить уже имеющиеся природные данные без каких-либо глубоких изменений. Можно сказать, что пернатик достиг предела прокачки своего вида и круче ему не стать без использования генетических улучшений.