Пауль Эскапист – Начинающее Божество (страница 10)

Первое, ближайшее племя, было захвачено через два года в самый разгар лета. Нер’Куртак с небольшим отрядом сопровождающих и запасом провианта, чтобы не делать лишних остановок, отправился к соседям и провернул там все по той же схеме — пошел драться, победил сильнейших воинов и вождя, принял племя под свою опеку. Разве что в этот раз он не походил на ходячий заледеневший труп с неподвижным выражением лица. Оттаял.

В следующие три года еще пять племен сдались на милость Нер’Куртака, и он, следуя традициям своих родных земель, решил избавится от приставки к своему имени. Подобной чести удостоился лишь Шаман Зул, чью мудрость, опыт и величие признали все — и орки, и Духи. Отныне он Куртак — орк, переплывший бескрайние воды, объединивший разрозненные племена под своей холодной рукой, и сделавший стихию своей силой.

Слухи о нем и его силе распространялись по равнинам гораздо быстрее, чем орк завоевывал другие племена. В итоге, спустя еще семь лет и семнадцать племен, с некоторыми из которых даже Куртаку пришлось поднапрячься во время боя, оставшиеся решили просто примкнуть его Племени. Племени Красного Льда.

Сейчас же, спустя три года после великого объединения, Куртак только и занимался тем, что обучал выбранных им учеников боевым навыкам, готовя их к Испытанию Холодом — так он назвал события многолетней давности. Однако перед эти его ученики должны будут воспитать своих — набирать себе новых он не собирался. Когда же кто-ибо из них догонит его по силам, Куртак сразиться с претендентом и, если тот покажет себя достойно, уйдет дальше странствовать.

Завоевания и многочисленные сражения с гордыми, но слабыми врагами хоть и принесли ему удовольствие, однако этого все еще было мало. Вопрос был лишь в том, стоит ли идти дальше на север в поисках мифических животных, или принять другой вызов — подняться на самую вершину горы, где лед и пламя все еще кружатся в смертельном танце. И чем выше — тем жарче языки вырывающегося из горы пламени, и тем холодней глыбы нерушимого льда.

Куртак уже бывал у ее подножья, куда никто из местных добраться был не в состоянии, и успел проникнуться мощью стихий. И именно эти впечатления, всколыхнувшие уже знакомы струны в его душе, заставляли задуматься над выбором. Ведь те легендарные звери могли уже давно умереть, или оказаться не сильнее того лесного чудища, убитого им в начале путешествия. Все это орку предстоит долго и упорно обдумывать…

Республика процветала. Не прошло и трех десятков лет после сражения с орками, и с тех пор затраты на армию и оборону в разы снизились, а выделившиеся средства пошли развитие государства. И львиная доля всех этих расходов пришлась на освоение западных земель. Опасные воды и непроходимые горы больше не являлись препятствием для людей, желающих выцепить себе и своей семье кусок по жирней на новом месте. И не безосновательно, ведь западные земли оказались богаты и, что более важно, обширны.

Однако эта обширность была благом лишь для людей, но никак не для Республики, которой часто приходилось вводить законы специально для осваиваемых территорий, закрепляя уже прижившиеся практики. Так кто угодно, собрав достаточно людей, мог обосновать собственное поселение в любом месте, если на него не претендует администрация. Ну а если претендует — фактическому главе всегда можно договориться о сотрудничестве, сохранив хлебное место.

Одним из таких мест было поселение примерно на тысячу человек, расположившееся у большого озера. Особенность его местоположения была в том, что река, исходящая из водоема, оказалась глубоководной и впадала в море, из-за чего планы по застройке городка была расписаны уже на годы вперед. И в этом прекрасном вольном поселении, возглавлял которое очень амбициозный и дальновидный человек, выходец из семьи потомственных торговцев, возрождались гильдии.

За десятилетия подготовки к вторжению Гильдии Магов и Воинов полностью утратили свою автономность, став частью государственной машины. Градоначальник же решил вернутся к истокам и, пользуясь дарованными привилегиями узаконил создание средних и малых организаций, в которых могут состоять как воины, так и маги, чем сразу же воспользовались отставные военные, создав Гильдию Охотников.

Ее создание всего за год решило проблему с перебоями в поставках продовольствия, сделав запад более независимым и обогатив всех причастных. Вскоре гильдий стало становится все больше, некоторые из которых занимались практически одним и тем же, что порождало конкуренцию даже в таких направлениях, как добыча камня, руды и фермерство.

Со временем способы борьбы за заказы и рабочих становились изощреннее — гильдии стали сотрудничать между собой и предоставляя своим партнерам скидки на товары и услуги. Одной из таких гильдий, была Целебная Длань, в которую вступали маги, способные на лечение, и обычные люди, что смыслят в медицине и в целебных свойствах трав…

Руфус трясся в повозке каравана, который очень удачно подвернулся при выходе из города. И хоть идти до заказчика всего ничего, каких-то два часа, от сомнительного удовольствия преодолеть это расстояние сидя старик решил не отказываться.

В свои семьдесят он выглядел на все пятьдесят — все благодаря магии. Правда именно что выглядел, так как магом он был не слишком сильным и не мог слишком сильно воздействовать на организм, зато опыта ему было не занимать. Именно поэтому на выполнение заказа отправили его, так как обращение от семьи фермера, членов союзной гильдии, было весьма странным.

Обычно лечение просят если кто-то сломал себе руки, ноги, напился до беспамятства, отравился неизвестным грибом, надышался каменной пылью от чего стал хуже дышать, или получил иную серьёзную травму, с которой невозможно нормально продолжать работу. Также магов Жизни заказывают чтобы излечить скот от какой-нибудь болезни или способствовать появлению более жизнеспособного потомства — приходилось и таким заниматься по молодости. Так что же такого странного было в обращении?

А было там перечисление симптомов, не подходивших ни под один случай в практике врачевания, однако встречающиеся у… скота. И это вгоняло старого маго в замешательство, ведь всем известно, что люди…

…Не болеют…

Глава 9

Жизнь

Далеко на юге, где деревья достигали всего метров двадцать в высоту из-за своего малого возраста и по мере удаления от моего основного тела, становились все меньше, вплоть до небольших кустиков в ранее безжизненной почве, мои корни уперлись в самые натуральные джунгли. Уперлись, проникли и сделали их частью общей системы. И что я могу сказать по поводу увиденного?

Там кишит жизнь, притом весьма разнообразная. Видимо сыграл тот факт, что Великая Пустыня, даже с учетом небольшой полосы зелени вдоль берега, препятствовала естественной миграции видов, из-за чего местные животные порою сильно отличались от ранее виденных. Так сказать, Австралия на минималках. Однако в том мире материк пробыл в абсолютной изоляции миллионы лет, а здесь… по всей видимости времени тоже прошло достаточно, хоть изоляция и была частичной.

Первая странность заключалась в деревьях — они были покрыты множеством тонких и острых отростков, внутри которых был… яд. Странный способ защиты, но оправданный, ведь у деревьев, что не имели подобной защиты, листва была местами обглодана. Виновника я нашел быстро — сложно не заметить огромную тушу, похожу на короткошерстную помесь медведя с ленивцем высотой от пяти до шести метров. При этом деревья не всегда были способны выдержать вес опирающихся на них животных и часто оказывались сломаны или выдернуты из земли, из-за чего в густом лесу образовывались относительно широкие тропы, по которым бродили небольшие стада этих безымянный созданий.

Помимо этих странных, не очень распространенных творений природы, в лесу обитало просто чудовищное количество прочих животных и растений, из которых я смог выделить лишь несколько наиболее необычных. Остальные же хоть и могли иметь странную, лично для меня, форму тела или способы выживания, но не шли ни в какое сравнение этими видами.

Наиболее интересным оказался гриб, что естественным путем приспособился к передвижению на своих корнях. Делал он это чудовищно медленно — около метра в день, перебирая под землей кучей мелких отростков, что позволяло ему искать наиболее пригодные для проживания места, а также прятаться во время наибольшей активности питающихся им животных. Ради этого гриб развил какое-то отдаленное подобие нервной системы, которое, хоть и в зачаточном состоянии, при этом она принципиально отличалась от моих творений. Не факт, что в лучшую сторону, но отличалась — для проверки придется плотно засесть за опыты, результатом которых вполне может стать появление грибной цивилизации… Займусь этим через пару лет, и, пожалуй, не буду доводить до крайностей…

Вторым по значимости объектом моего внимания стала популяция пауков, что, словно муравьи, образовали колонию, но не где-то под землей, а в деревьях. При этом предпочитали они селиться именно в шипастых, видимо из-за того, что гигантские ленивцы даже не смотрели в их сторону и не угрожали колонии. Чем же они меня так зацепили? Своей ядовитостью, своеобразным симбиозом со своим местом жительства, и потенциальной опасностью для меня — колонии встречались и в обычных деревьях, хоть и в разы реже.