Патриция Вентворт – Светящееся пятно. Кольцо вечности (страница 39)

— И?

— Я погасила лампу и открыла одну из створок. Сначала я ничего не видела, только слышала, как кто-то ходит внизу, во дворике. А затем — почти сразу — мистер Кэролл в своем крыле тоже выглянул в окно.

— Вы его видели?

— О да! Отлично видела на фоне светлой комнаты. Он перегнулся через подоконник и спросил: «Кто здесь?», а тот, кто ходил внизу, ответил: «Спускайтесь, я хочу с вами поговорить».

— Хорошо. Продолжайте.

— Мистер Кэролл спросил: «Окли, это вы?», а снизу ответили: «Вы бы лучше придержали язык! Спускайтесь — поговорим!»

— Что Кэролл ответил?

— Рассмеялся. Понимаете, было очень тихо. А у меня весьма чуткий слух. Мистер Кэролл рассмеялся и сказал: «Я пойду вниз и впущу вас через окно на первом этаже», потом он закрыл окно и задвинул штору.

— А вы что сделали?

— Тоже закрыла окно, вернулась в комнату и зажгла свет. Я решила — не мое это дело, и нечего подслушивать, вдруг они меня застанут?

— Вы еще что-нибудь слышали?

— Нет…

— Ни удара, ни падения?..

— Я ходила по комнате, потом мылась. Когда моешься, обычно ничего не слышишь…

Говорила она нерешительно.

— Вы уверены, что Кэролл сказал: «Это вы, Окли?»

— Уверена! Он произнес имя довольно громко.

— И после того как вы закрыли окно, больше совсем ничего не слышали?

— Не знаю… стоит ли говорить… — подавленно забормотала миссис Тоут.

— Значит, что-то слышали?

— Не то чтобы слышала… Я мылась. Мне показалось… будто кто-то кричит…

— На что, по-вашему, был похож крик?

— Я подумала, что мистер Кэролл зовет мистера Окли. Он просто выкрикнул имя, только громче, чем раньше. Должно быть, громче — иначе я бы не услышала, ведь журчала вода. Хотя мне могло почудиться, я ничего не утверждаю наверняка…

На этом миссис Тоут отпустили.

Когда за ней закрылась дверь, инспектор откинулся на стуле.

— Ну вот! У Окли, считай, петля на шее!

Мисс Сильвер тактично кашлянула.

— Миссис Тоут не готова поклясться, что видела во дворике именно мистера Окли, — сказала она и выдержала самый суровый из взглядов инспектора.

— Она слышала, как Кэролл к нему обратился по имени.

— Это не совсем одно и то же. Мистер Кэролл мог обознаться. Между прочим, последние сведения, которые вы так искусно выманили у миссис Тоут, подтверждают историю мистера Окли. Он объяснял свое присутствие во дворике тем, что кто-то его позвал и он поспешил на голос.

Лэмб коротко и раздраженно рассмеялся.

— А что ему, по-вашему, оставалось сказать? Кэролл выкрикивал его имя во всеуслышание. Надо было найти этому пристойное объяснение, он и придумал, что его позвали и он под этим предлогом обошел дом.

Инспектор продолжал сверлить мисс Сильвер хмурым взглядом, и от него не укрылось выражение ее лица. В нем было что-то птичье: голова наклонена на бок, глаза блестят. Лэмб и раньше такое замечал, и это всегда было неспроста. У птиц так блестят глаза только при виде особенно сочного червя.

— Не разрешите ли теперь задать мой вопрос мистеру Пирсону, инспектор?

— А подождать нельзя?

— Боюсь, что нет.

Инспектор резко развернулся на стуле.

— Зови, Фрэнк!

Появился Пирсон. Разумеется, происходящее крайне его нервировало, однако он был приятно взбудоражен тем фактом, что полиция прибыла вовремя и застукала убийцу прямо на месте преступления только благодаря его, Пирсона, усердию. Он уже предвкушал, как приятно будет потом вспоминать подробности этого дела. Пирсон с нетерпением ждал момента, когда убийства станут лишь предметом его рассказов. Он собирался сказать жене так: «Хорошо, конечно, когда все уже позади. Но до чего неспокойно, когда кругом ужасы творятся и неизвестно, кого убьют следующим». Поскольку в присутствии двух офицеров полиции (один из которых не кто-нибудь, а главный инспектор!) убийства происходят редко, Пирсон ощутил себя в полной безопасности, когда зашел в кабинет, и с удовольствием провел бы там весь вечер. К его глубокому разочарованию, мисс Сильвер сказала:

— У меня к вам всего один вопрос.

— Слушаю, мадам, — тоном дворецкого ответил Пирсон.

— Когда вы вернулись в холл после вечернего обхода, вы подкладывали в камин дрова?

Если кто-то наблюдал бы за Фрэнком Эбботом в тот момент, то увидел бы, как сержант встрепенулся.

— Нет, мадам, — ответил Пирсон, — конечно, не подкладывал.

— Так и я думала. А вы проверяли огонь, когда проходили мимо?

— Это моя обязанность. Я не ушел бы наверх, оставив большой огонь в камине, я должен убедиться, что ни одна искра не выскочит наружу.

— Значит, огонь был маленьким?

— Лежало три-четыре полена, все уже прогоревшие.

— И свежих дров вы не подкладывали?

— О нет, мэм!

— А кто-нибудь еще?

— Больше никто не смог бы — с тех пор, как подняли тревогу.

Мисс Сильвер очень серьезно смотрела на главного инспектора.

— Когда я спустилась в холл после убийства, я заметила тяжелую корягу в глубине камина. В районе десяти часов, когда мы расходились, ее не было. И когда вы заговорили об орудии убийства, я сразу подумала про камин — я посмотрела на него прежде, чем подняться, и как только спустилась. Поначалу я подумала — немного странно, только и всего, однако в ходе вашего разговора с сержантом Эбботом мне пришло в голову, что эта коряга и есть пропавшее орудие. Остается надеяться, что пепел не слишком горячий и не испортит важную улику.

Фрэнк Эббот выскочил за дверь, не дожидаясь конца фразы.

Глава 34

— Что ж, мисс Сильвер, мы вам чрезвычайно признательны. Мы нашли орудие — без всякого сомнения. К счастью, мистер Окли торопился и сунул корягу в камин почти не глядя, не проверив, как она ляжет. Скатись коряга поближе к остаткам огня, наверняка загорелась бы.

Мисс Сильвер решительно кашлянула.

— Окли? — переспросила она. — Вы сказали, мистер Окли, сэр?

Главный инспектор прибег к знаменитому взгляду. Фрэнк Эббот насторожился.

Мисс Сильвер ухитрилась пожать плечами, продолжая проворно щелкать спицами.

— Если коряга — орудие убийства, то мистер Окли не убийца.

В ответ она получила хмыканье и резкое: «С чего вы взяли?»

— Когда мистер Пирсон рассказывал о подслушанном телефонном разговоре, он упомянул, что должен был запереть на ночь все двери и окна. Все окна первого этажа были закрыты и заперты, все двери закрыты на замки и засовы — ваши люди подтвердят. Во-первых, непонятно, каким образом мистер Окли выбрался из полностью запертого дома после того, как избавился от орудия. Но это еще не все! Мистер Кэролл тоже вышел из дома — это совершенно точно. И вышел он уже после того, как дом заперли на ночь, потому что Пирсон видел, как мистер Кэролл направляется наверх, когда завершил обход. Очевидно, что мистер Кэролл затем вновь спустился. Отпер какое-то окно или дверь — иначе как бы он попал на улицу? Однако при осмотре полиции все двери и окна были закрыты и заперты. Значит, кто-то изнутри запер окно или дверь за мистером Кэроллом. Разве не логично предположить, что это был убийца? А мистер Окли этого сделать не мог.

Последовала пауза. Ум инспектора Лэмба был не так быстр, как у мисс Сильвер, однако необычайно практичен и беспристрастен, и сейчас лихорадочно работал, взвешивая приведенные мисс Сильвер аргументы. В конце концов инспектор произнес: