Патриция Хайсмит – Игра на выживание (страница 7)

Детектив резко встал из-за стола.

— На бутылке его отпечатки пальцев, — сказал он, показывая на непочатую бутылку рома на столе. — Такие же отпечатки имеются на остове кровати и на прикроватном столике.

— А как насчет подоконника и ножей на кухне? — уточнил Саусас.

— Мы нашли лишь один нож с отпечатками, да и те принадлежат убитой, — ответил детектив.

— Угу, — неопределенно промычал Саусас. — Скажите, Рамон, вы были влюблены в Лелию?

— Да, — ответил Рамон.

— А, может, вы и жениться на ней собирались?

Рамон поджал губы, а затем вскочил со своего места и, ни слова не говоря, направился к двери. Детектив и двое полицейских бросились за ним и, ухватив за руки, отпихнули от двери. Когда они разворачивали Рамона, Теодору в какой-то момент удалось увидеть его изможденное, страдальчески искаженное лицо. Его швырнули обратно в кресло. Он же снова вскочил на ноги.

— Я не убивал! — кричал Рамон. — Это не я! Не я!

— Никто и не утверждает, что это сделали вы.

Рамон стоял посреди гостиной, и усадить его обратно в кресло было невозможно. По обеим сторонам от него застыли державшие его за руки полицейские.

— Тео, это сделал ты?

— Нет, Рамон, но я её нашел. Я пришел сюда и нашел её, — ответил Теодор.

— Я тебе не верю! Это твои цветы? Что, скажешь, это не ты их принес? — в голосе Рамона послышались истерические нотки.

— Это нам ещё предстоит выяснить, Рамон, — проговорил Саусас. — Сеньор Шибельхут утверждает, что он пришел сюда и влез в квартиру через фрамугу над дверью, потому что у него не было ключа…

— Но ведь у него есть ключ! — перебил Рамон, безуспешно пытаясь вырваться из рук полицейских.

— Я оставил его дома. Так что с собой его у меня не было. Я увидел свет в окне… я звал, окликал её, но она не отзывалась.

— Обыщите его. Посмотрим, нет ли у него ключа, — велел Саусас одному из детективов.

Теодор покорно выложил на стол все содержимое своих карманов бумажник, связка ключей с двумя ключами от машины и ещё двумя от дома плюс маленький ключик от почтового ящика, сигареты, зажигалка, мелочь, пуговица, оторвавшаяся от плаща — а в довершение ко всему детектив ещё и самолично проверил каждый его карман. Кроме того, были проверены ключи со связки — не подойдет ли какой-нибудь из них к замку на входной двери.

Когда с этой процедурой было покончено, Саусас снова обратился к Рамону.

— А у вас при себе есть ключ от её двери?

Рамон кивнул и достал из кармана брюк колечко, на которое было нанизано три или четыре ключа.

— Какой из них ее? — спросил Саусас, и после того как Рамон выделил один из ключей и передал ему связку, открыл дверь и попробовал закрыть её при помощи ключа. Ключ подошел. — Рамон, уходя вы закрывали дверь на ключ?

— Ну разумеется, нет. Она же была дома.

— А вы слышали, как она закрывает дверь за вами?

— Нет. Ничего такого я не припоминаю.

— А обычно у неё была привычка держать дверь запертой?

Этот вопрос поставил Рамона в тупик, и Теодор знал, что однозначно ответить на него было попросту невозможно. Дело в том, что Лелия была женщиной настроения, которой были чужды привычки подобного рода. Она вполне могла собственноручно закрыть дверь за ушедшим гостем, а могла и не делать этого.

— Ключи сеньориты, — неожиданно встрепенулся Саусас. — Энрике, постарайся их найти, — продолжал он, обращаясь к стоявшему в дверях детективу.

Детектив снова удалился в спальню, и Саусас последовал за ним.

Теодор заглянул в стоявшую на книжной полке расписанную глиняную миску, куда Лелия часто бросала свои ключи. Миска была пуста.

Ключи так и не были найдены. Детективы искали их даже на кухне. Но ни в дамской сумочке, ни в карманах ни одного из плащей, ни в одном из ящиков комода ключей так и не оказалось. У Теодора и Рамона спросили, где убитая обычно держала свои ключи, и оба не сговариваясь указали на глиняную миску на книжной полке.

— Вообще-то, в этом смысле она была не очень аккуратной, — сказал Теодор, — но если они все ещё здесь, то рано или поздно мы их обязательно найдем. — Про себя же он размышлял о том, зачем Рамону могли понадобиться её ключи. Хотя возможно, их взял кто-то другой, и у этого кого-то теперь был доступ к этой квартире.

— Рамон, зачем вы забрали ключи? — резко спросил Саусас.

— Я их не брал.

— Что вы с ними сделали?

Рамон выдержал его пристальный взгляд, после чего с невозмутимым видом закурил одну из своих миниатюрных сигареток.

Саусас с задумчивым видом расхаживал по комнате.

— Возможно, они все ещё находятся здесь… а может быть, и нет. — Он пожал плечами. — Похоже, версия о том, что преступник скрылся через окно, по водосточной трубе, летит ко всем чертям. Убийца мог преспокойненько выйти через дверь и запереть за собой дверь снаружи. Рамон, нам придется провести обыск в вашей квартире, но с этим можно подождать. А теперь… — Он замолчал, чтобы прикурить очередную сигарету, и глубоко затянулся дымом, не сводя при этом пристального взгляда с Рамона. — Скажите, Рамон, вы считаете сеньора Шибельхута своим близким другом?

На этот вопрос Рамон отвечать отказался.

— Как долго вы знакомы с сеньором Шибельхутом?

— Три года, — подсказал Теодор.

— А как долго вы были знакомы с Лелией?

— Почти четыре года, — ответил за Рамона Теодор.

— Ага! — встрепенулся Саусас. — Значит, Рамон первым нашел её.

— Да, — подтвердил Теодор. — Но вскоре мы стали дружить все вместе.

— Как мило. И несмотря на то, что вы оба были её любовниками, между вами не возникало никаких разногласий? — уточнил Саусас.

— Нет, — ответил Теодор.

— Рамон, это правда?

— Рамон, скажи ему. Ведь так оно и было на самом деле, — сказал Теодор, когда Рамон снова промолчал.

— Сеньор Шибельхут, не мешайте. Пусть он сам отвечает за себя.

Рамон же, казалось, вдруг стал совершенно спокоен. Полицейские ослабили хватку и отпустили его.

— Рамон, где вы с ней познакомились?

— Я встретил её в соборе, — сказал Рамон.

Полицейские и детективы внезапно рассмеялись.

— Так, в соборе, значит. И вы заговорили с ней? Почему?

Рамон опустился в кресло и закрыл лицо руками.

— Я с ней заговорил, — глухо пробормотал он.

— И что, вы тут же стали её любовником?

— Да, — ответил Рамон, хотя Теодор знал, что это было не так. Они были знакомы уже несколько месяцев, прежде, чем Рамон стал её любовником.

— Рамон, вы давали ей деньги? Ну, за то, что спали с ней?

— Нет, — сердито буркнул Рамон, не убирая ладоней от лица.

— Тогда, сеньор Шибельхут, вопрос к вам. А вы давали ей деньги? — спросил Саусас.

— Я дарил ей подарки. Много подарков. Но денег никогда не давал.

— А каким образом вы с ней познакомились?