Патриция Бриггз – Призрак дракона (страница 31)
Я отвел взгляд от зверя и вновь посмотрел на Сиарру.
— Что с Орегом?
Разговаривать под пристальным наблюдением чудовища было очень нелегко, но я изо всех сил пытался сохранять самообладание.
— Перестань, — сказала Сиарра веселым голосом отца. — Так ты никогда не поймаешь дракона. А этот пытался проникнуть туда, куда ему нет пути. Я поставила его на место.
Она кивнула на Орега.
При каждом слове Сиарры Орег содрогался, словно от удара хлыстом. У меня в памяти всплыл тот день, когда в тронном зале Хурога он вспоминал о страшном избиении.
Я почувствовал, что во мне вскипает жгучая ярость, такая, какую я ощущал, глядя, как отец бьет Сиарру. Я с оглушительным воплем вскочил на ноги. Тамерлейн отступила на пару шагов назад.
— Довольно! — заорал я. — Хватит издеваться над Орегом! И отпусти мою сестру!..
Тамерлейн окинула меня невозмутимым взглядом и спросила, опять голосом моего отца:
— А ты сможешь заставить меня?
От гнева меня затрясло, и услышавшая меня магия поднялась из глубин разрушенного замка и наполнила мое тело обжигающей мощной волной.
Тамерлейн улыбнулась, махнула лапой, и колдовская сила мгновенно покинула мое естество. Мне показалось, что чья-то невидимая огромная рука влила в меня ледяную воду, и вода эта вытеснила кровь и потекла вместо нее по венам.
Я опустился на колени и обхватил разрывавшуюся от боли голову обеими руками.
— Вард!..
Ко мне подскочил Тостен и положил мне на плечи теплые ладони.
Сиарра вдруг закрыла глаза и стала оседать, обессилевшая, обмякшая. Аксиэль успел подхватить ее, не дав упасть на холодный камень.
Тостен легонько похлопал ладонями по ее щекам, но сестренка не очнулась. Тамерлейн дважды взмахнула пушистым хвостом и исчезла.
Я заставил себя не поддаваться панике и не обращать внимания на безумную головную боль, из-за которой было трудно подняться на ноги.
— Аксиэль, Тостен, отнесите Сиарру в лагерь и отогрейте ее. Мы с Орегом тоже скоро придем.
— Ты в порядке? — негромко спросил Тостен.
Я кивнул, стискивая от нового приступа боли зубы.
— В порядке. Ступайте.
Тостен вскинул голову, подобно молоденькому жеребцу, уворачивающемуся от удара кнутом, взглянул на Аксиэля и зашагал прочь, ни разу больше не посмотрев на меня.
Аксиэль проводил его задумчивым взглядом.
— Будь осторожен, Вард, а не то Тостен возненавидит Орега… Если уже не возненавидел.
— С Тостеном я сам разберусь, — ответил я. — Позаботьтесь о Сиарре.
Аксиэль кивнул и двинулся во мрак вслед за Тостеном, бережно неся на руках мою сестренку.
Мне тоже следовало находиться рядом с Сиаррой. Но сейчас с ней были Аксиэль и Тостен. С Орегом — лишь я…
— Все хорошо, — произнес я, неуклюже усаживаясь на каменную площадку — все тело у меня ныло от боли. — Атервон ушел. Ты в безопасности.
Я положил руку ему на голову, но Орег резко дернулся в сторону и прижался, почти вдавился лицом в каменную стену.
— Теперь Атервон ее не оставит… Я пытался… Ничего не вышло… Не оставит, теперь не оставит… Во всем виноват я, я, только я!..
— Тсс, — успокоил его я.
— Ты велел мне защищать ее, а я не смог… Как больно, как же мне больно!..
Он громко застонал.
Я сам изнывал от боли, поэтому не вполне понимал значение его слов.
— Ты ведь пытался помочь ей, а этого достаточно. Главное попытаться, — произнес я, с трудом шевеля пересохшими губами. — Орег, ты меня слышишь? Я не рассчитывал на то, что ты в состоянии уберечь ее от всех земных несчастий.
Я вдруг отчетливо вспомнил, как дал ему распоряжение охранять Сиарру, даже не задумавшись о том, каковы будут последствия, если Орегу не удастся выполнить мой приказ.
Мои слова его успокоили. Он перестал дрожать и, убрав лицо от стены, растянулся на холодном камне. Лишь через несколько мгновений я осознал, что Орег потерял сознание.
К этому моменту боли, которыми Атервон щедро наградил меня, притупились. Теперь я чувствовал себя так, как чувствовал после длительных тренировок. Рывком поднявшись на ноги, я взял Орега, перекинул его через плечо и направился к лагерю.
Аксиэль, Пенрод и Тостен сидели у костра. Никто из них не вымолвил ни слова, пока я укладывал Орега на матрас и укрывал его. Когда я присоединился к ним, Тостен демонстративно встал, удалился к своему матрасу и улегся спать, повернувшись ко мне спиной.
Аксиэль внимательно проследил за его действиями, потом тихо заговорил:
— Я рассказал Пенроду о том, что произошло. Бастилла и Сиарра крепко спят. Надеюсь, они проснутся благополучно.
— Я мечтаю поскорее увезти их отсюда, — сказал я. — Пока мы не удалимся от Менога на приличное расстояние, у меня на душе будет неспокойно.
Пенрод кивнул.
— Сказал ли Атервон до нашего появления что-нибудь важное? — поинтересовался Аксиэль.
Я покачал головой.
— Ничего. Только что-то странное о сердце дракона — что оно прогнило. Как будто я сам не знаю, что состояние Хурога плачевно… — Я мрачно усмехнулся, постарался прогнать злобу на Атервона за то, что он сделал с Сиаррой и Орегом, и попытался мыслить трезво. Что же означали все те странные слова?.. — А еще Атервон сообщил, что на землю могут вернуться драконы. Это якобы зависит от принятия мною верного решения…
Пенрод покачал головой.
А Аксиэль как-то странно напрягся. По его губам скользнула едва заметная улыбка.
Когда все заснули, я сложил кисти рук вместе, ладонями вверх, и на протяжении нескольких минут неотрывно смотрел на них. Наконец я увидел серебристый свет, холодный и яркий. Его излучали мои пальцы, и он поднимался на расстояние нескольких дюймов. Это магическое упражнение я выполнял в глубоком детстве. Нетренированный, каким я был сейчас, ничего другого со своим колдовством я пока не мог делать. Но оно у меня вновь появилось.
Глава 8
ВАРДВИК
Оранстонцам пришлось хорошенько подумать, прежде чем решить, с кем воевать — с ворсагцами или с нами, северянами. Они не любили ни их, ни нас.
Мой отец всегда говорил: узнать о том, что ты уже в Оранстоне, очень легко. Об этом тебе сообщат ветер и дождь.
Толвен, через который мы ехали в Оранстон, был равнинным и плодородным. Гор в нем не много. Оранстон же — горный край. Этим он напоминал мне родной Шавиг. Но у нас в Шавиге никогда не бывало так влажно.
Аксиэль, ехавший впереди меня, сбавил скорость, а когда я поравнялся с ним, заговорил:
— Нам нельзя сворачивать с дороги. — Мокрый, перепачканный грязью, сейчас он никак не походил на сына короля. О своей принадлежности к королевской семье гномов ему, по-видимому, не хотелось заводить речь. Не упоминал об этом и я. — Будем ехать до ближайших гор. Останавливаться раньше опасно. Ровная земля, покрытая травой, в этих местах запросто может оказаться болотом.
Пенрод, который ехал рядом со мной с другой стороны, кивнул.
— В этих землях есть еще одна беда — комары! — Он фыркнул. — Посмотрите, что с нами будет, когда стемнеет и они закружат повсюду.
Как только мы ступили на старую оранстонскую дорогу, поднялся сильный ветер и полил дождь. Лишь к полудню, промокшие и несчастные, мы достигли первой деревни.
Я чихнул.
— Пенрод и Бастилла, направляйтесь в поселение. Попробуйте раздобыть зерна — оно у нас на исходе. И постарайтесь выяснить, где орудуют ворсагцы. А мы дойдем до подножия той горы и раскинем лагерь.
Пенрод кивнул, и они с Бастиллой поехали в сторону деревни. А мы приблизились к возвышенности и остановились у росших внизу деревьев. Шестов для установки палатки у нас не было, поэтому мы использовали вместо них удаленные на подходящее расстояние друг от друга деревья.
Палаткой занялись Аксиэль, Тостен и Орег, а мы с Сиаррой хотели привести в порядок лошадей, которые были не менее уставшими и мокрыми, чем мы.
Как только я спрыгнул с седла и начал снимать его, Нарцисс насторожился, задергал ушами и уставился на дорогу. Через несколько мгновений я услышал громкий топот копыт.