Патриция Бриггз – Плач волка (страница 27)

— Я знаю, кто такие убийцы, — ответила она. — В стае Лео был Джастин. Ты помнишь его, верно? Он был убийцей. — Анна хотела, чтобы Чарльз увидел различие. — Ты — правосудие.

Это прозвучало глупо.

— Как это ни называй… — начал он, отворачиваясь.

Анна глубоко вдохнула, чтобы проверить, сможет ли учуять его эмоции, но почувствовала только запах двух незнакомцев, которые пожертвовали им свою одежду. Может, она просто не знала, как работать носом, или он лучше контролировал себя, чем большинство людей.

Чарльз был осторожным человеком. Осторожен в том, что говорил, и осторожен с окружающими его людьми. Анна провела только одну ночь в его постели и уже понимала это. Он заботился о ней, о своем отце, даже о Джеке, напарнике Хизер. Ее перестало тошнить от беспокойства, когда она собрала все кусочки пазла в единую картину. Как тяжело человеку, который так сильно заботился об окружающих, научиться убивать, даже если это необходимо?

— Нет, — твердо сказала Анна.

Впереди них и немного правее горы вызывающе вздымалась в небеса. Их заснеженные вершины, не защищенные деревьями или растительностью, сверкали на солнце так ярко, что даже через тонированные стекла слепили глаза и звали ее волчицу. В этом месте оборотень мог побегать.

— Убийца — это просто убийца, — продолжила Анна. — Но ты следуешь правилам, вершишь правосудие и стараешься не ненавидеть себя за то, что хорошо выполняешь свою работу.

Ее слова после фиаско прошлой ночи застали Чарльза врасплох. Он посмотрел на нее, но она закрыла глаза и свернулась калачиком на сиденье, чтобы вздремнуть, хотя была в ужасе от него всего пять минут назад. Обычно, когда Чарльз говорил, что он убийца, люди не хотели поспать.

На дороге, по которой они ехали, было больше следов шин, чем обычно для этого времени года, вероятно, из-за поисково-спасательных работ.

Чарльз надеялся, что они с Анной не наткнутся на спасателей.

Этим утром он попросил Хизер отозвать людей и надеялся, что в лесу не будет неподготовленных добровольцев и любителей.

Он хотел максимально ограничить ущерб, который мог нанести бродячий волк.

По его просьбе Хизер передала спасателям, что человек, которого они искали, пропал давно. И скорее всего, они искали только тело, так что нет смысла рисковать жизнями спасателей.

Она рассказала всем, что на Джека напала пума, и напомнила, что приближается снежная буря.

Несколько оставшихся поисковиков сосредоточили свои усилия примерно в двадцати милях к западу от места встречи Джека с бродячим волком. Так Чарльз и Анна, скорее всего, вообще не столкнутся со спасателями.

Теперь дорога вела вверх. Снег хрустел под шинами. Слева Чарльз иногда мельком видел замерзший ручей, хотя в основном его скрывал густой кустарник. Справа электрические провода высокого напряжения тянулись между голыми металлическими столбами, что стояли в лесу. Как раз из-за обслуживающего персонала этих проводов они ехали по пустынной служебной дороге.

Из печки машины шел теплый воздух. В салоне автомобиля было тепло, и покрытая снегом земля, что проносилась за окном, казалось такой далекой. И хотя Чарльз не любил машины, он провел слишком много времени в снегу и холоде, передвигаясь верхом или пешком, чтобы пренебрегать преимуществами вождения.

Подъем становился все круче, и Чарльз снизил скорость, когда машина начала подпрыгивать по камням и ямам, которые были скрыты под снегом. Колеса начали буксовать, поэтому он сбавил скорость и нажал кнопку блокировки осей. От возникшего шума Анна проснулась.

Иногда широкий корпус «Хамви» был не очень полезен. Чарльзу пришлось съехать левыми шинами на обочину, чтобы правая сторона оставалась на дороге. Когда машина накренилась, Анна бросила взгляд в окно и закрыла глаза, съежившись на сиденье.

— Если мы перевернемся, то это, вероятно, тебя не убьет, — заметил Чарльз.

— Верно, — сказала она отрывистым тоном, в котором не было страха, по крайней мере, страха перед Чарльзом. Пока не понятно, кто сейчас преобладал: Анна или ее волчица. — Мне не стоит беспокоиться о нескольких сломанных костях, потому что я, вероятно, не умру.

— Возможно, мне следовало взять старый «Лэнд ровер» Тэга, — бросил Чарльз. — Он так же легко мог преодолеть эту местность и не такой широкий.

Но им труднее управлять, у него ненадежный обогреватель, и он с трудом может набрать скорость на шоссе.

— Я думала, мы едем в дикую местность, — уточнила Анна, не открывая глаз. — Разве такие транспортные средства не надежны?

— Это верно, но мы на дороге, так что все в порядке.

— Это дорога?

Чарльз рассмеялся над ее ироничным тоном, а она показала ему средний палец.

Они преодолели подъем, и машине удалось проползти еще пару миль, прежде чем дорога стала слишком непроходимой.

Ранее кто-то ходил здесь на снегоходах — вероятно, спасатели — но большая часть следов от автомобильных шин исчезла милю назад. Последние следы закончились в десяти футах от того места, где они остановились.

Скорее всего, это был Тэг

— Как долго мы собираемся охотиться? — спросила Анна, поправляя рюкзак, когда они вышли из машины.

— Это зависит от нашей добычи, — ответил Чарльз. — Я собрал вещи на четыре дня, мы будем ходить по кругу, пока не вернемся сюда. Если он не найдет нас к тому времени, мы оставим попытки притворяться людьми и отправимся на охоту за ним. — Он пожал плечами. — Этот горный хребет занимает более двух тысяч квадратных миль, так что нам может потребоваться некоторое время, чтобы найти его, если он пытается спрятаться. Если он охраняет свою территорию и думает, что мы нарушители, то будет охотиться на нас и сэкономит нам много времени и сил.

В детстве Анна пару раз ходила в походы со своей семьей в Висконсине, но они не оставались одни на тропе.

От холодного воздуха щипало нос, кончики ушей замерзли до того, как Чарльз натянул шапку поглубже ей на голову.

И ей понравилась его забота.

— Нам нужно снизить скорость, — сказал Чарльз. — Чтобы мы не только пахли как люди, но и выглядели. — Но темп, который он задал, показался Анне довольно быстрым.

Идти на снегоступах оказалась не так плохо, как она ожидала. Чарльз затянул ремни на ее снегоступах, сказав, что они могут доставить почти столько же хлопот, сколько и помощи. Снегоступы — одно из немногих изобретений современной жизни, которые ему нравились.

Анне пришлось потрудиться, чтобы не отстать от него. Если Чарльз считал это медленным темпом, то как быстро он бегал по лесу, даже в человеческом обличье. Казалось, что ни одна из ран не беспокоила его, и этим утром на его бинтах не появилось свежей крови.

Анна старалась не думать о том, почему у нее была возможность хорошо рассмотреть бинты этим утром. Она поглядела на Чарльза и незаметно улыбнулась. Оказавшись на снегу, одетая в чужую одежду и куртку, Анна забыла об утреннем ужасе и могла лучше оценить хорошие стороны произошедшего.

Она думала о Чарльзе, о том, что под его курткой прятались широкие плечи, и что его кожа немного темнее за ушами. О том, что его запах заставляет ее сердце биться быстрее, и как он прижимал ее к кровати, удерживая на месте, а не загоняя в ловушку под собой.

Анна шла позади него, в безопасности от его проницательного взгляда, которым он мог читать ее мысли и эмоции. Поэтому она могла открыто его рассматривать.

Чарльз был грациозен даже в снегоступах. Время от времени он останавливался и вглядывался в деревья, высматривая любое подозрительное движение. В лесу волк к нем был ближе к поверхности. Анна видела это по тому, как он останавливался и, закрыв глаза, принюхивался. И по тому, как он общался с ней больше жестами, чем словами.

— Сейчас мы увидим здесь больше дичи, чем, когда заберемся выше, — сообщил он, указав на оленя, который настороженно наблюдал за ними из-за густых кустов. — Большинство крупных животных остаются здесь, внизу, где не так холодно, больше еды и меньше снега.

Больше он ничего не говорил в течение долгого времени, даже когда остановился и дал ей немного поесть и попить. Чарльз ждал, пока она все съест, молча пережевывая вяленое мясо и небольшую упаковку сушеных яблок. Когда Анна отказалась от второй горсти фруктов, он сунул пакетик ей в карман.

Хотя обычно ей комфортнее разговаривать, чем молчать, Анна не испытывала желания нарушать тишину леса. Словно он требовал почтения, да и говорить, одновременно пробираясь по снегу, трудновато.

Через некоторое время лес показался Анне немного жутковатым, что довольно забавно, учитывая, что она оборотень. Она не ожидала, что деревья будут такими темными, а из-за тени горы казалось, что день клонился к вечеру.

Иногда Анна чувствовала легкое дежавю. Она поняла, что это похоже на прогулку по Чикаго. Хотя горы выше небоскребов, возникало то же странное чувство клаустрофобии, когда горы словно вгрызались в небо.

Большой ярко-желтый рюкзак Чарльза, который было видно издалека, как и ее собственный неоново-розовый, почему-то вселял уверенность. Чарльз чувствовал себя здесь так же комфортно, как она себя в городе.

Матово-черная винтовка не была такой дружелюбной. Анна умела обращаться с пистолетом, отец часто водил ее на стрельбище, но эта винтовка так же далека от пистолета ее отца тридцать восьмого калибра, как волк от пуделя.