Патрик Уикс – Империя масок (страница 43)

Целью его оказался сэр Мишель. За спиной у него по-прежнему болтался холщовый мешок с доспехами, а на руках он нес свою императрицу. Даже в темноте Бриала разглядела, что лицо Селины неестественно бледно, а по виску струйкой течет кровь.

Удар сильвана пришелся по мешку с доспехами, и от толчка защитник императрицы кубарем выкатился из-под деревьев. Даже в падении он бережно прижимал к себе Селину. Затем уложил ее на землю и, освободив руки, вскочил, обнажил длинный меч, выставил вперед свой щит.

И опешил, обнаружив, что к ним подползает Бриала.

– Ты не сбежала?

– Нет, как видишь, – Бриала проверила пульс на шее Селины – жива и дышит. – Сможем отступить?

Мишель широко размахнулся мечом, срубив несколько веток с гигантской руки сильвана.

– Нас раздавят, не успеем дойти до ручья. – Надсадно ухнув, он отбил удар лесного великана. – Сумеешь унести ее отсюда?

– Вряд ли.

Одно кольцо Селины наделяло магическим огнем любое оружие, которым она сражалась. Бриала лихорадочно ощупала руки императрицы. Ее трясло от изнеможения и гулкого нечеловеческого рева деревьев.

– Ваше величество! – прокричал Мишель, прыжком уходя от очередного сокрушительного удара и срубая внушительные куски древесины со ствола сильвана. – Ваше величество, очнитесь!

В темноте Бриала не могла отличить нужное кольцо. Она сняла оба и не без труда натянула их на свои пальцы.

Затем Бриала поднялась на ноги, вскинула лук, выдернула стрелу из колчана и наложила ее на тетиву. И едва не вскрикнула, когда рубиновое кольцо у нее на пальце ярко полыхнуло и язычки пламени охватили стрелу.

– А ты сумеешь унести ее? – крикнула она Мишелю и выстрелила.

Пламенная стрела вонзилась в ствол сильвана, и древесное чудище отшатнулось, взревев от боли.

Мишель обернулся – и остолбенел, в изумлении уставившись на Бриалу. Та выхватила и пустила вторую стрелу, за ней третью, накрывая огнем ветки и листья чудовища.

– Я… Да, могу, – пробормотал он.

Деревья перед ними с треском разошлись, и еще один сильван вывалился из чащи, спеша на подмогу объятому пламенем сородичу.

Бриала выпустила в него огненную стрелу и на краткий миг позволила себе отвлечься, чтобы поглядеть на бледное прекрасное лицо Селины.

– Так иди, – бросила она, – а я…

И осеклась: десятка четыре стрел, пылающих ослепительно алым пламенем, разом прочертили ночное небо и огненным дождем хлынули на сильванов.

Бриала потрясенно обернулась – и увидела, что за ручьем, вдоль дальнего берега, протянулась цепочка огней. На мгновение они заплясали, а затем небо вновь осветилось стаей пылающих стрел, и опять карающий огонь обрушился на древесных чудовищ.

С гулким ревом боли объятые пламенем сильваны выдрали корни из земли и бросились наутек в гущу леса, круша подвернувшиеся на пути деревья. Бриала вслушивалась в затихающий шум их бегства и не сознавала, что упала на колени, покуда не почувствовала холод в ногах.

Мишель стоял рядом с ней и Селиной.

– Нам повезло, – проговорил он, но в голосе его прозвучал скорее вопрос, нежели утверждение.

Бриала оглянулась на дальний берег ручья, где стояли неведомые лучники. Ничего разглядеть не удалось – только один алый огонек пылал ярче остальных. И располагался он возле изумрудно-зеленого огня, который – Бриала знала это – принадлежал Фелассану.

Затем несколько стрелков слаженно и ловко поднялись от воды на высокий берег. На них были доспехи из мягкой кожи, безыскусные с виду, но сработанные с изяществом; вдоль клинков из железного дерева бежали алые огни, и в этих отблесках плясали, как живые, татуировки на лицах воинов.

Бриала во все глаза глядела на первых долийцев, которых увидела в жизни, если не считать Фелассана.

– Ма сераннас, – с запинкой проговорила она. – Я обязана вам жизнью, и…

– Все как он говорит! – прокричал какой-то из долийцев, повернувшись к дальнему берегу ручья. – Плоскоухая и два шемлена!

– Свяжите их, – прозвучал в ответ голос постарше, и эльф кивнул. – Станут сопротивляться – убейте.

Мишель, стоявший рядом с Бриалой, поглядел на Селину, затем на эльфов. И с негромким смешком бросил на землю меч:

– Что ж, Бриала! Вот ты и обрела сородичей.

Глава 11

С какой стати, во имя Ужасного Волка, ты их сюда притащил?

Телен, Хранитель долийского клана, был немолод. За спиной у него висел на ремнях посох с ало сияющим навершием – тот самый, которым прошлой ночью Хранитель поджигал стрелы своих соплеменников. Лицо Телена под узором татуировок было бледно от усталости и изборождено морщинами, волосы его давно посеребрила седина. Бриала могла бы счесть его добродушным старцем, если бы утром не видела, как он побагровел от ярости, когда кричал на Фелассана. Дело происходило посреди долийского лагеря, и Бриала, наблюдавшая за этой сценой, сидела со связанными за спиной руками у одного из громадных местных фургонов.

– Тебе не помешали бы новые знакомства, – ухмыльнулся Фелассан.

– Я потратил годы на то, чтобы отыскать нужное место и подготовить заклинания! – Хранитель клана раздраженно взмахнул рукой. – Чтобы раздобыть все необходимое, мне пришлось даже связаться с шемленом!

– Что ж, если ты уже имел дело с людьми, этот случай ничего не испортит.

– И теперь, – продолжал Телен с таким видом, будто собеседник не произнес ни слова, – теперь, когда я настолько близок к желанной для нас цели, ты приводишь сюда какую-то знатную шемленку и ее защитника! – Хранитель скривился от отвращения. – Клан Вирнен уже достаточно осквернил себя и без твоих нелепых идей! Да еще эта! – Он круто развернулся к Бриале.

Она вскинула голову и, не дрогнув, встретила его гневный взгляд.

– Абелас, хагрен. Я не хотела тебя оскорбить.

– Перестань, дитя.

Слова Бриалы, судя по всему, отчасти умерили злость Телена. Хранитель вздохнул и снова повернулся к Фелассану.

– Думаешь, я стану подбирать бездомных бродяжек? Если эта девочка такая важная особа, отчего бы тебе не отправить ее в свой клан? Она хотя бы маг?

При этих словах лицо Фелассана окаменело.

– Телен, долгие годы ты пользовался сведениями, которые я тебе поставлял. Все эти сведения передавала она – бескорыстно, в дар народу, который считала своим.

– Похвальное чувство. – Хранитель устало отер лицо. – Но почему она здесь?

Бриала поднялась на ноги, расправила плечи:

– Хранитель, эльфы Орлея бедствуют, терпя гнет и лишения, и, если к власти придет великий герцог Гаспар, их бедствия возрастут многократно. Помоги императрице Селине вернуться на трон, и ты спасешь жизни многих своих сородичей в эльфинажах Орлея.

Телен закрыл глаза и отвернулся от нее.

– Абелас, да’лен, – тихо проговорил он, – но у меня нет сородичей в эльфинажах Орлея.

После этих слов Бриала молча села и, прислушиваясь к продолжавшемуся спору, разглядывала лагерь. Огромные фургоны – аравели – были расставлены кругом, словно здания в небольшом городке. Можно было догадаться, для чего предназначены некоторые из них. В одном аравеле хранились луки и инструмент мастеров-лучников; неподалеку от него упражнялись в стрельбе маленькие долийцы, осыпая стрелами пеньки, разрисованные под людей. Возле другого аравеля стояли ящики с овощами, и тут же висели куски копченого мяса, а за третьим фургоном долийские воины рубили деревянными мечами учебные манекены. Последив за их движениями, Бриала обнаружила, что точно такие же упражнения с мечом она видела сотни раз в Вал Руайо или в родовом поместье Селины.

Это не ее сородичи.

Казалось, мысль об этом должна была причинить боль, но Бриала чувствовала лишь безмерную пустоту. Она смотрела, как играют и смеются эльфийские дети, как эльфийские охотники подшучивают друг над другом и бахвалятся своим мастерством, как эльфийские стряпухи поют старинные песни, а их ученики прилежно перемывают посуду после завтрака. В открытую дверь одного из фургонов Бриала разглядела пожилых супругов – те спали, негромко похрапывая во сне. Не было ни принцесс, ни духов из Тени, которые шныряют по фургонам, собирая вещи в стирку, – и все же зрелище это намного превосходило все, о чем она когда-либо мечтала. Никто здесь не ходил, покорно понурив голову, не озирался, с опаской выглядывая, не идут ли люди. Никто не страшился, что какой-нибудь человек по-хозяйски явится в лагерь и принесет беду.

И никому не было дела до эльфинажей, потому что городские эльфы им не сородичи.

Бриала снова прислушалась к спору Телена с Фелассаном. Хранитель больше не кричал. Вид у него был безмерно усталый. Фелассан, как всегда, оставался спокоен и едва заметно усмехался.

– Ладно, – наконец сказал Телен. – Твоя… ученица может свободно ходить по лагерю, но ты ручаешься за ее поведение. И она поплатится жизнью, если приблизится к эльгар’арла. Воин-шемлен останется связан, а аристократку будут охранять, пока она не придет в себя. Я поговорю со старейшинами клана и узнаю, пожелают ли они ее выслушать.

Он раздраженно махнул рукой. Молодая эльфийка, также носившая за спиной тонкий посох, подошла к ним и развязала Бриалу. Ей еще не сравнялось двадцати, и татуировки на лице ее, судя по четкости линий, были нанесены совсем недавно, от силы год назад. Пальцы у нее были ловкие, но уже загрубевшие от тяжелой работы. Ткань для туники, в которую была облачена девушка, явно выменяли у людей, однако само одеяние было расшито изящным, незнакомым Бриале узором, оторочено мехом и оплетенными проволокой кристаллами.