Патрик Ротфусс – Страх Мудреца (страница 192)

- Лин, - сказал я с благодарностью, чуствуя облегчение.

Килвин улыбнулся и кивнул в сторону стола.

- Я хотел бы также изучить схему на досуге.

Ты не мог бы сделать для меня копию.

- За двадцать пять талантов, - сказал я улыбаясь и сунул ему бумагу через стол, - вы можете иметь оригинал.

Килвин написал мне расписку и ушел, сжимая Ловца, как ребенок новую игрушку.

Я поспешил в Хранилище со своим листом бумаги.

Я должен был погасить свой долг за материалы, в том числе за золотую проволку и серебряные слитки.

После всего этого у меня осталось одиннадцать талантов.

Весь день я улыбался и насвистывал, как идиот.

Как говориться: тяжелый кошелек - легкое сердце.

Глава 45

Сношение с темными силами.

Я СИДЕЛ У КАМИНА в Анкере со своей лютней на коленях.

В комнате было тепло и тихо, много людей пришло, чтобы послушать мою игру.

Феллинг был моей обыкновенной ночью у Анкера, и он всегда был занят.

Даже в такую плохую погоду не хватало стульев, поэтому те кто пришел поздно были вынуждены толпиться у бара или же прислоняться к стенам.

В последнее время, по феллингам, Анкер нанимал дополнительную официантку, чтобы разносить выпивку.

За пределами гостиницы зима все еще сжимала Университет, но внутри воздух был теплым и сладким с запахом пива, хлеба и бульона.

За месяцы я обучил свою аудиторию быть внимательной во время моей игры, так что зал был тих когда я играл второй куплет "Фиалки Подождут".

Я был в прекрасной форме в тот вечер.

Моя аудитория купила мне полдюжины напитков, в приступе великодушия выпивший скрив бросил в футляр моей лютни тяжелый пенни, он сиял среди кучи железа и меди.

Я заставил Симмона прослезиться дважды, а новая служанка улыбалась мне и краснела с такой частотой, что даже я не мог пропустить сигнал.

У нее были красивые глаза.

В первый раз за всю жизнь я почуствовал, что начал контролировать свою жизнь.

В моем кошельке были деньги.

Мои исследования шли хорошо.

Я имел доступ к Архивам, и не смотря на то, что я работал в долг, каждый знал, что Килвин был доволен мной.

Единственное чего не хватало, так это была Денна.

Я посмотрел на свои руки когда вступил в последний куплет "Фиалки Подождут". Сегодня я выпил немного больше чем обычно, мне не хотелось возиться.

Пока я смотрел на свои пальцы, я почуствовал волну холодного воздуха, дверь таверны открылась.

Огонь раскачивался и танцевал рядом со мной, я услышал стук сапог идущих по деревяному полу.

В комнате было тихо, когда я пел:

Она села у окна.

Она пьет чай

Она ждет свою любовь

Что вернется из моря.

Пришел ее поклонник.

Она наблюдает потоки,

Все это время я играл "Фиалки Подождут". Я проиграл последний аккорд, но вместо аплодисментов, которых я ожидал, тишину нарушало лишь эхо.

Я поднял свой взгляд и увидел четырех мужчин, стоявших у очага.

Плечи их тяжелых плащей были сырыми от растаявшего снега.

Лица их были мрачными.

На троих из них были темные круглые шапки, обозначающие констеблей.

И если до кого-то не доходил способ их заработка, каждый из них имел с собой дубовую тяжелую дубинку, окованную железом.

Они посмотрели на меня, как ястребы.

Четвертый стоял в стороне от других.

Он не носил шапку констебля, и не был таким высоким и широкоплечим.

Несмотря на это, он казался главным среди них.

Лицо его было постным и мрачным; он вытащил кусок клейменного пергамента.

- Квоут, сын Арлидена, - прочитал он вслух на всю комнату, его голос был силен и чист.

При этих свидетелях, я задерживаю тебя, что бы ты предстал перед Железным Законом.

Вы обвиняетесь в сношениях с демоническими силами, использовании сверхъестественных способностей, неспровацированной агрессии и также в должностных преступлениях.

Излишне говорить, что меня застали врасплох.

- Что? - Глупо спросил я.

Как я сказал выше, сегодня я перепил.

Мрачный мужчина проигнорировал меня и превратился в констебля.

- Схватить его.

Один из констеблей достал длинную цепь.

До сих пор я был слишком изумлен, чтобы начать бояться, но вид этого мрачного человека, достающего две железные кандалы из мешка, наполнил меня страхом, до мозга костей.

Симмон появился рядом с очагом, проталкиваясь сквозь констеблей, он шел к четвертому.

- Что здесь происходит? - Потребовал Сим, голос его был жестким и злым.

Это был единственный раз, когда я слышал его, как сына герцога.

- Объясните.

Мужчина, державший пергамент перед глазами Симмона, достал толстый железный жезл, окованный у концов золотом.

Сим побледнел немного, мрачный мужчина поднял жезл, чтобы все могли увидеть его.