Патрик Ротфусс – Страх Мудреца (страница 107)
- Да, только два.
Но знать даже два имени, это уже хорошо в эти дни.
Элодин говорит, что когда-то давно это было иначе.
- Сколько же Элодин знает?
- Даже если бы я знал, было бы исключительно дурным тоном для меня, рассказать тебе это, - сказал он с легким неодобрением.
- Но можно с уверенностью сказать, что он знает несколько.
- Могли бы вы показать мне что-нибудь с именем огня? - спросил я.
- Если это, конечно, уместно?
Дал поколебался, а потом улыбнулся.
Он внимательно посмотрел на жаровню между нами, закрыл глаза, а затем указал на не зажженную жаровню на другой стороне комнаты.
- Огонь. - Он проговорил слово, как заповедь и далекая жаровня взревела в столбе пламени.
- Огонь? - сказал я озадаченно.
- И это все?
Имя огня это огонь?
Элкса Дал улыбнулся и покачал головой.
- Это не совсем то, что я сказал на самом деле.
Какая-то часть тебя, просто подставила знакомое слово.
- Мой спящий разум перевел его?
- Спящий разум? - Он озадаченно посмотрел на меня.
- Так Элодин называет ту нашу часть, которая знает имена, - объяснил я.
Дал пожал плечами и провел рукой по своей короткой черной бородке.
- Называй это как хочешь.
Сам факт того, что ты услышал, как я произнес что-то, вероятно, хороший знак.
- Не понимаю, зачем я тогда вожусь с именами, - проворчал я.
- Я мог зажечь эту жаровню симпатией.
- Не можешь без связи, - заметил Дал.
- Без приворотного заклинания, источника энергии...
- Это все еще кажется бессмысленным, - сказал я.
- Я учусь всяким вещам каждый день в вашем классе.
Полезным вещам.
Но за то все время, что я провел в изучении имен, мне нечего даже предъявить на показ.
Знаете, о чем вчера читал лекцию Элодин?
Дал покачал головой.
- О разнице между быть голым и быть обнаженным, - сказал я
Дал расхохотался.
- Я серьезно.
Я боролся, чтобы оказаться в его классе, но теперь все, о чем я могу думать, это о всем том времени, что я трачу там, времени, которое я мог бы потратить на более практические вещи.
- Есть более практичные вещи, чем имена, - признал Дал.
- Но смотри. - Он снова сосредоточился на жаровне перед нами, затем его глаза стали далекими.
Он снова заговорил, на этот раз шепотом, а затем медленно опустил руку, пока она не оказалась в дюймах над горячими углями.
Затем, с сосредоточенным выражением на лице, Дал засунул руку глубоко в сердце огня, погрузив распростертые пальцы в оранжевые угли, как будто они были не более чем гравием.
Я осознал, что затаил дыхание и мягко выпустил его, не желая нарушить его концентрацию.
- Как?
- Имена, - решительно сказал Дал, и вынул руку из огня.
Она испачкалась белым пеплом, но была совершенно невредимой.
- Имена отражают истинное понимания вещи, и, когда ты действительно понимаешь вещь, ты имеешь власть над ней.
- Но огонь не является вещью как таковой, - возразил я.
- Это всего лишь экзотермическая химическая реакция.
Это... - Я запнулся.
Дал набрал воздуха, и на мгновение казалось, что он собирается объяснять.
Но вместо этого он засмеялся, беспомощно пожав плечами.
- У меня нет остроумия, чтобы объяснить это тебе.
Спроси Элодина.
Он тот, кто утверждает, что понимает эти вещи.
Я просто работаю здесь.
После урока Дала, я пошел через реку Имре.
Я не нашел Денну на постоялом дворе, где она остановилась, поэтому отправился в Эолиан несмотря на то, что знал, что еще слишком рано, чтобы застать ее там.
Внутри было лишь десяток человек, но я заметил знакомые лица в дальнем конце бара, разговаривающих за стойкой.
Граф Трепе махнул, и я пошел присоединиться к ним.
- Квоут, мальчик мой! - воскликнул Трепе с энтузиазмом.
- Я не видел тебя смертный век.
- Дела были довольно беспокойными на другой стороне реки, - сказал я , ставя на пол футляр с лютней.
Станчион осмотрел меня.
- Это уж точно, - честно признал он.
- Ты выглядишь бледным.