Патрик Несс – Вопрос и ответ (страница 12)
Но даже так — что-то человеческое в них есть, верно? Все равно у них есть
И боль.
Трудно отличить мужчин от женщин, потомушто на всех растет одинаковый лишайник вместо одежды, но ощущение такое, что они тут целыми семьями: большие спэки защищают маленьких, а спэки-мужья защищают жен: они обхватывают друг друга руками, склоняются и
Молча.
— Вот именно! — восклицает Дейви. — Представляешь, эти идиоты дали лекарство даже
Они переводят взгляд на Дейви, и в толпе поднимается странное щелканье. Спэки переглядываются и кивают. Дейви вскидывает пистолет и шагает на монастырскую землю.
— Что это вы удумали? — выплевывает он. — Попробуйте возразить! Ну? ВОЗРАЗИТЕ!
Спэки сбиваются в группы и пятятся.
— Поди сюда, Тодд, — приказывает Дейви. — У нас полно работы.
Я не сдвигаюсь с места.
— Сказал же: поди сюда!!! Это животные, ничего они тебе не сделают.
Я по-прежнему не шевелюсь.
— Он убил одного из вас, — говорит Дейви спэкам.
—
— Ножом башку ему оттяпал. Пилил и пилил…
— Заткнись! — Я кидаюсь вперед, чтобы заткнуть его поганый рот.
Спэки, стоящие ближе всего к воротам, пятятся еще дальше и как можно быстрей, глядя на меня испуганными глазами, пряча от меня детей. Я толкаю Дейви, но он только хохочет, а я вдруг понимаю, что оказался на монастырской земле.
Боже, сколько вокруг спэков.
Каменная стена монастыря опоясывает громадный участок земли, но здание на нем всего одно и очень небольшое, что-то вроде склада. Остальное пространство разделено на небольшие участки деревянными заборами с низкими воротами. Большинство таких загонов сильно заросло сорной травой. Дальняя каменная стена виднеется метрах в ста от нас.
Но васнавном я вижу только спэков.
Сотни, сотни спэков, занимающих все пространство.
Больше тысячи.
Они жмутся к монастырской стене, прячутся за гниющими заборами, сидят кружками или стоят шеренгами.
Но все не сводят глаз с меня, безмолвные, как могильные плиты. Зато мой Шум брыжжет во все стороны.
— Он врет! — кричу я. — Все было не так! Все было не так!
Но как же тогда было? Как мне все объяснить?
Ведь я в самом деле
Не так, как сказал Дейви, но все равно ужасно, и картина эта настолько ясно встает у меня перед глазами, что спрятать ее за стеной лжи, не думать о ней нет никакой возможности: на меня обращены сотни взглядов. Сотни лиц.
— Это вышло случайно, — говорю я и умолкаю, переводя взгляд с одного странного лица на другое, не слыша их Шума, не понимая их щелканья, не зная что происходит. — Я не хотел.
Но они молчат. Ничего не говорят, просто смотрят на меня.
Раздается скрип: ворота за нашими спинами снова открываются. Мы оборачиваемся.
Там стоит Иван из Фарбранча, присоединившийся к армии после сражения с мэром.
И какой правильный выбор он сделал! На нем офицерская форма, за спиной толпятся охранники.
— Мистер Прентисс-младший, — говорит он Дейви и кивает. Тот кивает в ответ. Иван поворачивается ко мне, но Шума у него нет, а по взгляду ничего не поймешь. — Рад видеть вас в добром здравии, мистер Хьюитт.
— Вы
— Да, было дело, — все еще не сводя с меня глаз, отвечает Иван.
Я не говорю ни слова.
Я слишком занят разглядыванием картинок в своем Шуме.
Перед глазами у меня Фарбранч. Хильди, Тэм и Франсиа. Страшная резня. В которой Иван выжил.
По его лицу пробегает тень раздражения.
— Я заодно с теми, за кем сила, — говорит он. — Только так и можно выжить.
Я представляю себе горящий Фарбранч, мужчин, женщин и детей в огне.
Иван хмурится еще сильней:
— Эти ребята останутся здесь и будут вас охранять. Ваша задача — распределить спэков по участкам, кормить их и поить.
Дейви закатывает глаза:
— Как бутто мы сами не знали…
Но Иван уже отвернулся и идет к воротам, оставляя с нами десять вооруженных солдат. Они занимают позиции на каменной стене монастыря и начинают разматывать мотки колючей проволоки.
— Десять солдат с винтовками да нас двое — а спэков вон сколько, — бормочу я едва слышно, но мой Шум слышно за милю.
— Да ладно, не бойся, — говорит Дейви. Он наводит пистолет на ближайшего спэка — кажется, это женщина, потомушто на руках у нее крошечный спэк. Она закрывает его своим телом. — Они не умеют драться, в них это не заложено.
Я вижу лицо спэка, защищающего свое дитя.
Это лицо поверженного, думаю я. Они все сдались. И знают это.
Я понимаю, каково им.
— Эй, ушлепок, смотри сюда! — Дейви воздевает руки к небу, привлекая к себе внимание спэков, и орет: — Вы обречены-ы-ы!!!
А потом ржет, не затыкаясь.
Дейви решил, что его задача — надзирать за работой спэков на участках. Это значит, что мне придется их кормить: сыпать корм и подливать воду в корыта.
Но я привык к такой работе и не возражаю. Я каждый день занимался этим на ферме. Да еще и вечно ныл, дурень неблагодарный.
Я вытираю глаза и начинаю работать.
Спэки стараются ко мне не подходить. Я только «за», если честно.
Потомушто смотреть им в глаза невыносимо.
Мэр Прентисс сказал Дейви, что раньше спэки работали здесь слугами и поварами, но он первым делом приказал разогнать их по домам и запереть. Ночью, пока я спал, их всех перевезли сюда.
Одновременно с женщинами.
— Люди разрешали им жить у себя
— Может, они и были членами семьи, — говорю я.
— Ну, а теперь перестали, — говорит Дейви, вставая и помахивая пистолетом. — Давай за работу.
Я высыпал в корыта уже почти весь корм со склада, но этого явно мало. К тому же несколько колонок с водой не работают, и до захода сонца мне удалось починить лишь одну.