Патрацкая Н.В. – Переходящий пион (страница 11)

Надо ли говорить, что Галину убили точно так же, как Алевтину и Сергея Прокопьевича?

Оказалось, что Галине звонил муж, чтобы с ним поговорить, она вышла на балкон. Телефон нашли на балконе. Видимо, она присела на мешок и разговаривала с мужем, который не знал, что Ефим сын лорда Серафима.

У Ильи появилась мысль, что покойнички до смерти стояли спиной к перилам балкона или сидели на пресловутых мешках или на раскладушке, как в случае с Прокопьевичем. В таком состоянии они получали удар в правый висок, потом убийца их укладывал, чтобы запутать следствие.

Балкон расположен в сорока сантиметрах от земли, кто-то подходил, ударял, укладывал и исчезал, но следов не оставлял. Почему? И кто? Судя по удару – крепкий человек.

Так или не так.

Прокопьевич разговаривал с женой.

Галина разговаривала с мужем.

С кем разговаривала Алевтина на чужом соседнем балконе? Кто был у нее дома?

Илья Львович заметил, что Сюзанна пришла от Григория. А, если это было много раз? Тогда убийцами Сюзанна и Григорий быть не могли. У них взаимное алиби любви. Но они могли быть причиной нахождения Алевтины на зимнем балконе по соседству.

Тогда, где была Алевтина до балкона, если у нее в доме была другая женщина? Что за вопрос, она работала у лорда Серафима, ее святая обязанность быть у него дома. А Сюзанна считалась женщиной лорда. Круг-то сужается – подумал Илья.

Марк почти не думал, он осмотрел место происшествия и покинул его со спокойной совестью, правда отвез Зою домой, но к ней не заходил. Марк жил один. Зоя ему нравилась. С ней было просто и легко работать и общаться, но не более того. Никто не знал, что у Марка была женщина, а звали ее Алевтина.

Именно Алевтина бывала иногда в доме Марка Веревкина. Как веревочка не вьется… Но это не значит, что он убивал людей на балконе. Мог бы, но не он. Никто не знал о его любви к Алевтине Кузнецовой. Тайна за семью печатями. Если бы да кабы они обнародовали свои чувства, возможно, Алевтина осталась бы живой…

Зоя зашла домой. У нее возникло ощущение, что Илья Львович почти все понял, а позже ей все расскажет. А она просто хотела спать. Но сон не шел. Женщина задумалась о себе. У нее никого не было из близких людей, она поздний и единственный ребенок. У нее было такое восприятие жизни, что семья складывается поздно, как у ее родителей, которых уже не было. Она подумала, что у людей чаще или реже меняются партнеры по жизни, но иногда надо вернуться к началу всех их отношений. Кто-то приходит кто-то уходит.

Вся история началась с Григория Кузнецова и его погибшей жены Алевтины, после ее смерти он менял женщин, пусть не как перчатки, а как шапки. За это время кто-то покинул этот мир. Но старая любовь не ржавеет, Григорию все еще нравилась Сюзанна. Женщина старела красиво и без пластики была хороша в своем возрасте. Алевтина в его памяти стала стираться, но кто ее убил до сих пор было не ясно. Ведь тогда погибли три человека.

Илья Львович выяснил, как произошло убийство, но убийцу он не нашел. Марк Веревкин, добавил звездочек на погонах, но дело так и не раскрыл.

Можно вспомнить всех героев событий, и балкон лорда Серафима теперь забронирован и повторение невозможно. На живца не поймать, да и двадцать лет свое берут. Живы еще лорд Серафим, Сюзанна, Григорий, Марк, Ефим, Зоя. Каждый из них прокрутился в других историях за это время.

Илья Львович чувствовал свою вину от незавершенного дела. Он помнил, что все три убийства произошли ночью, что напротив дома с пресловутым балконом стоял дом стороной, на которой не было подъездов. Между домами росли только крупные деревья, которые стали еще выше. Видео камер тогда не было вовсе. Автомобили между домами не стояли. Но была детская площадка, на которой стоял один столб с фонарем.

За два года площадка явно несколько изменилась. И Илья решил съездить на эту детскую площадку. Ему очень захотелось позвать Зою. Она приняла его предложение.

Два взрослых человека сидели на лавочке напротив песочницы, но осматривали два дома. У них было некое единение мыслей, но мыслей достойных внимания не находилось.

Григорий выглянул в окно и увидел парочку детективов, он вышел к ним. Илья осмотрел всех и подумал, что все должно проясниться, по логике вещей он и должен всем все рассказать. Но в голове звенела пустота.

– Григорий Спиридонович, я смотрю Ваш балкон зияет пустотой, никакой защиты от непогоды, – проговорил Илья Львович.

– Оно мне надо. Вышел на балкон и уже на улице.

– А почему на Вашем балконе ничего подобного не случалось?

– А надо, чтобы случилось? Два года минуло. Мы другие стали.

У торца дома остановился лимузин из него вышел лорд Серафим. Григорий подошел к лорду. К ним подошла Сюзанна. Явно образовался кричащий треугольник. Зрители у песочницы невольно улыбнулись.

Первым заговорил лорд Серафим:

– Зоя, не вижу твоего Марка. Ты его бросила?

– Забыла Марка Веревкина, легко забыла, если Вам это интересно. У него есть женщина. Не вижу Марка.

– Правда. Все здесь, а Марка нет, – подтвердила Сюзанна.

– Напомню, что погибли люди Серафима Сергеевича: домработница Алевтина, его отец и мать его сына, – тихо заговорил Илья Львович. – У кого есть мысли?

– Я понял, меня хотите заподозрить, – рассердился лорд Серафим. – А вы знаете, что отцом Ефима являюсь не я? Не знаете? Мой отец и есть отец Ефима! Удивились? А я – нет! Отец очень бодренький был мужчина. Мы все сдавали анализы на отцовство, но тайно.

– Интересно, Алевтина в чем провинилась? – спросил Илья Львович.

– Алевтина видела через окно Григория с Сюзанной.

– А Галина в чем провинилась? – спросила Сюзанна. – Хотя и так понятно. У нее ребенок был не от мужа, не от Серафима, а от его отца. А я занимаюсь воспитанием Ефима, как своего сына. Но для этого мне пришлось выйти замуж за Серафима, а потом мы развелись.

– Итак, получается, что Галина и Сергей Прокопьевич – родители Ефима, а Алевтина к ним отношения не имеет, – заключила Зоя.

– Нужно понять, кто у Алевтины был кроме Григория, – заметил Илья.

– Я знаю кто. Алевтину любил, вы не поверите, Марк Веревкин, – проговорила Зоя.

– Что? Что? – закричал Григорий. – Моя жена и Веревкин? А я, где был?

– Забыл. Ты был с Сюзанной, – жестко и ревниво напомнил лорд Серафим.

– Я никогда не был с Сюзанной, у нас с ней деловые отношения – заявил торжественно Григорий.

– Из этого следует, что Веревкин не убивал Алевтину, и тем более Галину и отца Серафима, то есть Сергея Прокопьевича, – подвел итог Илья Львович.

К группе подошел Марк Веревкин.

– Легок на помине, – заметил зло Григорий.

– О чем речь? Смотрю все здесь, словно двух лет и не было, – усмехнулся Марк. – Ищите виноватого? Не найдете. Подумайте, кому хуже всех было в этой ситуации? Лорду Серафиму.

– Но Алевтина к лорду Серафиму прямого отношения не имеет! – воскликнула Зоя.

– А так ли? Она у него работала, могла что-то интересное услышать. Могла знать секрет, который вы только что все узнали.

– А! Если знала секрет Алевтина, то его мог узнать господин Марк Веревкин, – догадался Григорий Кузнецов. – Он вообще все мог знать два года назад!

– Ты прав, – сверкнул глазами Веревкин. – Секрет – секретом, но виновным мог быть только лорд Серафим.

– Нашли крайнего! Я всех тупее в этой ситуации? – возмутился Серафим Сергеевич.

– Так у тебя всегда с собой трость с набалдашником! – крикнул Григорий.

Все одновременно посмотрели с осуждением на лорда Серафима, словно первый раз увидели.

– А вы не подумали о том, что у Галины был законный муж? – спросил лорд Серафим. – Никто не спросил у меня, откуда на моем балконе были мешки с шикарным антрацитом. Я – не шахтер. Шахтер муж Галины. И он сюда приезжал. Это он предложил мне проверить уголь на качество, чтобы им на Севере жилось лучше. Он знал, что у Галины ребенок не от него, он женился на ней, когда она ждала ребенка. Хороший человек.

– Все шахтеры скажут, что он не виновен, – заметила Зоя.

– А не пора ли всем по домам, темно стало, – предложил Илья Львович, – Зою и Григория я попрошу остаться.

Никто не возразил ему, публика разбрелась по домам.

Светил единственный фонарь. Шуршали первые опавшие листья. Смеркалось.

– Зоя, ты смелая женщина, не хочешь ли ты посидеть на балконе Григория с телефоном в руках? Григорий, думаю, согласиться.

– Не возражаю, хотя мог и Сюзанну оставить на дежурстве.

– У меня другой план, так получилось, что у меня есть пару париков одинаковых. Один парик наденет Зоя, покрутится на балконе стоя минут двадцать, потом сядет показательно на стул спиной к улице. А я ее незаметно заменю на куклу в парике. И на четвереньках заползет в комнату Григория, оставив куклу на дежурстве.

– Я согласна с твоим планом.

В комнате свет не включали, но сквозь тюль следили все втроем за балконом.

Потом Григорий ушел.

Остались Илья Львович и Зоя.

Дверь наружная бесшумно открылась и закрылась.

Зоя первая заметила, что над куклой взметнулась клюшка для игры в хоккей с мячом. Но на клюшке что-то еще было. Кукла в парике упала. На улице послышались шаги и крики.