Паркер Прах – Я Скелет? Да вы издеваетесь! (страница 15)
Эта ночь, проведённая в тайном изучении арсенала моего врага, была не просто подготовкой к побегу. Это был первый настоящий глоток свободы. Свободы знания. Я не был больше программой или рабом. Я был тем, кто заглянул за кулисы силы Хозяина, оценивая не оружие, которое я мог бы использовать, а угрозу, которую оно представляло. Я изучал каждую деталь, чтобы быть готовым к настоящей борьбе. Борьбе, которая будет вестись по моим правилам.
Прошло не меньше трёх часов, прежде чем я закончил свою тайную инвентаризацию. Каждый меч, каждый кинжал, каждый арбалетный болт был осмотрен, оценён и мысленно каталогизирован. Я действовал с холодной точностью машины, возвращая всё на свои места с дотошностью, которая не вызвала бы подозрений даже у Хозяина. Последний меч лёг на стойку, не оставив и следа моего прикосновения.
Я вышел из оружейной, и тяжёлая дверь закрылась за мной с глухим, довольным стуком. Ключ, холодный и тяжёлый, вернулся на свой ржавый гвоздь за гобеленом. Моя миссия была выполнена. Теперь я знал, чем смогу вооружиться, когда придёт время.
Снова взяв в руки швабру и ведро, я вернулся в главный коридор, чтобы наверстать упущенное, сфальсифицировать достоверное алиби. Скрип мокрой тряпки по каменным плитам вновь стал единственным звуком в этом застывшем во времени особняке. Я снова был идеальным слугой, безмолвной тенью, скользящей по залам, чтобы приготовиться к моменту, когда этому придёт конец.
Какое-то время спустя, проходя мимо спальни Хозяина, я вдруг замер. Тишину пронзил низкий, но настойчивый мелодичный звон. Он исходил не из его комнаты, а откуда-то снаружи. И в тот же миг я почувствовал его через Сеть. Это был не приказ, а чистый информационный сигнал, помеченный как «Внешний вызов: Главные ворота».
Стоп. Похоже, моя интеграция в системы особняка куда глубже, чем я предполагал. Нужно уделить изучению Сети максимум внимания. Сам факт, что у меня есть доступ к таким функциям, – это не просто ценная информация. Это серьёзная уязвимость, которую Хозяин оставил по ошибке или из-за своей самоуверенности. Это всё равно что дать тостеру доступ к управлению дверными замками и камерами наблюдения. А у тостера не должно быть никаких доступов, выходящих за рамки функции поджаривания хлеба. Это готовый бэкдор для вторжения! И я ни за что не собирался упускать эту возможность! Чтобы не значил этот «бэкдор»…
Поверить не могу, что кто-то всерьёз мог допустить настолько банальную ошибку, но так оно и есть. Однако это будет позже, как подвернётся реальный шанс.
Прозвучавший звон, очевидно, был достаточно громким, чтобы разбудить и мёртвого. И он разбудил. Тремя секундами спустя из-за двери спальни донёсся грохот, словно что-то тяжёлое смахнули со стола, а затем – яростное, приглушённое рычание, в котором угадывались отборные проклятия.
Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. На пороге стоял Хозяин. Даже скрытый балахоном, он излучал волны чистого, нефильтрованного гнева. Не выспавшийся, разбуженный в самый неподходящий момент, он был похож на разгневанного бога, готового испепелить мир. Не говоря ни слова, он стремительно направился к главному выходу.
Я, не прекращая методично тереть пол, последовал за ним на почтительном расстоянии, но не успел сделать и десяток шагов, как Хозяин уже скрылся за поворотом коридора. Тогда, сверившись с картой особняка, я быстро определил лучшее место для наблюдения – высокое окно в главном холле с видом на парадный вход.
Оттуда я и увидел причину переполоха. У ворот стояла роскошная, вычурная карета из чёрного дерева, запряжённая парой существ, похожих на гигантских ящеров с дымящимися ноздрями. Рядом с каретой, переминаясь с ноги на ногу, стоял человек. Он был одет в дорогой, идеально сшитый деловой костюм, но вся его поза выдавала крайнее напряжение.
Вскоре из особняка вышел и сам Хозяин. Он неспешно подошёл к гостю, и между ними завязался разговор. Сквозь толстое стекло я не мог разобрать слов, но видел напряжённые жесты и чувствовал нарастающее в воздухе давление. И тут Сеть снова дала о себе знать. Задача на уборку была отменена. Вместо неё появилась новая, предельно ясная:
Прямо к моим ногам упала очередная возможность, благодаря которой я даже смогу оказаться в самой гуще этих событий. Не теряя ни секунды, я развернулся и, сохраняя механическую походку, направился в кабинет. Карта в моей голове вела меня безошибочно. Нужный документ лежал на самом видном месте, на заваленном свитками столе. Схватив его, я поспешил прямо во двор.
Я подошёл к Хозяину, который уже стоял на крыльце лицом к лицу с гостем, и молча протянул ему договор. Хозяин выхватил его, даже не взглянув на меня. Я же застыл позади и чуть сбоку, превратившись в часть архитектуры. Теперь я мог слышать всё.
– Вот, – прорычал Хозяин, швыряя свиток в руки «Делового человека». – Можешь засунуть это своему боссу туда, где солнце не светит. Денег нет.
– Но, господин Костяной Алхимик… – начал было гость, его голос дрожал, несмотря на попытку сохранить самообладание. – Проценты капают. Исаак Гольдштейн никогда не прощает, если кто-то вынуждает его терять деньги. Вы знаете, могут быть последствия…
«Костяной Алхимик… Исаак Гольдштейн…» – имена отпечатались в моей памяти. Кажется, фамилию «Гольдштейн» я уже слышал совсем недавно… Ах, точно, в рекламе по радио. Всё сходится, должно быть, какой-то местный ростовщик. А «Костяной Алхимик», похоже, прозвище моего Хозяина в этом месте.
– Деньги будут, когда я выполню этот заказ. А выполню я его когда сам того захочу, – отрезал Хозяин. Его голос был тихим, но от этого ещё более угрожающим. – А твоему Гольдштейну передай, что если он ещё раз посмеет меня будить после работы, я лично позабочусь, чтобы черепушки всех его зарвавшихся слуг отправились назад в разноцветных подарочных коробочках. А теперь убирайся с моей земли.
«Деловой человек» побледнел. Он торопливо сглотнул, низко поклонился и, пятясь, бросился к своей карете.
– В-вы… Вы пожалеете об этом! – выкрикнул он уже из окна, прежде чем ящеры, хлестнув хвостами, сорвались с места.
Хозяин смотрел им вслед, пока карета не скрылась за поворотом. Затем он медленно развернулся. Я ожидал взрыва ярости, но вместо этого он лишь устало вздохнул.
– Жалкие поберушки, – пробормотал он себе под нос и, не обращая на меня никакого внимания, поплёлся обратно в свою спальню.
Я остался один на крыльце, глядя на пустую дорогу. В моей голове складывалась новая картина мира. Мой всемогущий создатель, гений некромантии и алхимии, по уши в долгах у какого-то криминального авторитета. Он силён, но очевидно не всемогущий и у него тоже могут быть уязвимости, даже такие.
Хозяин уже почти скрылся в тёмном проёме двери, но вдруг замер. Он не обернулся, лишь его плечи под балахоном напряглись. Мгновение он стоял неподвижно, а затем медленно, очень медленно, развернулся. В его скрытом тенью лице не было усталости. Там горел новый, злой и одновременно восторженный огонь.
Он начал расхаживать по крыльцу, его шаги были резкими и нервными.
– Этот долг… этот наглец Гольдштейн… – прошипел он, и его голос был похож на скрежет металла. – Я бы и сам сходил, но из-за тебя, скелет, у меня теперь гора работы! – Он резко остановился и ткнул в мою сторону костлявым, почти прозрачным пальцем. – Твоя аномалия, эти сбои… Я должен всё проанализировать, пока не упустил нить! Я слишком занят. А поэтому… ты отправишься сам выполнять это задание. К тому же, так я смогу получить новые данные. Идеально!
Пока он говорил, воздух вокруг меня начал вибрировать. Я почувствовал, как моя связь с Сетью меняется, становится более сложной, насыщенной новой информацией.
Информация хлынула в моё сознание, холодная и беспощадная. Каньоны Чёрного Шёпота. Гигантские пауки. Нейротоксин. И всё это – чтобы расплатиться с долгами. Что он собирается делать с ростовщиками? Растворить их в паучьем яде? Мысль была мимолётной, но вполне в его духе.
Но для меня это было не обычное самоубийственное задание. Это был шанс! Шанс вернуться в пещеры, к моему тайнику. Забрать своё оружие, свои припасы. И, конечно, набраться опыта. Эти пауки, судя по описанию, были серьёзными противниками. А серьёзные противники – это много очков.
Также очевидно было, что это очередной прикрытый тест. Более сложный, более опасный – да он сам об этом заявил прямым текстом! Хозяин бросал меня в пасть монстрам, чтобы посмотреть, как его «сломанная программа» справится с новой, невыполнимой задачей. Видимо, он очень хотел увидеть, как я буду выкручиваться.
Что ж, я покажу ему. Я приму этот вызов. Я вернусь с его железами. Но вернусь я уже другим. Сильнее. Опаснее. И на шаг ближе к своей собственной цели.