Паркер Хантингтон – Мой темный принц (страница 83)

– Итак, давай обсудим пределы допустимого. – Я открыла ноутбук, сидя перед двукратной номинанткой на премию «Оскар», Хейли Йоханссон, и дважды кликнула по анкете, которую использовала для всех клиентов. – Они у тебя есть?

Хейли надула губы, расположившись по другую сторону стола на двенадцать персон. Она накручивала черный локон на тонкий палец, подперев подбородок кулаком. Неземная и бесподобная, словно мультяшная принцесса с наивными глазами, она будто сходила с ума от скуки в «Магнолиевом зале» отеля «Гранд Риджент» на Пятой авеню.

Да. Я забронировала стол за две тысячи долларов в час в семизвездочном отеле, в полной мере воспользовавшись ресурсами своего жениха. Когда мы вошли на этаж для конференций, мужчины в костюмах-тройках замерли, чтобы поглазеть на нас со своих мест за круглыми столами с распечатками электронных таблиц. Сказать, что мы выглядели неуместно среди влиятельных инвестиционных брокеров, сводчатых потолков и люстр стоимостью в миллион долларов, это не сказать ничего.

– Ну, наверное, полное проникновение? – Хейли лопнула пузырь розовой жвачки, провожая карими глазами красивых бизнесменов за стеклянными перегородками. – Хотя, если честно, даже это обсуждаемо, если я наконец-то получу «Оскар».

Я издала слабый смешок. Она смотрела на меня совершенно серьезно.

До начала съемок осталось меньше пятнадцати недель. Я готова поспорить на весь свой гонорар, что Хейли проведет это время, вонзая булавки в куклы вуду актрис, которые получили награды в годы, когда она тоже была номинирована.

Я прокашлялась, попивая зеленый чай.

– Наверняка есть то, что тебе некомфортно?

– Нет.

– Полное обнажение? Прикосновения в конкретных местах? Определенное количество сотрудников на площадке во время съемок интимных сцен?

Хейли уставилась на меня, медленно моргая.

– Кажется, ты не понимаешь, Брайар. Я хочу «Оскар». Чем безумнее съемочный процесс, тем выше мои шансы его получить. Я и в сцене со спермой готова сняться, если это принесет мне победу.

Я рассматривала ее через стол, стараясь, чтобы челюсть не упала на пол. В подходе Хейли нет ничего плохого. Просто я к такому не привыкла, поскольку работала с людьми, которые очень не уверены в своем теле и имидже.

– Могу я спросить, зачем меня наняли, если тебе не нужен координатор интимных сцен?

– Моя пиар-команда считает, что это хорошая мысль. – Она закатила глаза. – После моей короткой интрижки с Тони Дилоренцо.

Ее «интрижка» с Тони Дилоренцо – это свадьба в Вегасе, за которой сразу последовал развод. Может, пресса отнеслась бы к ней более благосклонно, если бы Тони в то время не ждал ребенка со своей девушкой, которую он отвез (кое-как) в больницу на роды, после чего сбежал с Хейли. Было совершенно очевидно, что мы с Хейли не сойдемся в профессиональном плане, но я всегда старалась относиться к людям с пониманием. Прямое следствие того, что ко мне его в детстве не проявляли. Мне нравилось думать, что мы – неотредактированные истории. Немного доброты способно отточить самые неподатливые в мире грани.

– А у тебя есть пределы допустимого? – Хейли отпила зеленый шейк через бумажную трубочку. – Может, я смогу почерпнуть у тебя вдохновения. Ты на вид очень чувствительная.

– Да. – Я не отреагировала на ее издевку. – У меня есть пределы допустимого.

Она поправила юбку, которой, считай, не было, выплюнула жвачку на салфетку и сунула ее под кожаное кресло без чехла.

– Например?

Я уже собралась ответить, как вдруг заметила краем глаза подозрительное движение у входной двери. Высокую, хорошо одетую фигуру с копной золотистых локонов и соблазнительными губами.

Я покачала головой. Нет. Не может быть. Я просила его не приезжать.

Предупреждала его.

Ты даже свои гормоны не способна контролировать в его присутствии, а хочешь контролировать его самого?

Истерический смех застрял в горле, когда Оливер стал пробираться между столами, словно демон. Номинальные руководители в костюмах пытались привлечь его внимание, подозвать неуверенным взмахом руки, отчаянно желая поговорить с ним.

Один мужчина схватил его за руку. Оливер смерил его взглядом и ухмыльнулся в ответ на его слова. Бизнесмен рассмеялся, явно смутившись. Будто почувствовав мой взгляд, Оливер поднял глаза и посмотрел на меня. На свою добычу. Свое завоевание. Свою маленькую игрушку.

Я с трудом сглотнула, когда Хейли поморщилась в явном раздражении.

– Ау? Какие у тебя пределы допустимого, Брайар? Мне не помешает вдохновение. Не хочу, чтобы мой партнер по съемкам счел меня доступной. Я слышала, он одинок, если ты не знала.

А, так теперь тебе не все равно.

Я оторвала взгляд от Олли, собрав всю силу воли, и терпеливо улыбнулась Хейли. Я не позволю Оливеру все испортить ради нашей дурацкой игры «кто сдастся первым».

Это моя карьера. Моя страсть. Да как он смеет сюда приходить?

– Границы, – выпалила я.

– Границы? – Хейли склонила голову набок, будто вообще не понимала, что это такое. – Например, стоп-слова и тому подобное?

– Например, если я говорю кому-то, что ему нельзя приехать ко мне, он должен уважать это, иначе его ждут серьезные последствия.

Окончание фразы я произнесла так громко, чтобы услышал Оливер, приоткрывший дверь. Он подошел сзади, сжал мои плечи и поцеловал меня в макушку.

– Дорогая, – манерно протянул он тоном графа Черт-его-знает-какого, источая ложное обаяние и соблазн. – Вот ты где.

– Милый. – Я натянуто улыбнулась, схватила его за руку и сжала так крепко, что у него затрещали кости. В эту игру можно играть вдвоем. Ни за что не покажу ему свою ярость. – Не ожидала тебя здесь увидеть.

– Не стоит удивляться. Все сотрудники «Гранд Риджент Групп» получили строгое распоряжение сообщить мне, если увидят тебя на территории отелей, чтобы я мог за тобой поухаживать. – Он подождал, пока до меня дойдут эти возмутительные сведения. – Да, все сто восемьдесят четыре тысячи сотрудников по всему миру.

– Как…

– Романтично?

– Я собиралась сказать «неадекватно».

– Так скучал, что не смог не прилететь. – Оливер сел в соседнее кресло. – Надеюсь, ты не против.

Гаденыш. У меня деловая встреча.

– Вовсе нет, – проворковала я, обхватила его за щеку и ущипнула так, что чуть не содрала кожу. – Но очевидно, что моей клиентке будет некомфортно делиться своими интимными предпочтениями с незнакомцем.

– Ой, я вообще не против, чтобы он к нам присоединился. – Хейли захихикала, протягивая ему руку для поцелуя. – Оливер фон Бисмарк, я о тебе наслышана.

– К сожалению, слухи о лобковых вшах правдивы. – Оливер вздохнул, обошел стол и, взяв ее руку, вяло пожал вместо поцелуя. – Но моя прелестная невеста была так любезна, что вытащила их всех по одной, когда мы сошлись. Святая женщина.

Олли снова сел рядом со мной, обнял меня за плечи и прижался щекой к моей щеке. Я его прикончу.

Жизнь в тюрьме – небольшая плата, учитывая обстоятельства.

Хейли перевела взгляд с него на меня с явным разочарованием.

– Вы помолвлены?

Теперь я поняла, что мы точно не сработаемся. Во-первых, она открыто глазела на моего фиктивного жениха, будто хотела, чтобы его лицо стало ее новым любимым креслом. Во-вторых, она намеренно наклонилась вперед, чтобы он смог получше рассмотреть ее декольте.

Она перекинула волосы через плечо.

– Почему я об этом не слышала? Я читаю о тебе в колонках светской хроники, Оливер.

– Мы только на днях сделали объявление на развороте «Нью-Йорк Таймс». – Казалось, Оливеру совершенно неинтересен ее откровенный флирт. – У меня не было выбора. Она взяла меня измором, Хейли. Непреклонно шла к своей цели. Изо дня в день. Я даже помочиться спокойно не мог, чтобы она при этом не заявилась ко мне в уборную, раскрыв рот, будто персональный писуар.

Кровь закипела в жилах, горячая, густая, полная гнева. Скоро он узнает, что расплата сурова, и я тоже.

– Правда? – Хейли смотрела на него с улыбкой, водя пальчиком по декольте. – Мне нравятся смелые женщины. Я только что рассказывала Брайар, что у меня нет принципиальных границ. Никаких жестких пределов. Вообще, – повторила она на случай, если он не услышал в первые сто раз. – Совсем никаких. Я на все готова. Без предубеждений.

– Ух ты, похоже, вы двое стали бы потрясающей парой! – воскликнула я, протянув руку под столом к его коленям.

Я опустила ладонь на его пах, зная, что кто-нибудь мог это увидеть, стоило ему посмотреть через стекло. Оливер был полностью возбужден под тканью свободных брюк. Тепло его члена чувствовалось даже через плотную ткань. У меня перехватило дыхание.

Я сделала это с ним.

Не она.

Не Хейли.

– Боюсь, этот поезд уже ушел, – простонал Оливер и затаил дыхание, когда я провела пальцами по очертаниям его члена от основания до головки.

Хейли подмигнула.

– Можешь всегда заглянуть на мою станцию, если захочется побывать в новом месте.

Да, я непременно пришлю ей прощальное письмо в духе «дело не в тебе, а во мне».