Паркер Хантингтон – Мой темный принц (страница 54)
Олли фБ: Я испытываю к ней только сочувствие и вину.
Ромео Коста: Такого количества эмоций ты не проявлял ко всем женщинам, вместе взятым, с которыми был за последние пятнадцать лет.
Олли фБ: И все же… их меньше, чем у Закари Сана, который унизил себя перед полным стадионом болельщиков в пресмыкательстве вселенского масштаба. Тебе повезло, что никто не записал это на камеру, иначе ты стал бы сенсацией в интернете.
Зак Сан: ИИ фиксирует масштабное отклонение. Такое впечатление, что ты катишься по наклонной.
Олли фБ: Если и так, то только потому, что Даллас купила Брайар тетрадь.
Ромео Коста: Хм-м… на удивление студенческий поступок. Осмелюсь сказать… что горжусь?
Зак Сан: И в чем проблема?
Олли фБ: В том, что теперь Брайар записывает в нее все, что я говорю, как психотерапевт за клиентом, который сказал, будто ему кажется, что он живет в симуляции.
Зак Сан: Удивительно конкретно.
Ромео Коста: Признай, фон Бисмарк. Тебя до смерти пугает перспектива, что Брайар узнает правду.
Зак Сан: Так называемый последний уцелевший теперь стоит на коленях.
Олли фБ: Жаль разочаровывать, но я встаю в такую позу только для интенсивного орального секса.
Ромео Коста: Дам ему две недели.
Зак Сан: А я одну.
Олли фБ: На что спорим?
Ромео Коста: На твою моторную яхту.
Олли фБ: Ладно. Но если две недели истекут, а я так и останусь безумно не влюбленным, вы оба инвестируете в мой стартап.
Зак Сан: Повторяю в последний раз, Оливер, на клей для тако нет спроса.
Олли фБ: А ДОЛЖЕН БЫТЬ. Эти штуковины рассыпаются быстрее, чем самообладание Даллас у шведского стола.
Зак Сан: Так не заказывай хрустящие тако.
Олли фБ: Я не люблю мягкие тако. Они влажные. Возникает ощущение, будто я жую мокрое кухонное полотенце.
Ромео Коста: Клей не решение.
Зак Сан: Разве что в вопросе, на чем можно словить удовольствие, если ты нищий старшеклассник.
Олли фБ: Мое пари. Мои условия. Если выиграю, вы инвестируете в этот стартап.
Ромео Коста: Конечно. Но ты не выиграешь.
Олли фБ: Готовьте денежки, джентльмены.
Зак Сан: Свежо предание.
Глава 45
Громкий храп Брайар нарушил окружающую тишину, подобно удару в гонг.
Если случившееся в дýше и повлияло на нее, то она не подала вида. Да и вообще заснула, как только коснулась головой подушки.
Я ожидал, что после серьезного разговора в Бэйлоре состоится ссора. Обоих переполняло накопившееся раздражение, которое я подавлял, твердя себе, что она скоро уйдет.
Все вновь станет поганым, унылым и бесконечно скучным. Я вернусь к своей безрадостной жизни. А она – к работе в Лос-Анджелесе.
Не будет ни нарушенных обещаний. Ни откровенной лжи. И вообще никаких прикосновений.
Но я никак не ожидал, что чуть не умру от застоя крови в яйцах, потому что самая сексуальная женщина на свете решила голышом исполнить передо мной номер из «Цирка дю Солей».
Я напряг слух в попытке уловить признаки жизни в южном крыле, умом прекрасно понимая, что ничего не услышу с такого расстояния. Я не слышал своего брата, даже прижавшись ухом к двери его спальни.
Себастиан любил пребывать в полной тишине, лишь бы помучить меня.
Он знал, что я искал скрытый смысл в каждом признаке жизни, находя надежду там, где ей не место.
Часы проходили в тишине, разве что Брайар похрапывала время от времени.
Я боролся со сном, как и каждую ночь с тех пор, как разрушил семью фон Бисмарк. Такой ритуал установился с первой ночи, когда я узнал, что вновь и вновь вижу свою ошибку в ночных кошмарах, стоит мне только закрыть глаза.
Прошло пятнадцать лет, а я до сих пор с полной уверенностью знал, что меня ждет, как только сомкну веки. Всплеск воды. Рев мотора. Пугающая тишина. И кровь. Море крови.
Я перепробовал терапию, лекарства, иглоукалывание и гипноз. Светолечение, медитации, даже доводил себя до изнеможения.
Ничего не помогло.
Сон все равно приходил, как и всегда, и я боролся с ним, пока не кончались силы. А потом на следующий день этот настойчивый ублюдок возвращался по той же причине.
Кошмары – это способ разума напомнить, где болит.
Я ворочался в постели, скомкав простыни вокруг талии, считал овец, вспоминал каждое мгновение перед моей ужасной ошибкой и сдался.
Звуковая машина манила меня.
Я включил белый шум, установив таймер за полтора часа до пробуждения Брайар.
Тихий свист и шелест убаюкал меня, приглашая все в тот же кошмар.
Глава 46
Можно провести целые научные исследования о том, как мое тело умудрялось жить и работать в Нью-Йорке, тогда как разум оставался за тысячи километров в Европе вместе с Брайар Роуз. Она благополучно добралась до Женевы, преодолев несколько трудностей. А именно: путешествие в гостиничном халате и необходимость отбиваться от подонка-таксиста, который пытался к ней клеиться.
Словом, от чувства вины за то, что я оставил ее одну в Париже, мне становилось дурно. С другой стороны, ее родители все же вернулись в Женеву. Планы с сенатором изменились в последнюю минуту. Зато Обнимашка не осталась одна, хотя можно сойтись на том, что даже преуспевающий серийный убийца в поисках следующей жертвы и то составил бы более приятную компанию.
Я тем временем вернулся домой еще до утра, а значит, провел в Европе всего один день. Можно сказать, побывал проездом. Но папа все равно умудрился разозлиться из-за этого. Я сделал вид, будто рассыпался мелким бесом, и следующие две недели был тише воды ниже травы, вел электронные таблицы и всюду бегал хвостом за папой, его исполнительным директором и членами правления, пока они знакомили нас с Себом с управлением компанией.
Я каждый день считал минуты до встречи с Обнимашкой. А между делом проводил расчеты, обучался взаимодействию с клиентами и сдавал отцу экзамен на шестнадцать страниц. Я справился. С трудом. Себ получил пятерку с плюсом. Засранец.
В наш последний день в доме у озера в Саванне отец решил, что достаточно над нами поиздевался, и дал выходной.
– Вы продемонстрировали настоящую преданность делу и выдающиеся знания об организации и управлении гостиничным бизнесом. – Он бесстрастно наблюдал, как мы с Себом вошли в его домашний кабинет. – Вы заслужили небольшой отдых.
Я оживился.
– Отдых в смысле… поездка в Европу?
Папа постучал костяшками по столу из красного дерева.
– Отдых в смысле: идите поиграйте на заднем дворе.
Себ нахмурился.
– Нам не пять лет.
– Все равно я не стану вознаграждать вас всякий раз, когда вы оправдываете мои ожидания. – Отец открыл папку, уже закончив этот разговор. – Чтобы заслужить награду, их нужно превзойти.
Себ слегка улыбнулся, дразня меня.