Папа Добрый – Да будет тень. Чародеи. Курс третий (страница 2)

- Но мне нечем платить за обучение, – попробовала мать последний аргумент.

- Не волнуйтесь, это сущая мелочь. Поверьте, школа даже не заметит, что в её рядах появилась дополнительная ученица. Жить Таракан будет в гинекее хастлария с девушками-студентками, школьная столовая великолепна, одеть и обуть девочку, мы тоже в состоянии. Пройдёт год, и она не захочет нас покидать, вот увидите.

- А навещать я её смогу?

- Разумеется, в любое время, когда сможете, - ответил он матери. - Ну что, юный пироман, пойдём? – спросил мужчина и протянул девочке руку.

- Можно мне взять Принцессу? – спросила Таракан.

- Это мягкая игрушка, – пояснила мать, реагируя на удивление Муссабада. – Мы сами её сделали, и она очень ей дорога.

Протопав босыми ногами с соседнюю комнату, девчонка вернулась с самодельной фигуркой кошки, сшитой из лоскутиков чёрной и коричневой ткани.

- Это принцесса. Правда, красивая? – поинтересовалась Таракан, демонстрируя своё сокровище.

У кошки розовая юбочка свалилась до колен, и не хватало одного глаза-пуговички, но мужчина признал красоту царственной особы и подал ребёнку ладонь. Та вложила в неё свою, и оба они растворились в воздухе, оставив женщину в опустевшем доме. Может так и лучше. Женщина присела на табурет, и тихонечко заплакала, просто повинуясь родительским чувствам.

- А, вот Вы где, – торжествующе заметил фармандар. – Господин Муссабад у Вас уже был?

- Да, – ответила женщина, утирая слёзы. – Они уже перенеслись, так что не беспокойтесь, поджогов больше не будет.

- Да-да, - затараторил управляющий, вытирая вспотевшую шею платком, – я как раз об этом и хотел поговорить. В общем, господин директор возместил ущерб пострадавшим, так что, об этом уже можно не беспокоиться. Ну, а вам… Вам готов помочь поселковый совет, в обмен на сто часов работ на общественные нужды. Как Вам такое предложение?

Ну, а что могла ответить одинокая женщина? Конечно же, она согласилась.

В лицо пахнуло жаром, я дёрнулся, и прямо перед собой увидел раскалённый добела клинок, в трясущейся руке Яшмы. Такой напуганной я её ещё никогда не видел.

- Яшма, ты чего? – пересохшими губами прошептал я.

Напугана была не только она. Самандари жалась к противоположному борту, а Холодок, тщетно пытался укрыться в банке, в которой уже давно не помещался.

- Что с твоими глазами? - выделяя каждое слово, дрожащим голосом спросила Яшма.

- С глазами? А что с ними не так?

- Они чёрные, как чернила.

- Зрачки расширились? – я попытался встать. – Это, наверное, оттого, что я разговаривала с предметом.

Раскалённый клинок почти упёрся в грудь, и я предпочёл больше не двигаться, пока всё не выясню.

- У тебя вообще нет зрачков, – прошипела Яшма. – Весь глаз, слышишь, абсолютно весь - чёрный.

- Говорю же, я говорила с артефактом, – оправдывался я, только сейчас начиная понимать, что на самом деле произошло.

Ровно такой же животный страх я видел в лице матросов, что когда-то давно пристали к Яшме в порту, и у Ганди, был тот же страх в глазах, хотя скорее всего, не столь лютый. Но ведь и тогда, его что-то очень напугало.

- Сдаёмсу, – я улыбнулся и поднял руки с раскрытыми ладонями.

С минуту Яшма продолжала мне угрожать, а потом чуть отстранилась.

- Сирена, скажи, что это ты, – потребовала она.

- Конечно я, кто же ещё. Всё, Яшма, не дури.

- Что я тебе сказала, когда перебралась на кровать рядом с твоей?

- Что у тебя раньше не было друзей, – как-то невесело ответил я.

Ещё через минуту ящерица опустила клинок. Глаза мои вновь стали нормальными.

- Представляешь, - как ни в чём не бывало, продолжил делиться впечатлением, – я говорила с артефактом. Он словно затянул меня в какую-то пустыню, где ветер перемешан с песком, и стал являть мне образы. Всё, всё, что говорилось в легенде - правда. Он действительно работает.

- Как такое возможно? – Яшма села напротив.

- Не могу сказать, артефакт не показал тайны своего устройства. Все глифы внутри, и я успела рассмотреть лишь парочку…

- Я не об этом, – перебила Яшма. – Как ты заставила предмет говорить?

- Тоже не знаю, – пожал плечами. – Вдруг вспомнил, как на суде Ганди говорил, что артефакты могут многое рассказать магу.

- Сравнила тоже, – иронично усмехнулась ящерка. – Где ты, а где Ганди. Он архи-маг, а ты студентка.

- Да я не знаю, как так вышло. Оно как-то само, – оправдывался я.

- Ладно. – Яшма совсем успокоилась, поднялась и подала мне руку. – Не пугай нас так больше.

- Постараюсь, - пообещал, принимая руку.

Когда страсти поутихли, когда убедились, что нас никто не преследует, и в желудки попала горячая пища, мы вернулись к вопросу артефакта. Я как можно подробнее пересказал увиденное, а потом мы припомнили пещеры. Мы вроде даже смеялись, вспоминая, как улепётывали от гидры, и в тот же момент нас трясло, при мысли, сколько раз мы успели побывать на волосок от гибели. Если разобраться, мы ведь ничего не смогли противопоставить химере, рано или поздно, она бы нас окончательно измотала, и скорее всего, просто сожрала бы.

В руках Яшмы появилась бутылка вина и два бокала, и я одобрительно щёлкнул пальцами.

- Точно! Этот стресс нужно замочить.

- А я предлагаю отметить. Такой добычи артефакта у нас ещё не было. Жаль, что об этом никто не узнает.

- Поверь, - не согласился я, – тот, кто заинтересован в его находке, про нас не забудут. А может, сложат новые легенды.

- Тогда надо сделать вино покрепче, – предупредила Яшма.

Когда донышко бутылки опустело, а с края бокала в рот скатилась последняя капля, мы уже сидели на палубе, любуясь серебристым Чананом. Его ровный блеск отражался на водной ряби, и искрился на чешуйках Яшмы. Я положил свою ладонь ей на щёку и потянулся, к её языку, что был зазывно высунут навстречу моим губам. А утром, я проснулся в её объятиях, и опять, практически ничего не помнил.

Всё-таки магами, пусть даже начинающими, быть круто. И это я осознал даже не в битве с гидрой, а когда мы едва не угодили в шторм.

Штормы в Зами́ни Самандар может и не такие сильные, как в Лаамтанай, но по своей свирепости дадут фору. Острова не так уж и далеко друг от друга, чтобы шторму было, где разгуляться. Многие с крутыми скалистыми возвышенностями, вокруг которых ветер закручивает свои вихри, но не это главное. Защитные артефакты в портах, вот настоящая угроза для водных просторов. Да, они надёжно защищают порт, город, а иногда, и весь остров целиком, но из-за них, благо крайне редкие штормы, ведут себя словно ветер в городской застройке. Попал в шторм - трави паруса, иначе шквальный ветер перевернёт судно, или непременно разобьёт его о какой-нибудь берег. Уйти в защищённую артефактом бухту уже во время шторма, практически не реально. Ветер просто огибает эти невидимые пузыри. Так что, штормы в Землеморье более коварные, и начинаются всегда неожиданно.

Вот в такой шторм мы и угодили. Буквально за десять минут ветер серьёзно окреп, налетели тучи, разразилась гроза, с громом и молнией, а вслед за ней пришла волна и шквалистый ветер. Небо и море стали чёрными, резко стемнело, словно настала ночь.

Вот тут артефактная начинка Арго пришлась очень в тему. Даже не представляю, как в условиях шторма можно быстро стравить шкоты, когда ветер буквально вырывает их из рук.

Арго начало трепать из стороны в сторону, от одной волны к другой. Кренило, но тот упорно боролся с кренами, и в какой-то момент, мне даже показалось, что он самостоятельно стремится выставить нос поперёк волны. И вот в таких условиях, два недомага, у которых не совсем налажены отношения с водой, принялись колдовать. И это, надо вам сказать, ой как труднее, нежели в спокойную погоду. Шторм, это не просто погодное явление, это настоящий протест двух стихий, которые не на шутку раздурачились и их возня переросла в настоящий спор. И горе тому, кто угодил в гущу событий, или не дай Бог полез разнимать.

Сёрфингистом я никогда не был, но тактика их нашла должное применения. Вместо того чтобы противостоять волне, я решил подчиниться её воле. Арго вскарабкался на самый гребень, осушив нос и корму, со скрипом перевалился через него, и под ужасным углом, недалёком от пике, полетел вниз. Я подыграл волне, предлагая догнать убегающий кораблик. И волна подхватила эту затею. Какое-то время мы неслись по почти отвесной стене, раззадоривая стихию, а когда волна уже начала нависать над нами, принял чуть в сторону. Я буквально чувствовал, с каким азартом шторм пытается нас настичь, меняя направление волны. Нет, он, как мне казалось, не стремился нас уничтожить, но игра в догонялки его раззадоривала.

Волна за кормой уже успела сомкнуться, закрутившись в трубу, и всё нагоняла и нагоняла. Кровь кипела, адреналин молотами был в виски, но как минимум троим здесь, это начинало нравиться всё больше и больше - шторму, мне и Арго.

Волна сомкнулась по правому борту, и мы неслись в водяном тоннеле, словно в барабане стиральной машины, и чуть заметное пятнышко водной глади под куполом портового артефакта, казалось светом в конце тоннеля.

На самой границе шторма волна схлопнулась, гулко обрушившись на палубу, и выдавила Арго из тоннеля, словно пробку из бутылки.

Мокрый до нитки, но довольный и счастливый, я обернулся к шторму.

- Я-хуу! Это было круто! – прокричал, вскидывая вверх руки, с оттопыренными большими пальцами кулаков. – Дружище, надо будет повторить!