Папа Добрый – Да будет тень. Чародеи. Курс первый (страница 20)

В ситуацию уже успел вмешаться Агелай и Фоум, но парень не сдавался, ссылаясь на предупреждение истада, что кому-то может чего-то не достаться.

– Уступи даме оружие. – попросил я, и принялся демонстративно выбивать трубку. – Будь мужчиной.

– А не рано ли ты стала верховодить? – пошёл на принцип пацан. – Мы тебя в начальники не выбирали.

Меч он держал за эфес, клинком вниз, поэтому последующие действия обрисовались сами собой. Я просто бросил ему трубку в лицо, и пока тот отстранялся, резким, но не сильным ударом в запястье, выбил меч, ухватив его за гарду. Правда, то, как это вышло, превзошло мои ожидания. Трубка не только достигла цели, но и звонко щёлкнула парня по лбу, и, отскочив обратно, была мною поймана. В результате и трубка и меч оказались у меня, а парень даже и не думал принимать контрмеры. Впрочем, это бы у него и не получилось. Фоум и Агелай преградили ему дорогу.

– Браво, госпожа Сирена. – похвалил Маздут. – Но когда-нибудь, уверен, за подобные выходки, Вам надерут Ваш прекрасный зад.

И пока у всех прочих надиралка не выросла, физрук протянул мне атласную ленту, чётко дав понять, чем мы займёмся.

Всем остальным он раздал амулеты, а в качестве партнёров пришли парни с четвёртого и пятого курса.

Первый урок фехтования нёс лишь одну смысловую нагрузку. Почувствовать вес боевого оружия, вдоволь им намахаться до девятых потов, и понять, что даже если на тебе амулет, то ещё нужно приложить немалые усилия, чтобы остаться на ногах и не распрощаться с оружием, как это только что случилось с Икаром.

Мы ушли на лужайку позади хастлария, где и суждено было случиться легальному бесчинству по избиению первокурсников. С огромным бы удовольствием понаблюдал за поединками некоторых отдельных личностей, например, как машет секирой Фоум, или как схлестнулись два четырёхруких, устроив мясорубку сразу в восемь мечей. Но, у кого-то уже на меня был отдельный наряд.

– Ну что, госпожа табакерка? – Маздут улыбнулся, накидывая на себя ленту. – Правила Вы знаете лучше меня.

– Табакерка? – переспросил я и сделал первый выпад.

Маздут уклонился и контратаковал, но лишь кончиком пальца дотянулся до ленты, едва-едва коснувшись её. А вот я сумел сдёрнуть, поймав за развивающийся край.

– Похвально. – учитель вернул ленту на шею, и тут же совершил обманное движение в сторону.

Но, я вновь был на коне, а точнее с лентой в руках, ибо не поддался на манёвр и сблизился с соперником.

Дальше, попеременные атаки последовали одна за другой. Ленту удерживать нельзя, и с шеи она может свалиться от неловкого движения, а это ограничивает свободу перемещения и уклонения. Выпады и блоки сменяли друг друга с невероятной быстротой. Я поражался и скорости и реакциям своего преподавателя, впрочем, как удивлялся и своим. Казалось, что всё происходящее разогнано, как минимум, вдвое. К движению рук и уклонам тела добавились попытки подсечек. Никак не мог поверить, что человек в кольчуге может двигаться столь быстро и проворно.

– Что, табакерка, выдохлась? – злорадствовал Маздут, но первым снял с себя доспех.

Вашу ж мать! Вот это комплекция! Он словно на 3D принтере был отпечатан. Каждая мышца выделялась, и по нему можно было изучать анатомию. Я было тоже потянулся за подолом рубахи, но был вовремя остановлен жестом и окликом.

– Тише-тише, госпожа Сирена! Я хоть и Ваш учитель, но всё же мужчина. Оставьте мне хотя бы шанс забить гол престижа.

Заболтал он меня, и шансом этим воспользовался. Впрочем, и его шея оказалась без ленты.

– А мне нравится «табакерка», – заявил я, закидывая ленту на её законное место. – Отличный позывной.

– Откуда такие познания в военной терминологии?

Новая серия выпадов и уклонов, обмен блоками.

– Не могу знать. – отчеканил я, дразня своего преподавателя.

– А что случилось вчерашним вечером в порту? Расскажете, если не секрет?

– Ровным счётом ничего. – ответил, и чуть не расстался с лентой.

– А я слышал, что компания подвыпивших матросов, столь поражена была красотой наших студенток, что подарила им холодное оружие, а один, даже чуть не лишился дара речи.

– Слухи. – заверил я, и был в миллиметре от того, чтобы в четвёртый раз овладеть трофеем.

– Госпожа Сирена. – Маздут расплылся в театральной улыбке. – Я Вас умоляю.

Я остановился, за что тут же был наказан потерей ленты и предупреждением, что поединок оканчивается только тогда, когда есть проигравший.

– Нож в гинекее. – признался я, понимая, что хранение личного ножа не приветствуется.

Маздут жестом подтвердил, что холодняк нужно предоставить к осмотру.

Нож был так себе. Простой, абсолютно не сбалансированный. Шугануть кого-нибудь, и порезать закуску. Никакой ценности из себя не представлял.

Взяв нож за самый край лезвия, Маздут протянул его мне, но в одно движение крутанул, и сделал предупредительный замах у моих рук.

– Отнимай. – велел учитель.

Пришлось отобрать.

Хват за запястье, залом кисти, но завладеть клинком не удаётся. Маздут просто роняет нож, и мы оба тянемся к его рукояти. Я чуть быстрее. Успеваю развернуть нож обратным хватом, прижать лезвие к предплечью. Рука натыкается на блок, и теперь уже я, роняю оружие, в надежде перехватить его левой рукой. Маздут отбивает нож коленом, а мне начинают заламывать сустав, чтобы затянуть на удушающий. Просто падаю промеж ног преподавателя и толчком ноги протискиваюсь ему за спину. Пинать учителя по яйцам нога не поднялась, но вот оттолкнуться от его зада, вполне себе позволил. Когда он повернулся, я уже был на ногах, готовясь принять стойку.

Истад поднял нож и протянул его мне.

– Дешёвая вещица, но как законный трофей, вполне сгодится.

Мы обменялись небольшими поклонами.

Маздут позвал четырёхрукого пятикурсника. Тот прекратил зрелищную схватку с Агелаем, и отдал два меча учителю.

Лёгкие, изящные, чуть изогнутые, с длиною клинка в полтора предплечья, из серебристого металла. Один меч отдали мне, второй Маздут ловко закрутил на тыльной стороне ладони, поставив вертикально на эфес. Когда понты и финты кончились, мне вручили амулет, а учитель вновь облачился в кольчугу.

– Ну, всё, вот и допрыгались. – подумал я, когда услышал призыв защищаться. – Сейчас нас разделают под орех. Это вам не ножички отбирать.

Гул стали вокруг стихал, и я буквально кожей ощущал, как вокруг нас образовывается кольцо зевак.

– Готовы, госпожа Сирена? – на всякий случай уточнил учитель.

– Доверься мне. – прозвучало в голове, и на вопрос я ответил уверенным кивком.

Как только началась атака, сработали не мои рефлексы. Не знаю, кто учил Сирену фехтовать, но это существо, точно было богом. То, что она вытворяла, походило на какой-то танец. Я даже не всегда успевал заметить, как она отбивала очередной удар. Делала это изящно, играючи, иногда даже поддразнивая противника. Предугадывала траекторию удара, заранее выставляла блок, и демонстративно отворачивалась, парируя атаку не глядя.

– Второй! – крикнул Маздут, и нам обоим были брошены вторые мечи.

Сирена подхватила свой сразу за эфес, а потом оба крутанула вокруг ладоней, да так, что я на мгновенье даже потерялся, когда один меч обернулся, условно, по часовой стрелке, а второй против.

Маздут выпендрился также, только его мечи обернулись дважды.

Честно признаюсь, хотел зажмуриться, когда перед лицом замелькала сталь. Таких скоростей я не видел даже в кино. Стоит на мгновение зазеваться, и меня пошинкуют, как капусту.

Сирена не атаковала, и словно издевалась над своим оппонентом. Разумеется, давалось ей всё это с должным усилием, но, видать разные были школы у бойцов, и в школе Сирены учили изнемождать противника.

Через пять минут мы оба были мокрые, как церковные мыши, и резко отступив на два шага назад, истад Маздут остановил бой.

– Госпожа Сирена, – учитель поклонился. – могу спросить, кто Вас учил?

– Деда. – прозвучала мысль.

– Дед. – озвучил я.

Я был, что тот кот из анекдота, и случившееся, произвело на меня не меньшее впечатление, чем на окружающих.

– Склоняю голову пред вашим предком, и хотел бы Вас отблагодарить, за такой бой.

– Проси тортик. – послышался голос кого-то из кошек.

– Ну, вот, девочки хотят торт.

– Будет вам торт. – Маздут улыбнулся. – А с вас, барышни, пара молодильных яблок.

– Вы и про это знаете? – спросил я.

– Конечно, это же школьная традиция, заставить первокурсников пару часов грести за самыми обычными яблоками, растущими в саду на соседнем острове.

– Ну, это же, вроде как воровство?

– Да? – делано удивился тренер. – И у кого вы воровали на пустынном острове? Разве что у самого острова. Это школьный сад.

Жаль, что с нами нет Миры. Интриганка хренова.