Паоло Бачигалупи – Разрушитель кораблей (страница 28)

– Следите за ними получше.

Все трое кивнули в ответ, Голубоглазая – с улыбкой, Моби – глотая из бутылки, Тул – с безразличием. Ричард исчез среди стеблей в заполненной шорохами ночи, бледная тень человека во мраке.

Когда Ричард ушел, Моби ухмыльнулся и еще раз отпил из бутылки.

– Твое время выходит, девчушка, – сказал он. – Если твои люди не появятся побыстрее, может, я тебя и себе возьму. Из тебя получится хорошая домашняя зверушка.

– Заткнись, – рыкнул Тул.

Моби возмущенно поглядел на него, но закрыл рот. Тул поглядел на Голубоглазую.

– Первой будешь дежурить? – спросил он. Та кивнула. Тул подтолкнул Моби в сторону, и оба они улеглись спать в кустах. Скоро с того места, где лежал Тул, донесся храп. И голос Моби, все еще жалующегося на жизнь, но его было едва слышно через заросли папоротника. Вокруг сидящих у костра кружились москиты, и Нита беспомощно отмахивалась от кровососов. Остальные просто не обращали на них внимания.

Голубоглазая подошла ближе и застегнула наручник на запястье Пимы. Поглядела на Гвоздаря.

– Не собираешься проблемы создавать?

– Что? – переспросил Гвоздарь, с деланым недоумением глядя на нее. – Рискнешь сказать папе, что надела на меня наручник? Ведь именно я все это нашел.

Голубоглазая задумалась. Ей очень хотелось и его пристегнуть к цепи, но она явно не могла решить, пленник он или союзник. Гвоздарь с вызовом глядел на нее. Он понимал, кого она видит перед собой. Тощий костлявый мальчишка, только что оправившийся от лихорадки. Но за ним – Ричард Лопес. Рисковать не стоит.

Отказавшись от затеи, Голубоглазая села на камень, взяла в руки мачете и принялась точить его. Пима и Везучая Девочка многозначительно поглядели на Гвоздаря. Костер угасал. Гвоздарю очень не понравились намеки, которые делал отец. Он сейчас явно на распутье, и любая мелочь может подтолкнуть его.

Гвоздарь откинулся на землю рядом с Пимой.

– Как пальцы? – спросил он.

Та улыбнулась и приподняла руку.

– Ничего. Хорошо хоть, он не решил сделать урок из пяти частей.

– Сильно болят?

– Не очень. Хуже, что деньги потеряли.

Пима старалась говорить бодро, но Гвоздарь догадывался, что пальцы должны болеть просто ужасно. Повязки на пальцах уже обтрепались.

Пима уловила направление его взгляда.

– Может, потом сможем сломать их и вправить, чтобы приросли ровно, – сказала она.

– Ага.

Гвоздарь поглядел на Везучую Девочку.

– У тебя как дела? У тебя ничего не сломано?

– Заткнитесь! – заорал из кустов Моби. – Я спать хочу.

Гвоздарь заговорил потише.

– Скоро твои прибудут?

Везучая Девочка задумалась. Опасливо поглядела на него, на Пиму, а потом на Голубоглазую, сидящую неподалеку.

– Ага. Скоро.

– Да ну? – переспросила Пима, глядя на нее. – Точно? Патель.

Фамилию она произнесла протяжно.

– Они правда придут или ты все наврала? Если ты действительно Патель, кто-нибудь из твоей команды есть на берегу сейчас, какой-нибудь чертов торговец. А ты не говоришь ни слова. Почему?

Она снова со страхом поглядела на них. Откинула с лица черные волосы и вызывающе поглядела на Пиму.

– А если они не придут? – яростно прошептала она. – Что тогда будешь делать?

Ее слова задели Пиму и Гвоздаря, которых и самих мучили сомнения. Гвоздарь рассмеялся бы, если бы не страх в голосе девочки. Она солгала. Он достаточно лжецов в жизни видел, чтобы понять это. Ему лгали все и всегда. О том, как тяжело работали, как хорошо норму сделали, о том, чего боятся, о том, хорошо они живут или голодают. Везучая Девочка солгала.

– Они не придут, – уверенно сказал он. – Тебя никто не будет искать. Я даже сомневаюсь, что ты из клана Патель.

Везучая Девочка опасливо поглядела на него. Перевела взгляд на Голубоглазую, продолжавшую без нужды точить мачете. Пима в задумчивости взялась за кольца в ушах и откинула голову.

– Это так, девочка? Ты не стоишь ничего?

Гвоздарь удивился, увидев, что Везучая Девочка готова разрыдаться. Даже Ленивка не плакала, когда ее пинками гнали по берегу с порезанными рабочими татуировками на щеках. А эта неженка готова расплакаться только потому, что ее поймали на вранье.

– Так где же твоя семья? – спросил он.

Она задумалась.

– Севернее. Выше Затонувших Городов. Я действительно Патель. Но они просто не знают, где меня искать.

Она помолчала.

– Они и подумать не могут, что я здесь. Мы не одну неделю назад выбросили маячки GPS, чтобы сбежать.

– От кого?

Она снова задумалась.

– От своих же, – наконец ответила она.

Пима и Гвоздарь озадаченно переглянулись.

Нита принялась объяснять, очень тихо.

– У отца есть враги внутри компании. Мы попали в шторм, когда они нас преследовали. Куда бы мы ни двинулись, они предугадывали наш курс. Если бы они меня поймали, то использовали бы, чтобы давить на отца.

– Значит, никто тебя искать не будет?

– Никто из тех, кого мне хотелось бы увидеть, – ответила она, качая головой. – Когда наш корабль разбился, его преследовали два других, но они отвернули из-за урагана.

– Так вот почему вы пошли прямо в сердце урагана-убийцы? Пытались сбежать?

– Да. Либо так, либо сдаться.

Она снова покачала головой.

– Вопрос выбора тут не стоял.

– Значит, никто тебя искать не будет, – повторил Гвоздарь, стараясь смириться с новой мыслью. – Ты нас все это время дурачила.

Пима медленно выдохнула, с шипением.

– Тебе лучше было бы сдаться тем, кто тебя преследовал. Отец Гвоздаря способен на такое, чего они никогда не сделают.

Везучая Девочка покачала головой.

– Нет. У ваших… у ваших есть хоть оправдание. А у тех, кто за мной охотился…

Она снова покачала головой.

– Они еще хуже.

– Значит, ты разбила корабль и пыталась утонуть только затем, чтобы они тебя не поймали? – спросил Гвоздарь. – Погубила всю команду, чтобы остаться на свободе?

Нита отвернулась.