Паола Волкова – Лекции по искусству. Книга 3 (страница 4)

Но Олимпиада, это не только соревнование, это еще и театр, это еще и соревнование аэдов – мальчиков, играющих на арфе. А вы знаете, что были женские Олимпиады? Вообще не понятно, как они там жили: раз в четыре года Олимпийское перемирие, а раз в три года Пифийское. Пифийские игры равны Олимпиадам и называются Дельфийские игры, потому что проходят в городе Дельфы. И это большая разница. Олимпийским играм покровительствует Зевс, а Пифийским – Аполлон. Значит, Аполлон ведает одним, а Зевс ведает другим. А теперь вы задайте мне вопрос: Паола Дмитриевна, а кто принимал участие в Олимпийских играх? Почему вам в голову не приходит такая мысль? Поднять руку и сказать: Паола Дмитриевна, а кто принимал участие в Олимпийских играх? Прямо таки все эллины?

голоса из зала: Во-первых, только совершеннолетние мужчины. Мужчины, достойные среди своих.

Волкова: А как выбирали достойных, если у них полная Олимпийская демократия? Ничего вы и не знаете. В играх принимали участие эфебы четвертой ступени, а в Пифийских – эфебы третьей. А еще те, кто стал победителем предыдущих Олимпиад. А совершеннолетие наступает в 21 год и ты уже можешь носить бороду, иметь семью. А если у тебя бороды нет, то и ничего другого нет. Ты еще пока готовишься. Так вот, во-первых, Олимпиады – это вещь не социальная, потому что принимают участие абсолютно все слои общества. В том числе и эфебы. И если вы у меня спросите: Паола Дмитриевна, а кто такие эфебы? – я вам отвечу. Греческую скульптуру видели, когда-нибудь? Хоть в слепках? Если увидите в подлиннике, вы просто сознание потеряете, потому что между картинкой, которую я вам покажу, слепком и подлинником, нет ничего общего. То, что они делали с камнем – это делали только они одни! И больше никто и никогда. Никакие Родены, никакие Майоли. Никто. Они даже понятие про это не имеют. Это было абсолютно гениально. Именно в это умение ушла вся гениальность нации.

Так вот, эфебы. Сейчас я вам открою великую тайну. Во всех этих самых разных городах-государствах, самых-самых разных, была одинаковая, идентичная система образования. Это были гимназии, которые входили в Олимпийский совет. А если у тебя в твоем полисе нет гимназии, ты никогда не выйдешь на Олимпиаду. А чего тебе там делать-то? Ты не можешь участвовать. А в Олимпиаде принимает участие кто? Эфебы или победители прошлых игр. А кто такие эфебы? Гимназисты! Почему эфебы? А это совсем замечательно. Потому что все юноши, учившиеся в гимназиях, находились под покровительством и патронатом Аполлона. Аполлон имел много всяких министерств – у каждого античного мифологического бога было много министерств, и под его рукой было. В частности такое министерство среднего школьного образования. Он заведовал воспитанием юношей. А еще он был Феб, то есть – Свет! А Эфеб – это «наши мальчики», «наш свет» – цвет общества. А цвет общества – это наше будущее. И во всех городах, которые входили в Олимпийский союз, самым главным было идентифицированное образование. В Москве у нас образование одно, а в Липецке другое. Все никуда не годятся. Образование для всех должно быть на одном уровне, иначе никакой эфеб международного класса из тебя не получится.

голос и зала: Почему мы говорим, что объединяющим фактором в Греции и в других соседних государствах были, именно, Олимпийские игры, если сейчас выясняется, что там была единая система образования? Вроде, это более важно?

Волкова: Сейчас, подождите, я еще не все сказала. Потому что главное – это Олимпийские игры. Олимпийские игры – это объединяющая система. Просто она все цементирует. Понимаете? Это хронология. Это священное перемирие. Раз в четыре года. Другое дело, это кто являлся участником игр. Так вот, там внутри было четыре регулятора. При всей этой сумятице, которая там происходила: войны, торговля, о которой вы говорите, чего-то там еще, было четыре искусственных регулятора, которые они создали быстро и за очень короткое время, закрепив эту идею. Вообще, греки были создателями идей. Они, как чеширский кот. Вы знаете, что такое чеширский кот? Да? Это, когда улыбка есть, а кота нет. Они улыбку создали. Подлинной скульптуры очень мало, архитектуры подлинной очень мало, рукописи подлинной очень мало, а в Греции есть. Всех обслуживают. Они – чеширский кот. Они идеи создали. Они создали улыбку мира. В каждом полисе. А что может называться полисом? Вот я говорю: я – деревня, а ты, кто? Почему ты называешь себя полис? Какое ты имеешь право называться полисом, то есть центральным городом, таким маленьким государством? А у меня есть школа эфебов и агора! Ах, раз у тебя есть школа эфебов и агора, тогда ты – полис. То есть, система управления. Ну, скажем, народное собрание и правитель, архистратиг и, главное, гимназия. Сейчас я не буду вам рассказывать В следующий раз я вам покажу картинку про эфебов, ладно? Эфебы – это что-то гениальное. Там было четыре ступени обучения. Первая, вторая, третья, четвертая. Они обучались, внимание: грамматике, арифметике, истории и музыке. Каждый мужчина обязан был быть грамотным, уметь считать, играть на музыкальном инструменте – назовем это гитарой, кифарой, дудкой, и знать мифологию. Это было поголовно грамотное население и поэтому, когда они выходили на четвертую ступень (заканчивали гимназию), то тогда они демонстрировали все свои способности. Свою способность быть воином. Свою способность быть гражданином. Свою способность быть образованным человеком. Свою способность играть на музыкальном инструменте. То есть, они демонстрировали, что являются готовыми гражданами своего полиса. А уж если я – победитель, то это уже всё! И что получается? А то, что к следующей Олимпиаде мне ставят памятник или скульптуру. Значит, вся античная скульптура, которая до нас дошла – абсолютно вся, отвечаю вам стопроцентно, делится на две категории: это статуи победителям на Олимпиадах – Пифийским или Олимпийским, и изображения богов. Вы меня поняли? Через скульптуру я вхожу в бессмертие.

А еще вы не знаете о таких двух регуляторах, от которых можно с ума сойти. Если вы окончили третий класс, то вы проходите через Пифийские игры, а если четвертый класс, то через Олимпийские. И это все одновременно, все вместе связано: школа эфебов и Олимпиада. Потому что Олимпиада – это не спорт. Это смотр сил, понимаете? Мы просматриваем, кто мы по отношению ко всем остальным. Это та же война, только гораздо более жестокая, потому что на той войне ты убит – не убит. Ты победитель – не победитель. Сегодня так, завтра этак. А здесь ты – все! Вот какой у нас полис! Вот какие у нас мальчики! Вот какое у нас будущее! Вы понимаете это или нет, скажите?

Например, есть еще один очень интересный момент: кто все это строил и делал? Скульптуру, архитектуру, вазы? Кто это все строил и делал? Один полис может себе позволить что-то делать? Вот вы можете себе представить Петербург? Его строили сразу. Помните? Пётр взял Леблона и сразу поставил. И к моменту его смерти, в 1725 году, Петербург уже стоял в основных чертах, как сейчас. Почему? Он был поставлен сразу. А Москва строилась постепенно. Все, знаете, мотается, мотается. Нынешняя Москва есть, а той уже нет. Той – другой уже не будет, потому что она, как тесто из квашни выливается, выливается. А Петербург, как его поставили – так он и стоит! Извольте!

Я сейчас, по печальному случаю, была в Венеции, и опять подумала, правда, не в первый раз: Боже мой, ну как же они это все сделали? Закончили все строительство к XVIII веку. И этот город остался. Когда Геракл учредил Олимпийские игры, то, все, как-то сразу стало «сразу». Там практически не было этого постепенного развития. Вот сейчас мы сделаем это… Были уточнения. Александр Филиппович Македонский, извините за фамильярность, самый гениальный грек, поломал все. Неважно. Греки все равно остались самые образованные – с театральной культурой, которых приглашали во всем мире быть педагогами и актерами. Все актеры: и в Риме, и повсюду – были греками. Это совершенно отдельная тема. Но мы с вами говорим именно о том, что называется классическая Греция. Как она создавалась? Что вы видите? Что есть предмет изображения? В основном изображения мужских тел, мальчиков и молодых людей. А почему? Кто они такие? А я объясняю вам – это эфебы. Еще есть изображения богов. В следующий раз я покажу вам шествие эфебов с Афинского диплоида, которое англичане увезли к себе в Британский музей. Это, конечно, умопомрачительное зрелище – изображение богов, изображение героев. Но их мало! Победителей!

На чем мы остановимся? Только на картинках. У нас на всю Грецию будет только одно занятие и одно занятие на Рим. Потому что остальное время должно быть отдано другому.

Третий вопрос – это вопрос о том, кто строил, кто ваял скульптуру? Очень интересный вопрос. Чего не выкопаешь – все гениально. Чего не скажешь о Риме или о других местах. И не потому, что время, а потому что все выкопанное является настоящей античностью. А ты только рот открываешь. До сих пор.

Куда стоит поехать? Назвать одно-два места… Вы знаете, на античном Акрополе, то есть Афинском, есть очень маленький музей. Это музей «Афинского Акрополя». Недавно там закончилась реконструкция. И как всякая реконструкция, она имеет свои и положительные, и отрицательные качества. Если будете, то обязательно сходите туда. Там есть подлинные скульптуры эфебов, которые сидят на лошадях. Юноши. Сразу видно чувство формы. А какая греческая скульптура в музеях Рима! Гениальная! Они были гениями формы. Они так чувствовали камень, что им был присущ этот гений ваяния, как больше никому и никогда. Это повторить невозможно, как нельзя повторить ту странную, практически метафизическую, не очень ясную для нас систему, которая все для нас создала. Они, как будто бы, из какого-то полудрагоценного камня. Такие золотистые, прозрачные.