Пальмира Керлис – Живой ты не вернешься (страница 20)

Мое отражение мне нравилось, особенно тем, что я была не совсем на себя похожа. Кто давно не видел – вряд ли признает. К счастью, во дворце не должно быть людей, хорошо знавших настоящую Дарину. В этом году из западной Академии туда никого не распределяли, зато были старшие маги, рядом с которыми мы учились. Они видели нас редко, еще девочками. Сомневаюсь, что вспомнят, где кто. Внешне мы разительно не отличались, иначе Данаил не затеял бы авантюру с подменой. Типаж общий, разве что черты лица у Дарины были более кукольные, чем у меня. Тогда… С возрастом она вполне могла измениться.

Столица сверкала в лучах полуденного солнца. Черепичные крыши, покатые и со шпилями, вертлявые флюгеры, круглые чердачные окна – все ловило блики и щедро стреляло ими в прохожих. Многие прикрывали глаза ладонью или щурились, мне же было привычно: на юге солнце палит беспощаднее, да и светлая магия приучила к постоянным вспышкам. Для зрения вредно, конечно, но спасали капли, приготовленные из настоя трав. Благодаря им глаза не болели и выглядели выразительнее, мой бледно-зеленый цвет радужки становился ярким и насыщенным. На севере это было ни к чему, а сейчас запасы пришлось пополнить. Странные все-таки выдались три месяца в Пустошах, словно какая-то другая жизнь. С одной стороны, эта гораздо цивилизованнее и оттого приятнее, с другой же… Я начинала тосковать по той простоте и свободе.

Императорский дворец был виден издалека – возвышался множеством остроконечных башен посреди города, на главной площади. Высоченный ажурный забор, витые колонны фасада, изящная отделка стен. Величественные статуи у парадного входа переливались золотом, сказочные синие конусы крыш казались частью неба. Завораживало, но не до такой степени, чтобы рассматривать, раскрыв рот. В конце концов, я повидала много мест, поразивших меня гораздо больше. Западный залив был прекрасно бескрайним, а южные террасы с пальмами и золотым светом, просачивающимся сквозь листья плюща, били в самое сердце, оставаясь в нем навеки. А тут… Сплошное излишество, доступное единицам. Другие могут разве что любоваться им с безопасного расстояния, пока тобой не начнет интересоваться стража.

Меня впустили после дотошных проверок и долгого ожидания – сначала у ворот, после на входе, а затем в отделанном мрамором коридоре второго этажа. Внутри дворца было столь же роскошно, как снаружи. По крайней мере, в крыле, принадлежащем высокопоставленным магам. Широкие лестницы с узорными перилами, фрески и золоченые карнизы, мозаичные полы. Лепнина на сводах, белоснежные колонны, пышные люстры из дутого стекла. Все сияло, переливалось, тонуло в великолепии. Как здесь живут?.. Мне бы двойная порция капель понадобилась. В стрельчатом окне виднелся сад – пестрый, красивый, огромный. Умопомрачительные клумбы с геометрическим рисунком, фигурно стриженные кусты, мощеные аккуратные дорожки. А фонтаны, скамьи, беседки, качели… Я рассматривала его, пока не пригласили пройти в зал.

Он был просторен и залит светом, за массивным столом близ внушительной колонны восседали трое мужчин. Двое – в мантиях высших магистров – тех цветов, что соответствовали их специализациям, но с одинаковыми серебристыми узорами. И один в красной, с отличительной чертой архимагов – золотистыми нашивками. Сразу было понятно, кто он, да и о личностях других я догадывалась. Стол усеивали свитки с донесениями и какими-то чертежами. Видимо, у них здесь совещание шло, но на меня решили отвлечься. Я склонилась в почтительном поклоне, верховный архимаг Левен поприветствовал:

– Добро пожаловать! Нечасто к нам распределяют столь молодых особ…

От улыбки его пухлые щеки округлились еще сильнее. Солнечные лучи, падающие на его лысину, делали ее такой же блестящей, как и все во дворце. Смотрелось комично, но уверена, что первое впечатление о нем обманчивое. Будь он забавным добродушным толстяком, не занимал бы столь важную должность.

– Дарина, полагаю, ваши успехи впечатляют, – похвалил рыжий высший магистр в белой мантии. Придворный целитель Естир, если я не ошибаюсь. – Раз южная Академия удостоила вас чести оказаться здесь…

В руках у него был мой диплом, который у меня вместе с другими бумагами забрали на входе во дворец. Копию взамен сожженного оригинала мне сделал Данаил, с южной печатью, как положено. Заранее подсуетился.

– Вас высоко отмечают все наставники, – добавил пожилой магистр в синем. Судя по всему, прорицатель и советник императора Илиан. Боковым зрением он изучал в дипломном свитке длинную ведомость с максимальными баллами по всем дисциплинам. – Но вы же понимаете, что это лишь теория? Вам придется доказать, на что вы способны.

– Понимаю, – кивнула я, мысленно представляя, как и этот диплом горит ясным пламенем. – И готова перейти к практике.

Колонна откинула странную тень – растущую, человеческую. Я повернулась и встретилась с пронзительным взглядом синих глаз. Сердце стукнуло о ребра и провалилось куда-то вниз. Северин прислонился к колонне, скрестил руки на груди. Я моргнула, он не исчез. Рассматривал меня испытующе, с ехидным прищуром. Вместо мантии на нем были обыкновенные штаны и белая рубашка без затей, совершенно не вписывающиеся в интерьер. Что. Он. Здесь. Делает. В голове отрывисто пронеслось каждое слово, складываясь в предложение с бесконечным количеством вопросительных знаков. Ему же положено быть в крепости, у Пустошей! Но Северин стоял напротив, и на его лице застыл вопрос, который не прочитаешь иначе, чем: «Что, опять?»

– По распределению, значит. – Его губы изогнулись в самой ироничной из виденных мною усмешек. – Как интересно…

Появился повод собой гордиться: внешнюю невозмутимость я сохранила, ни один мускул не дрогнул. Хотя мысленно потряхивало, в висках толчками пульсировала кровь. Сейчас он меня выдаст… Незаконное проникновение в крепость, подделка документов. В два счета окажусь в Надзоре для разъяснительной беседы, если можно ее так назвать. И прощайте, доброе имя, распределение во дворец и исследования Юстина. Замечательно… Блестяще, великолепно! Что я раньше знала о провалах?!

– Да, не типичное время для прибытия магов из Академий, – согласился Естир.

– Что-то вы задержались, – неодобрительно покачал головой Северин, не сводя с меня издевательского взгляда. – С момента выпуска несколько месяцев прошло.

Ясно. Прежде чем сдать, отыграться решил. Ладно, вызов принят. Терять все равно нечего.

– У меня были неотложные дела на западе, – произнесла я елейно.

– На западе? – Его бровь приподнялась – кажется, не от удивления, а от моей неслыханной дерзости. – У меня к вам вопрос…

Я вздернула подбородок, готовясь стойко выслушать публичные обвинения.

– Вы лево и право, случаем, не путаете? – осведомился Северин участливо. – А низ и верх?

– Тут действительно сложная история, – просветил его Левен, – ее на время вызывал к себе архимаг Данаил, глава западной Академии.

Северин медленно кивнул, явно решив, что становится еще интереснее. А как по мне – только хуже, с каждой их фразой! Впрочем, Данаил найдет способ себя выгородить. А вот мне придется все же удирать в восточный храм, и лучше максимально далекий.

– Насколько я вижу по документам, – Илиан потряс одним из прилагающихся ко мне свитков, зажатым в крючковатых пальцах, – она родом из западного королевства и до пятнадцати лет училась там.

Северин отлепился от колонны, прошел не спеша к столу. Заглянул в один свиток, в другой, затем в мой диплом.

– О, светлый боевой маг, – сказал он с таким деланым удивлением, что захотелось еще разок дезориентирующими чарами зарядить. В него.

Но были и плюсы. Понял, что правде документы соответствуют. Лично видел меня в бою, бок о бок сражались. Я любезно спросила:

– Продемонстрировать что-нибудь?

– Еще успеете, – пообещал Левен.

– Как же вас занесло в южную Академию? – полюбопытствовал Естир.

– По причине болезни, – озвучила я официальную версию, тем более что спросил целитель. – В теплых краях мне удалось поправить здоровье. Для того меня к себе архимаг Данаил и вызывал – убедиться, что…

Я прервалась на полуслове, в один взмах руки сотворила перед собой щит. Направленное в меня темное плетение разбилось на подлете, дымными клочками осев на пол. Левен довольно облокотился об стол, стряхивая с пальцев остатки тьмы. Между прочим, неслабо ударил. Проморгай я пару секунд – дивно бы к двери отлетела. Или за дверь.

– Недурная реакция, – расщедрился на похвалу Илиан.

Новых вопросов не последовало, мои документы аккуратно сложили на краю стола. Я замерла, ожидая вердикта. Хотя, по правде говоря, ждала я разоблачающих речей от Северина. Но он молчал, глядя на меня так многообещающе, что невольно задумывалась, не покаяться ли прилюдно самой. Вдруг сойдет за смягчающее обстоятельство, в Надзор не с конвоем отправят, и будет шанс сбежать.

– Мы решим, что с вами делать, – уведомил Естир, – и позовем вас. Погуляйте, но будьте неподалеку.

Я вновь поклонилась, развернулась на каблуках и вышла из зала, спиной чувствуя жгучий взгляд. Чей – сомнений не возникало…

Коридор встретил равнодушным холодом мраморных плит, ужасно тянуло на солнечный свет – к теплу, в сочную зелень, которая всегда ассоциировалась с самой жизнью. Предупредив проводившего меня сюда слугу, я спустилась в сад. Длинная череда ступеней, дугообразная арка, дорожка из гладкого кирпича. Травяной покров от террасы до виднеющегося вдали забора, ряд пышных кустов, слитых в живую изгородь. Я прошла вдоль нее – до густых зарослей папоротника, неведомо как здесь выживающего. Было тихо, лишь листья шелестели, в другом конце сада копошился старик садовник.