Пальмира Керлис – Вблизи и далеко (СИ) (страница 37)
– О, это же я! Здорово получилось.
– Ладно тебе… – смутился Влад и поспешно накрыл рисунок чистым листом бумаги. – Свет неудачный.
Да? А по-моему, его просто слишком много: сквозь прозрачную занавеску упрямо лезло солнце, вдобавок горели абсолютно все лампочки. Я прошлась по квартире, щелкая выключателями.
– Ты такая неожиданная, – Влад захлопнул крышку чемодана. Подумал и аккуратно задвинул тарелку с огрызками под диван. Прибрался, значит. – Какими судьбами в Риме? Улетала же в Барселону…
– Если что, ты меня не видел, – предупредила я. – И в письмах тоже не вздумай упоминать нашу встречу.
– Ого! Это связано с очередной шпионской потусторонней историей?
– Да. Я запуталась. Хотела посоветоваться…
– Без проблем, – он ловко выудил из кучи листов мобильный телефон. – Итак, в людные места тебе нельзя, а где искать тихие – не представляю. Посидим здесь. Не переживай, Коля вернется нескоро.
Я кивнула, хотя идти могла куда угодно. Дар прятался в закромах сознания, делая мир тусклым и невзрачным.
Влад набрал номер и вышел на балкон, старательно прикрыв дверь, забубнил что-то вполголоса. Видимо, сообщал Коле, что тот сегодня придет поздно. Я невольно улыбнулась и прошла на кухню. В залапанном холодильнике было предсказуемо пусто. Мышь не повесилась бы, но в депрессию точно впала. На нижней полке стояла сковорода с пригоревшей яичницей, бережно накрытая целлофановым пакетом, на верхней тосковало несколько стаканчиков с растворимой лапшой, очевидно, приехавших с родины. Он бы еще в морозилку их положил… Нет, так жить нельзя!
Сияющий Влад появился на пороге, получил список продуктов, сник и отправился в магазин, бурча под нос, что внизу есть прекрасная пицца навынос. Если он будет так питаться, выносить придется его.
Как только за ним захлопнулась дверь, я с облегчением упокоила ужасную яичницу в мусорном ведре, вымыла сковороду, а заодно кастрюли, тарелки, столовые приборы и плиту. Отчистила холодильник и протерла его тряпкой, которая по ошибке считала себя полотенцем. Я уже подметала пол, когда вернулся Влад и плюхнул на стол пакеты с продуктами. Удивительно, но он ничего не перепутал. Почти… Зачем-то притащил три вида лука. Видимо, не знал, какой брать, и решил проблему кардинально. На дне одного из пакетов обнаружилась мука, пугающее количество дрожжей на любой вкус, корица и целый килограмм вишни. В ответ на мой вопросительный взгляд Влад довольно улыбнулся. Тонкий намек…
Курица отправилась в духовку, мясо – вариться на плиту, а Влад получил нож и ответственное задание порезать морковь и лук. Я замешивала тесто и с интересом наблюдала за манипуляциями шеф-повара. За десять минут он смог растерзать одну морковку на полупрозрачные пластинки и теперь, высунув от старательности язык, по очереди кромсал их на идеально ровные полоски. Красиво… Но долго. Накрыв тесто сравнительно чистой салфеткой, я поставила его поближе к плите и принялась за свеклу.
– Это не лук! – ныл Влад сквозь слезы, с завидной скоростью орудуя ножом без всяких художественных изысков. – Это злобный итальянский Чиполлино! Давай выкинем половину…
– Нет, – отказала я. – Кроши!
– У меня сейчас глаза выпадут, – пригрозил он. – И тебе придется всю жизнь работать собакой-поводырем!
Полетевшее в него условно белое полотенце ловко поймал, помахал им на манер флага, несколько раз медленно моргнул и напомнил:
– Ты насчет чего-то посоветоваться хотела.
Верно… Вот только как описать ситуацию, не вдаваясь в подробности?
– Видишь ли… – Я выдохнула и сгрузила лук на сковороду к зарумянившимся ломтикам грудинки. – Существует одна организация, которая следит за людьми с даром.
– Совет, что ли? – спросил Влад, и я чуть не выронила лопатку.
– Откуда ты о них знаешь?..
Он замялся, тщательно вытер руки полотенцем и вышел с ним из кухни, оставив меня в полнейшем недоумении. Вернулся быстро. На стол, между поднимающимся тестом и тарелкой с резаной морковкой, легла глянцевая белоснежная визитка. Я растерянно уставилась на отпечатанные тисненым шрифтом буквы. Анна Верт, руководитель специальных проектов фонда «Идеальный мир». Вот как…
– Она приходила ко мне весной, – неохотно сообщил Влад.
– Зачем? – поинтересовалась я, не в силах отвести взгляда от блестящего куска картона.
– Ну… В основном настойчиво просила молчать о вемах. Объяснила, что Совет защищает обычных людей, и вам строго запрещено рассказывать о даре. Они в России только с этого года, и за события прошлого не собираются предъявлять претензии, но… Если я вдруг кому-то проболтаюсь, то у тебя будут проблемы.
С губ слетел неуместный смешок. Я крепче сжала лопатку и отвернулась к плите. Высыпала морковь в сковороду и перемешала.
– Лейка, прости, – выпалил Влад. – Я и не подозревал, что ты так рисковала, открыв мне тогда правду… Обещаю, я никому про вас не скажу!
– Я знаю, – сказала я, хотя дар крепко спал и подсказками не баловал. – А теперь принеси обратно полотенце и положи капусту на место.
Он отдернул руку от тарелки и невозмутимо засвистел. Думал, я не замечу? Хрустеть надо было тише!
Полотенце Влад искал долго. Или никак не мог вспомнить, где именно его бросил, или после близкого знакомства с луком стал настороженно относиться к поварскому делу. А вообще, готовка – волшебное занятие! Нервы успокоились, пришло долгожданное чувство уверенности. Я точно знала, что делаю, и что в итоге должно получиться. На подоконнике исходила жаром румяная курица, в кастрюле томился приправленный чесночком и местными травами борщ. Аппетитные запахи разлились по квартире и подманили обратно дезертира-Влада. Теперь он нарезал круги по кухне, шумно сглатывал слюну, вполне сносно мыл посуду и рассказывал про ушлого итальянца, который вылавливает сачком из фонтана брошенные туристами монетки. Визитка со стола куда-то незаметно пропала, и хорошо. С Анитой мы ладили, но в Совете перешли от защиты к нападению. А она оттуда, и забывать об этом не стоит.
Разложив вишню по пласту теста, я наконец собралась с мыслями.
– Насчет моей скверной потусторонней истории… Один человек из Совета вызвался помочь мне в ней разобраться. А сегодня я выяснила, что как раз они и замешаны в происходящем.
– Чумовой расклад, – присвистнул Влад. – Но ведь обмануть тебя невозможно.
– А он и не обманывает, – процедила я. – Просто ничего толком не говорит.
И теперь ясно, почему. Если Совет владеет клиникой, в которой меня заперли, то они причастны и к моему похищению. Рассчитывать на Феликса глупо. Черт, да это форменное самоубийство! Непонятно только, зачем ему понадобилось меня спасать. Долги покоя не давали? Чушь.
– Погоди… – Влад отложил вымытую поварешку и задумчиво почесал нос. – Ты считаешь, что вместо помощи будет какая-то подстава?
– Конечно! Мои неприятности – и есть работа Совета.
– Всего Совета? – Он нагло стащил с противня вишенку и отправил в рот. – На работе всякое бывает. Вот моя коллега однажды не поделила с бухгалтершей место на парковке. Каждая норовила приехать пораньше и его занять! Начальник не мог нарадоваться. Правда, после их драки на корпоративе испугался и отдал место бухгалтерше, хотя у нее к тому времени машины уже не было. Но кого это волнует? Их отдел в приоритете, спорить бесполезно… Всегда получают, что хотят.
К чему подобный пример? Сильно сомневаюсь, что Феликс из бухгалтерии!
Я отбила полотенцем очередную атаку на вишню и поставила пирог в духовку, пока от него еще хоть что-то осталось. Влад проводил противень тоскливым взглядом, а я поставила вариться спагетти и принялась накрывать на стол.
– Часто все прозаичнее, чем кажется, – продолжил он, с возрастающим энтузиазмом наблюдая за моими манипуляциями. – Даже в самых крутых организациях работают живые люди. Я это четко из шпионских фильмов уяснил. Только кажется, что Совет – у-у-у… Наверняка на самом деле у них те же проблемы, что и у всех. Кому-то отпуск зажали, кого-то незаслуженно повысили, кто-то тырит чужие йогурты из холодильника. В коллективах порой такие страсти кипят!
А ведь здравые мысли в его рассуждениях есть…
– Хочешь сказать, ошибочно воспринимать Совет как единое целое? – я застыла с вилками в руке.
– Ага. У них вполне могут быть разногласия…
Если задуматься, то сходится. Феликс явно не из Испании, однако в разгар событий оказался именно здесь. После моего звонка приехал быстро, из клиники меня вытащил далеко не мирным способом. На встрече в Совете его не было, коллег рядом с ним я не замечала. Чего он добивается? Очевидно, у него какие-то свои цели. Час от часу не легче!
– Лейка… – жалобно протянул Влад. – Мы есть будем?
Я встрепенулась. Подумать есть над чем, благо догадки кое-какие появились, но сделать это можно и позже.
Спустя полчаса посреди стола на блюде лежала чудом выжившая половина курицы, на плите остывали кастрюли с остатками борща и спагетти. Влад прикончил третий по счету кусок вишневого пирога и сыто откинулся на спинку стула. Неужели наелся?
– Борщ в Италии… – счастливо выдохнул он и зажмурился. – Прикольно! Когда Коля зайдет на кухню, решит, что у него случился приступ белой горячки.
– О… – развеселилась я. – Скажешь, что все это оказалось в стаканчике с растворимой лапшой.
– Все это?! – хохотнул он. – Тогда он решит, что белая горячка у меня. Лучше скажу, что сам все приготовил. А что? Я внимательно смотрел, теперь смогу изобразить нечто похожее в приступе кулинарного вдохновения. Не переживай.