Пальмира Керлис – Признайся, если сможешь (СИ) (страница 57)
Он отодвинулся, рука соскользнула с моей талии, тепло пропало.
– Лёна, обсуждать тут нечего. Чтобы подобного не случилось снова, не нужно делать то, что ты тогда делала.
– Придумывать проблемы, скрывать их и сбегать на Винар? – попыталась пошутить я.
– Типа того. – Кеннет допил до дна и отставил бокал. – Мы оба поняли, в чем были неправы. Учтем.
– О… – встрепенулась я. – И в чем же был неправ ты?
– Не скажу, – прищурился он, – должны же у меня остаться хоть какие-то секреты.
Остальные раскрыл?.. Ну да. О своей матери, связи с демоном, данной владыке клятве. А я… Я тайком добытые руны рисую и помалкиваю об этом. Опять. Черт! Но это же не моя тайна, своей бы я поделилась. Нет, все равно так нельзя. Иначе потом, однажды, оно обязательно аукнется. Я опрокинула в себя бокал, облизала ставшие терпко-сладкими губы.
– Помнишь, как в «Эндброк и Артеил» прорицатель встал на нашу сторону и сказал, что я должна помочь принцу?
– Помню. – В черных глазах отразилось удивление. – С чего ты вдруг это вспомнила?
– Ну… В общем… Я его нашла.
– Гардского принца?!
– Ага. – Я заерзала на пледе. – Как ты и говорил, он в Междумирье. Слухи оказались не слухами. Но я не могу сказать кто. Это от него я о руне для купола выяснила и о проблемах с фоном. Пообещала, что никому, ни-ни, могила… Уверена, ты бы его ни за что не выдал, только все равно не могу. Не моя тайна… Тебе он не очень доверяет…
– Еще бы, – ухмыльнулся Кеннет. – Эллодиа первые в списке желающих избавиться от истинного наследника Гарда. А со стороны выглядит, будто мы с владыкой спелись, сроднились и готовимся захватить мир, причем ясно чей.
– Принц вообще очень подозрительный… Типа кругом враги.
– Был бы другим, долго бы не протянул.
– Я о его делах не особо в курсе, да и не хочу лезть, – выпалила я. Он отобрал у меня бокал, поставил на стол к своему. – Вот. Теперь ты знаешь! То есть не знаешь, но…
– Молодец, – выдал Кеннет неожиданно. – Обзаводишься полезными связями. Гардские истинные принцы в союзниках – недурно.
– Оно само… Случайно подружились. Честное слово.
– Верю! С твоим-то сокрушительным обаянием. Раз уж высшие маги, фанатично мечтающие тебя убрать, вдруг начинают резко раскаиваться.
– Ей ты тоже веришь? Эмилия мне встречу назначила… Вечером, уже скоро. В Зале Собраний.
– Не похоже на ловушку, – серьезно ответил Кеннет. – Она сильно подставилась сегодня, доложив про гардскую энергию в Междумирье. Про то, что были манипуляции с усилением, потому и купол природным заклинанием продырявило. Коллеги ей это не спустят, особенно Лэнсон. Перед комиссией, конечно, лицо держали – делали вид, что общий засекреченный эксперимент был над источником. Но в своем кругу разберутся.
– Ее исключат из Совета?..
– Нет. Выкидывать второго мага подряд – мощный удар по репутации.
– Мне сходить к Эмилии, да? – спросила я скорее для собственного спокойствия. – Составишь компанию?
– Не дрейфь, – покачал головой Кеннет. – Орать на господ крутейших магов ей не страшно, лезть на купол – не страшно, лупить высшего демона – фигня вопрос, а выслушать какие-то откровения струсила. Тета-тет она явно скажет больше, чем при мне. Для твоего успокоения: пока ждали вас с Марисой у колодца, Сатал по полной ментальной программе Эмилию обработал и ничуть в ее искренности не усомнился.
– Ладно. – Я уткнулась ему в грудь. – Послушаю, что она скажет. Самой любопытно…
Мы посидели у озера еще немного, выпили по второму бокалу. Потом Кеннет меня проводил до Зала Собраний. Прямо до самого порога. Я взялась за ручку уже знакомой резной двери. Забавно… Именно у нее я месяц назад тряслась от ужаса. Эмилия специально назначила встречу здесь? Я толкнула тяжелую дверь, без стука и приглашения. Внутри был все тот же торжественно-помпезный зал. Сияющий мрамором пол, овальный стол со старинными креслами. На одном из них, ровно напротив входа, сидела Эмилия. Властно поднятый подбородок, спина-струна, белоснежная мантия под стать регалиям. Сурово выглядела, несмотря на природную миниатюрность. Как взглянешь, сразу ясно: важная птица… Колибри, видимо. Только они, как известно, умеют летать назад.
– Ну, здравствуй, – произнесла она. – Ты все же пришла.
– А не нужно было?..
– Садись, – Эмилия указала на стул по соседству, – и слушай.
Села прежде, чем сообразила что-либо. Как выдрессированная болонка по команде…
– Во-первых, создатели не боги, что бы ты там себе ни думала. – Эмилия смерила меня критическим взглядом. – Во-вторых, ты по-прежнему можешь как помогать, так и вредить.
– Это к чему угодно относится. Хоть к создателям, хоть к накопителям. Даже к поварешке. Ею можно и суп размешать, и по лбу треснуть.
– Разница в возможностях.
– Опять двадцать пять! – рассердилась я. – Вы меня считаете потенциальной разрушительницей миров или что?
– Поначалу так и считала, – припечатала она, – что с источником тебе просто повезло. Воля случая, стечение обстоятельств, Дэлман… Успех казался его заслугой, ну или Сатала. Но на куполе командовала ты, причем отправилась не с ними. И снова все исправила.
– Угу, регулярно приходится, – не удержалась я, окончательно уверившись, что разговор у нас не складывается. – То за предсказателями исправлять, то за вами…
– Справедливое замечание, – сдержанно кивнула Эмилия. – Я виновата. Спасая мир, его же чуть не погубила.
– Зачем спасать мир от таких, как я?! От таких, как Зеран Шелан, на которого шестое столетие молятся?..
– Если ты перестанешь непрерывно спорить и дашь мне вставить больше слов, – на ее губах заиграла неприкрытая усмешка, – то я наконец-то расскажу.
Я стиснула зубы, молча втянула воздух.
– Шелан не был первым, у кого проявился столь редкий дар. Но был первым и единственным, кто обуздал свою силу. Точнее, выбрал ее созидательную сторону и раскрылся. Обычно подобные вам выбирают другой путь, деструктивный. Разрушают себя и многое вокруг. Слишком многое, чтобы позволить им это делать. Были энергетические коллапсы, масштабные трагедии и катастрофы, ныне благополучно забытые или вычеркнутые из истории. С огромнейшей вероятностью, из-за очередного «создателя» пропала магия в твоем мире. Они рождались и до Шелана, и после. Примерно раз в поколение. Не успевали натворить бед: мы не давали. Едва их сила проявлялась, едва где-то в магических мирах мелькали вещи с необъяснимо высоким энергетическим зарядом… Тебе повезло остаться незамеченной нами, на Земле-то магии нет. Зато ты попалась на глаза Гатиусу, и он быстро сообразил, как прорицателям использовать твою силу, чтобы перенастроить источник. Планировал потом избавиться от тебя, да просчитался. Наверняка догадываешься, что этот вариант нас бы устроил. Или если бы ты вернулась домой. А ты обосновалась в Междумирье. Тут-то весь Орден равновесия и встал на уши.
– Вас… целый Орден?
– Малочисленный. Неважно. – Между фраз явственно слышалось: «Не твое дело». – Тебя не тронет никто. С этого момента и дальше, пока не перейдешь черту. За тебя поручились двое.
– А кто второй?..
– Ты доказала, что достойна шанса, – проигнорировала Эмилия мой вопрос, – и можешь повторить путь Шелана.
– Предпочла бы свой собственный. На гениальность не претендую. Величие тоже разрешаю не включать в ваш благотворительный комплект.
– Отлично. – Она откинулась на спинку стула, будто расслабилась. – А со своей силой разберешься. Если захочешь.
Я перевела дыхание, пытаясь уложить полученную информацию в голове. Итак, существует некий Орден равновесия, который веками избавлялся от потенциальных создателей. Судя по всему, основанный во времена Шелана. Совпадение? Не думаю! Мутная история, сразу ясно.
– На этом у меня всё. – Эмилия недвусмысленно посмотрела на дверь, я протестующе сложила руки на груди. – Что еще? Не припоминаю других открытых вопросов между нами.
– Вы про Лизу забыли, – хмыкнула я, – и ваше липовое экспертное заключение.
– Оно не липовое.
Чего?! Кажется, выражение моего лицо было более чем красноречивым. Управляющая межмировой целительской системой утомленно вздохнула и пояснила:
– Да, я не стала подвергать ее обвинения сомнению и опрашивать ваш курс. Но с ауры считано честно. Она чувствовала себя жертвой.
– Чушь! – Я подскочила со стула. – Это Лизка мне прохода не давала! Издевалась, мучила, подставляла.
– Это не приносило ей удовлетворения, – равнодушно пожала плечами Эмилия. – От вашей встречи здесь она испытала моральные страдания, боялась с тобой пересекаться. Психологическая травма налицо.
Слова кончились – возмущенные, любые, все. Мысли смешались в кучу, в кашу, невнятно-манную.
– А что с Лизкой теперь будет? – спросила я зачем-то.
– Откуда мне знать? – удивилась Эмилия. – Я рекомендовала ей сеансы у опытного менталиста, она предпочла усугубить ситуацию. Вылетит, скорее всего, ибо дура.
Я отрешенно кивнула и, на автомате попрощавшись, побрела за дверь. Выход на улицу нашла не сразу – как слепая, заплутала в трех коридорах. В горле стоял ком. Очень похожий на тот, что там прежде регулярно вставал при виде Лизки – в ожидании колкостей, грубостей, гадостей. А теперь оказывается, что я ей моральные терзания причинила. Да какого черта?! Она офигела?..
На улицу я вылетела на крыльях ядреной злости. Что творится у нее в голове вообще? Вот уж действительно без опытного менталиста не разберешь. Настрадалась бедная, ага. Ненавидеть годами – это убийственно для собственного душевного здоровья. Что до причин… Тогда в раздевалке Лизка проболталась насчет своей матери. Что та часто меня хвалила, в пример ставила. Какие масштабы это имело? Судя по результату, что ни на есть угрожающие.