Пальмира Керлис – Признайся, если сможешь (СИ) (страница 45)

В дверь осторожно постучали, в приоткрывшийся дверной проем просунулась рыжая секретарская голова и заговорила извиняющимся тоном:

– Помню, вас запрещено беспокоить, но тут такое… В ректорат охрана двух подравшихся студенток привела. Требуется воспитательная работа. Что с ними делать?

– М-м-м, драка двух студенток – это мое любимое, – одновременно и оживился, и приуныл Лукаш, – но не вовремя.

– Нет-нет, – робко вставила я, – как раз вовремя…

Эмилия с Зюзером недоуменно переглянулись, Кеннет расплылся в довольной улыбке. Лучший комплимент! Ну да, замечательно же сработано. По плану, но с долей импровизации. На лице Зинбера, как водится, ни мускул не дрогнул, а вот Лукаш приободрился. Видимо, обрадовался, что драчливых студенток можно впустить.

Секретарша послушно отворила дверь, я быстренько прошла вглубь кабинета – к столу, между делом загородив спиной копировальщик. Выложили на всеобщее обозрение, всю малину испортят. Хорошо, что можно так встать, свободные кресла-то в дефиците. Вместе с кастрюлями их из кабинета убрали, что ли?

Порог переступили раскрасневшаяся Мэй и изрядно потрепанная Лизка. Увидев собравшуюся в кабинете компанию, она напряглась, метнула в Зюзера невинно-умоляющий взгляд. Догадалась, гадина, что паленым запахло.

– Дайте-ка угадаю, – с ходу пошла в наступление Эмилия, – вторая девушка – подруга Лялиной?

– Позвольте, я отвечу, – тихо отозвалась Мэй и, дождавшись одобрительного кивка, потупилась. – Да, Алена мне подруга. Но в данном случае это не имеет значения. Оскорбила Лиза меня, и тому масса свидетелей. Ранее мы не ссорились, делить нам нечего.

– Не из-за мальчика сыр-бор? – удивился Лукаш. – Это что-то новое… То есть, девочки, какой бы ни была причина, это не повод рвать друг на друге одежду. Да… Существуют другие, менее горячие и зрелищные способы решения конфликтов. Кто начал драку?

Мэй пожала плечами, Лизка продолжала играть в гляделки с Зюзером. Фигушки, ей не выиграть. Она первая моргнула, я видела!

– Не уверена… Возможно, я. – Мэй подняла глаза. – Но не жалею. Ее в детстве явно мало лупили, и пора было это исправить! Знаете, никто, абсолютно никто и не думал мешать мне сейчас. Лиза достала всех. А про Лёну всё врет! Опросите наш курс. Вам любой скажет, что Лизу не трогали и не задирали, а вот та – постоянно.

Ух, дает! Куда делась скромная бормочущая девочка? Кажется, я на нее плохо влияю. Или, наоборот, хорошо?.. Лизка вспыхнула до кончиков ушей, губы Эмилии сжались в тонкую полоску.

– Интересное предложение, – оценил Кеннет.

– Не по теме расследования, – сухо прокомментировал Зинбер. – Драками первокурсниц Легион не занимается. Заканчивайте, у меня к Лизе вопросы. И уберите посторонних из помещения.

– Мэй, мы тебя услышали, – ласково сказал Лукаш, – а теперь ты свободна, иди.

Она кивнула и воинственно прошествовала за дверь. Молодец, подруга, горжусь! В распахнутое окно, колыхая шторы, врывался ветер, на Лизкином лице отражался мыслительный процесс. Не могла не понять, что именно тут расследует Легион и зачем мы вместе собрались.

– Вы имели дело с копировальщиками? – осведомился у нее Зинбер.

– Я не виновата, это всё Алена! – Лизка ткнула в мою сторону дрожащим пальцем. – Меня ее подружка специально задержала, а я несла важную улику в ректорат.

– Улику? – изумленно переспросил старший легионер.

Я едва сдержала злорадный смех. Господи, как это было тяжело… почти невыносимо. Кеннет тоже хранил невозмутимый вид, лишь глаза выдавали азартное предвкушение.

– Алена мне подкинула, – завопила Лизка, – копировальщик со стыренными у зельевика заданиями. Пожалуйста!

Она достала из внутреннего кармана пиджака похожую на карандаш трубочку. Ага, вот где его носила… Зинбер взял у нее «копировальщик», повертел в руках. Эмилия уронила лицо в ладони, Зюзер стал красным, как помидор.

– Откуда вы знаете, что на нем украденные задания? – вздохнул легионер.

– Посмотрела! – мгновенно нашлась Лизка. – Только что, на лекции.

– Вот на этом? – уточнил Зинбер, крутанув между пальцами Лизкину добычу.

– Да!

Я отошла от стола, открыв ее взору лежащий на ректорском столе копировальщик. Настоящий. Она беззвучно ахнула. Наши взгляды пересеклись, я от души усмехнулась. Так ей! Попалась!

– Каким образом посмотрели? – задал Зинбер риторический вопрос.

Лизка шумно сглотнула, Зюзер попятился к окну, словно хотел сигануть отсюда подальше. Кеннет сочувственно похлопал его по плечу, подозреваю, чтобы придержать.

– Неплохой муляж… – Лукаш рассматривал трубочку в руках Зинбера. – Откуда?

– Набор «Юный шпион», – поделился Кеннет, – из торгового центра…

– Мне неинтересно, – перебил Зинбер. – Подытожим. Лиза выкрала у Лэнсона-младшего копировальщик, стянула задания с информационного артефакта преподавателя по зельям и подкинула Алене, чтобы ту отчислили. Я ничего не упустил?

– Мотив! Девочка в ужасе, разве вы не видите? – Эмилия сориентировалась быстрее героини своего экспертного заключения. – Она годами находилась в постоянном стрессе из-за Алены. И это продолжилось здесь, в университете. Уверена, Лиза пошла на такое из безысходности.

– Да, – Лизка всхлипнула, – мне не нужны задания для зачета. Я просто мечтала о нормальной жизни, без Алены.

– Ложь! – не стерпела я. – Никто ее и пальцем не трогал. Ни на Земле, ни в Междумирье. Очень странно, что опроса не было и ей поверили на слово…

– Осторожнее, – отчеканила Эмилия ледяным тоном. – Вы ставите под сомнение компетентность главного целителя четырех миров.

– Ставим, – с той же интонацией припечатал Кеннет. – Не вы первая, кому высокий статус дарит ложное ощущение, что всё с рук сойдет.

Она смерила его уничижительно предупреждающим взглядом. Безрезультатно.

– Лиза, ты нормальная вообще? – подал голос Зюзер. – Уму непостижимо… Дядин копировальщик в уликах Легиона. Представляю, что он мне скажет!

– Это все, что тебя волнует?! – Лизку затрясло. – Да меня отчислить могут!

– Поделом, – я покачала головой, – ты так стремилась испортить жизнь мне, что испортила себе.

– Лялина, Дэлман, – утомленно произнес Зинбер, – вы здесь больше не нужны. Я получил необходимую для расследования информацию.

Кеннет скупо кивнул и покинул кабинет. Я – за ним. Через приемную, мимо растерянной секретарши. В коридоре было пусто и светло, в окно заглядывало вечернее солнце, сквозь ажурные занавеси рисовало лучами узоры на стенах. Кеннет встал напротив окна, тень тотчас легла на него, отпечатываясь на рубашке причудливым узором. Хотелось кинуться ему на шею с победным криком: «Получилось», уткнуться носом в плечо. Но можно ли так теперь? Я застыла, он отрешенно склонил голову набок. Рядом хлопнула дверь, вышла Эмилия. В глазах – колючий лед, улыбка жесткая, опасная. Я инстинктивно спряталась за Кеннета.

– Зря, – ровно выговорила она. – Зря ты не захотела мирно вернуться на Землю.

Развернулась и зашагала прочь.

Глава 23

Всю ночь я прорыдала в мягкого уютного Ярушку, хоть выжимай его. Обнимала вместо подушки, переворачивая с одного бочка на другой, чтобы подсох. Прямо как в прежние времена… Правда, тогда он не гладил меня утешительно лапкой и не бурчал про пехтюков, которым непременно сделает ащ-ащ-ащ. Было бы неплохо… Хвать за задницу, и весь разговор. Жаль, у меня нет ханика-крокодила. Сшить, что ли?

От судорожных всхлипов уже икалось, а слезы не кончались. Казалось, все пережитое за день разом навалилось и придавило к кровати пятитонным грузом. Отчисление, которого чудом удалось избежать, Лизкины козни, обвинения от декана и зельевика, цепкие лапы охранника. В ушах звучали угрозы Эмилии, память услужливо подкидывала ее злой ледяной взгляд, обещающий скорые неприятности. Надоело постоянно быть начеку. Ждать подвохов и ловушек, искать выходы. Устала. Слишком много всего на одну меня! И Кеннет… Больше всего волновал Кеннет. Я и он, мы, наши отношения. Непонятно, совсем непонятно, как быть и можно ли все исправить.

Я не знала, что делать. Не представляла. Тянуло сорваться из общежития, бежать к нему и реветь под дверью, пока не пустит. Но дальше что? Ныть до победного, чтобы простил? Нет уж, отставить сопли. Не нужно ни новых извинений, ни объяснений. Кеннет и прошлые услышал. Я не отступлюсь. Я… завоюю его обратно! Просто буду самой собой. Если это вправду любовь, то у меня получится. То, что идет своим чередом, приходит туда, где должно быть. В любом случае надо дать ему время.

Наутро я долго умывала холодной водой предательски опухшее лицо. В итоге стало лучше, но ладони страшно заледенели. Почти не чувствовала их. На первой лекции по основам прорицания отогревала пальцы, безостановочно роняя ручку. Насмотревшийся на меня Крейн даже начал объяснять состояние дежавю на примере падающих предметов. Тут оно не считалось ошибкой мозга, называлось запечатлением и имело вполне магическое обоснование. Кратковременная вспышка видения будущего – кого подобным удивишь в волшебном мире?

На общую лекцию курса Лизка не пришла. Ее подружки сидели порознь и не отсвечивали, Мэй нашептывала мне свежие сплетни. Их было ого-го сколько, вчерашняя драка взбудоражила чуть ли не половину университета. Даже старшекурсники обсуждали, до чего молодежь докатилась. Да ладно? Наверное, у них Мариса давно никого подносом в столовой не лупила, отвыкли. Кроме слухов о том, что Зюзер встречался с Лизкой лишь оттого, что землянки-первокурсницы ныне в тренде среди крутых парней, я выяснила и полезное: на целительском факультете Лизка сегодня не появлялась и в общежитии не ночевала. Народ считал, что она у лекарей, оправляется от потрясения. А то. Потрясла ее Мэй нехило. Хотя, скорее всего, Лизка не в больнице, а в Легионе. Кража – это вам не шутки, да и Зинбер с чувством юмора не в ладах. Вот и отлично, ей полезно. Посидит, подумает над своим поведением. Теперь никто не поверит, что она белая и пушистая.