Пальмира Керлис – Не спрашивай, зачем я здесь (СИ) (страница 54)

– Ну… – Я допила неразбавленный компот, лихорадочно обдумывая заманчивую версию о совершенно глухой Глэдис, с сожалением от нее отказалась и выпалила: – Глэдис не выдаст!

– С какой стати ей покрывать… такое?

– Я знаю ее секрет. Страшный и очень личный. О-о-очень… Не могу рассказать, обещала хранить в тайне.

– И не надо, – отмахнулся он, – боюсь, страшные девичьи секреты я слушать не готов.

А я не готова придумывать и врать. Вот и славно, мы нашли друг друга. Я перевела дыхание, однако одобрения моих идей у Кеннета явно не прибавилось.

– Хочу его оставить, – повторила я упрямо. – Создательскую интуицию надо слушать.

– Ладно, – сдался он, – помогу, куда деваться. Только, чур, беспрекословно слушаться и ничего не замалчивать. А после того, как ты пройдешь тест на определение факультета, я заберу это чудо к себе.

Я согласно закивала. Не тащить же Ярушку в новое общежитие, к новой соседке. Буду слушаться профессионального демонолога. И не замалчивать…

– Прости, – с облегчением выдохнула я. Словно гора с плеч свалилась! – Что не рассказала сразу.

– На будущее есть над чем работать. Обоим, – абсолютно без укора отозвался он, – Я тебе тоже кое-что не рассказал.

Порыв ветра зашумел листвой, снес со стола салфетку. Кеннет ковырял двузубой вилкой в пустой тарелке, будто надеялся найти там невидимый пельмень.

– Про те условия? – вырвалось само. – С которыми тебя освободили?..

Он кивнул и отложил вилку, ухмыльнулся куда-то в никуда.

– Как тебе наверняка известно, – начал негромко, – дело о накопителях приняло глобальный оборот. Все в одной цепи: заговор с отключением источника, липовое пророчество, аулинское проклятие. Тут не до отдельных людей и какой-либо справедливости. Суперважность, мегасекретность. Ход расследования зависел от того, подтвердит ли владыка, что в Эллодиа сумели восстановить проклятие. Ему это делать было невыгодно совершенно. Означало бы, во-первых, признать вину Ладоса в вымирании половины Аулина, во-вторых, рассекретить оружие, над которым десятилетиями бились. Нет признания – нет никаких скандалов. Что могли, повесили бы на меня, на прочее забили.

– Но владыка так не поступил, – я поерзала на стуле, – раз тебя отпустили. Значит, совесть у него все же есть.

– Хитрая жо… В смысле, стратегия у него есть, – скривился Кеннет. – Ему давно требовалось, чтобы я под боком был, поднимал упавшие рейтинги среди подданных владычества. А то они много и часто припоминают подло брошенную первую невесту и отсутствие наследника. Но, увы, меня пять лет не было. И тут такой шанс вернуть. Через то самое условие. Он признает прорыв в исследовании проклятия, а я…

– Женишься на его дочери?.. – с ужасом воскликнула я. – Старшей!

– Продолжай, – Кеннет подпер кулаком подбородок, – помолчу пока, чтобы тебе не мешать. Потом как-нибудь закончу.

Я прикусила язык. Воистину, лучше жевать, чем говорить. Кинув умоляющий взгляд, я принялась наворачивать макароны, демонстрируя, что больше ни слова не оброню.

– Твоя версия мимо, – просветил он, и у меня от сердца отлегло. – Ромельена уже помолвлена с наследником соседнего владычества. Да и ты сильно переоцениваешь мою завидность в качестве жениха. Принцессы в очередь не выстраиваются: то в тюрьме, то в бегах – у любой терпение лопнет…

В черных глазах явно мелькнул смех. Издевается?! Я тут практически свой кошмар озвучила, а ему весело! Я сердито нахмурилась, продолжая молча жевать.

– Правильный ответ прозаичнее, – сжалился Кеннет. – Лукаш официально вписал меня в создатели ритуала сохранения магии, и если его объявят законным, то половина патента будет принадлежать мне. Условие от владыки – дальнейшая разработка накопителей возможна исключительно в Эллодиа. Лукаш, как его подданный, и так обязан отдать первенство открытия родине, а вот со мной сложнее. Не буду утомлять тебя всякой политической ерундой… В общем, мы заключили договор: Рейналд делает признание об аулинском проклятии, я перехожу работать в их исследовательский центр без каких-либо прав и с кучей обязанностей.

– Надолго?..

– Насовсем. – Он щелкнул пальцами и как-то уж слишком весело добавил: – Зато добился отсрочки для окончания университета. Расследование – дело небыстрое.

Голова пошла кругом, проглоченные макароны встали в горле комом.

– Погоди… – Я придвинулась к нему. – Этот… интриган, этот… хрыч собрался заграбастать себе ваше открытие? – Он развел руками. – Из которого потенциально магического оружия наделают? А как же Гард и другие миры?

– А хрен ему по всей морде.

– Можно обойти договор? – оживилась я.

– Магический договор, – уточнил Кеннет и тоже ко мне подвинулся. – Обойти его нельзя, он заключается темным ритуалом, закрепляется клятвой на уровне ауры. У каждого человека она своя. Но…

Я затаила дыхание, его губы на миг тепло коснулись кончика моего носа.

– Аура меняется, – закончил он все-таки, – под влиянием постоянной связи с демоном. Если я избавлюсь от своего, то отпечаток станет слегка иным. Договор разорвется.

– Значит, – пробормотала я, – всего-то необходимо до конца учебного года разорвать связь с демоном.

Что еще никому никогда не удавалось.

– План именно такой, – усмехнулся Кеннет. – Не удастся – в любом случае владыке фиг что обломится. Папуле завещаю. Он-то развернется.

Я нервно сглотнула. Осознала, что он сказал. Прокрутила в голове – туда-сюда. Нет, подобный вариант меня категорически не устраивал!

– У тебя получится, – произнесла я, – неважно, что у других не получалось. У них же не было в команде создательниц миров.

– Вот, – Кеннет поднял палец вверх, другой рукой ловко наполнил наши стаканы, – выпьем за это.

– Выпьем? – растерялась я. – А я думала, что там сок…

– О, ну ты можешь думать все, что угодно, – сделал он непричастное лицо.

Поздно! Столик закружился, в голову ударили пузырьки. Я махнула рукой – в том числе и на послеобеденные лекции, – звонко чокнулась стаканами и отпила. Стребую с него индивидуальные занятия. Причем прямо сегодня.