Пальмира Керлис – Не спрашивай, зачем я здесь (СИ) (страница 27)

Он сжимал мою ладонь крепко, но бережно, вселяя уверенность, что происходящее – не плод буйного воображения. Твердая почва едва ощущалась под ногами, казалось, я вот-вот взлечу под самый купол Междумирья и стукнусь об него идущей кругом головой. На безумно ярком небе плыли облака, разум тоже плыл. Мне не приснилось, Кеннет меня поцеловал. При всех! Это означает, что… Я его девушка?! Или нет? Или да? Или нет?.. А-а-а, сложно! Да не суть, что и как называть, если он рядом, здесь, со мной. Череда университетских корпусов сменилась окраиной парка. Встречные люди ахали, узнавая, и накидывались с расспросами. Но у Кеннета всем был один ответ: «Позже». Я не могла, да и не хотела отвести от него глаз, счастье, что не споткнулась. Вышли мы к невиданным мною раньше воротам – нарядным, кованым, с гербом в виде розы. А за воротами был маленький рай! Раскинувшиеся на холме домики напоминали поселок таунхаусов, обнесенных пышными цветниками. У самого незаросшего крыльца Кеннет выпустил мою руку. Приветливо помахал выронившей лейку даме у соседнего крыльца и, сняв щелчком пальцев какой-то магический барьер с двери, кивком пригласил меня войти.

Внутри царили полумрак, тишина и идеальный порядок, выдающий долгое отсутствие хозяев. Неоновый рисунок мегаполиса на стене, огромный шкаф, запах книжной пыли и чая. Прикрытые плотными шторами окна, символический уголок кухни, изогнутая лесенка на второй этаж. Я поднялась по ней, застыла на последней ступени, жадно оглядываясь по сторонам. Минимум самой простой мебели, здоровенная низкая кровать, и больше техники, чем артефактов. Он жил здесь. Именно здесь, несколько лет. Примерно так себе его жилище и представляла. Разве что размером поскромнее.

– О-о-о… – оценила я, вспомнив, что умею говорить.

– Вообще, в таких домах преподаватели живут. – Кеннет легонько подтолкнул меня в спину, я послушно шагнула вперед, освободив, наконец, проход. – Но у меня был исключительный случай. Мой лапушка демон мог вырваться и скушать соседей. Подобные происшествия университету ни к чему, поэтому пришлось обнаглеть и поспорить с деканом на победу в кое-каком турнире.

Победил, конечно… У него иначе не бывает. Я остановилась посередине комнаты. Или следует называть ее спальней?.. Сильные руки обняли сзади, макушки коснулось обжигающее дыхание. Я развернулась, облизав враз пересохшие губы. Обхватила ладонями его лицо и вгляделась в пляшущих в глубине глаз чертей, не веря до сих пор до конца, что он тут. Он рядом. Он настоящий. Впрочем, горячая ладонь чуть ниже моей спины мигом развеяла сомнения. Бросило в жар, пальцы Кеннета скользнули вниз. Очертили плавную линию вдоль бедра, поднялись выше – к краю юбки. Замерли на мгновение и нырнули под нее. По телу пробежала сладкая дрожь, мои ладони сползли на его плечи, смяли ткань такой лишней рубашки. Я сглотнула и, с трудом напрягая отключающийся мозг, спросила:

– Все решилось?..

– Тс-с-с, – кожи коснулось дразнящее дыхание, – я слишком соскучился.

– И я по тебе ску…

Договорить помешал поцелуй. Много поцелуев – долгих, жадных. До ноющих губ и нехватки воздуха. Потерянное равновесие, поддержка сильных рук, кровать. Да, на ней удобнее… Пиджак улетел на пол, блузка тоже. Я стянула с него рубашку, провела по напряженным плечам, с наслаждением ощущая под пальцами выпуклые мышцы и жар кожи. Кеннет прижимал меня к себе, от скольжения горячих ладоней по спине накатывало волнами возбуждение. Дыхание сбилось. В череду наших вздохов вклинились чьи-то голоса, за окном раздался шум.

– Там… – прошептала я между поцелуями.

– Барьер, – выдохнул он хрипло, – я включил. Вокруг дома. Пошли все в бездну.

Торопливый пасс погрузил комнату в непроницаемую тишину. Будто за пределами дома не было никого, ничего. Лишь это пропитанное теплотой пространство и мы, наедине. Глубокий поцелуй окончательно свел с ума, истома разлилась томительным желанием. Спины коснулась прохлада простыни, кожа истончилась, стала болезненно чувствительной. Его пальцы провели по внутренней поверхности бедер и двинулись дальше, сорвав с губ невольный стон. Невозможно, невыносимо! Всхлипнув, я подалась навстречу. Открыться целиком, впитаться, стать единым целым. Пожар внутри, магия сплетенных тел. Я выгнулась в руках Кеннета, подчиняясь ритму, растворяясь в нем. Только так… Это было сладко, мощно и волшебно. На пределе, на выдохе, в унисон. Лучше, чем на крыше! Пусть хоть весь мир исчезнет, не жалко. И он исчез, взорвался ослепительно и схлынул…

Я лежала на бесстыдно смятой простыне, с выпрыгивающим из груди сердцем, не в силах надышаться. Кеннет перебирал мои разметавшиеся по подушке волосы, прядь за прядью, и чему-то улыбался.

– Так все решилось?.. – спросила я, едва вспомнила слова и буквы, из которых они складываются. – Тебя освободили?

– Почти, – ответил он уклончиво.

– Эй, не темни, – я хлопнула его по плечу, – начинаю думать, что ты опять сбежал, похитив меня на глазах целого женского клуба.

– Догадалась. – Кеннет сокрушенно покачал головой. – Ничего не скрыть.

Отбросил одеяло и сгреб меня в охапку.

– Вот и не скрывай, – я уперлась руками ему в грудь, – ну, расскажи, тебя отпустили?

– В университет. На некоторых условиях.

– Каких?..

– Неважно, – он приложил палец к моим губам, – не будем об этом.

Я молча откинулась на подушку. Любопытство грызло и требовало ответов, но… Что толку настаивать? Захочет – расскажет. Когда придет время.

– У меня есть план, – заговорщицки поделился Кеннет. – Нужно только сориентироваться.

– А сообщница нужна?

– Нет, – твердо сказал он. Прежде, чем успела расстроиться, добавил: – Место занято.

И подло защекотал. Я взвизгнула, прикрылась одеялом. Не помогло! Пришлось отбиваться подушкой, пока не полетели перья и маньяк-щекотун не сдался, развалившись на кровати. Я беззастенчиво улеглась на поверженного противника. На стене мерно тикали часы, за окном темнело.

– Послеобеденные лекции ты пропустила, – не особо виновато констатировал Кеннет, поглаживая меня по спине.

Как приятно….

– И ладно, – промурлыкала я. – Мне справку дали! С освобождением от чего угодно по моему желанию.

– Немедленно перестань хвастаться. – Он ущипнул меня за… Неважно. В общем, ущипнул. – Не то я начну зеленеть от зависти…

– Тебе на лекции надо? – спохватилась я. – Ты уже восстановился на своем факультете?

– Еще не успел. Надо зайти к Лукашу и подать прошение.

То есть… Он сразу пошел ко мне? Первым делом?.. Я опустила голову, уютно прижавшись щекой к его груди.

– Я же говорил, что найду тебя. – Кеннет сдул с моей макушки перо и зарылся носом в волосы. – С остальным завтра разберусь. А сегодня – выходной, и пусть кто-то только попробует меня отсюда вытащить!

– Вряд ли рискнут, – впечатлилась я. – Ты нашел меня по кольцу, да?

– И всегда буду находить.

Пальцы Кеннета подцепили на моей шее цепочку с подвешенным кольцом. Неудобный из него кулон получился, постоянно мешается, но сейчас я даже как-то забыла о нем.

– Интересно ты его носишь, – отметил он.

– Угу, правда, я не знала, – покаялась я, – что сдерживающий артефакт не снимается.

– Господа высшие маги не предупредили? В своем репертуаре.

– Вот я и надела с ним на цепочку кольцо…

– Очень правильно сделала, – хитро сказал Кеннет. – Гляди, фокус покажу.

Я с любопытством приподнялась на локтях. Он взял мою ладонь в свою и поднес к кольцу. Нанизал его мне на мизинец и, нажав на инкрустированный синий камень, снял с меня чертову цепочку. Вместе с кулоном! А?.. Так можно?!

Глава 14

Это было божественно – быть вместе весь день и всю ночь! Обниматься, ненадолго проваливаясь в сон, разговаривать о всякой ерунде и лишь периодически выбираться из постели… Нам не захотелось выходить на улицу даже за едой. В кухонных шкафах нашлось печенье, не превратившееся до конца в сухари благодаря заклинанию стазиса, и мешочек фруктового чая. Я немного похозяйничала, заварила его в больших, похожих на супницы кружках. Мы размачивали печенье в чае, безобразно усыпая простынь крошками, и обсуждали все то, что не имело никакого отношения к междумировым заговорам. Теорию магии, мои нахапанные спецкурсы, преподавателей. Я поведала о Далинде, наводящей на первогодок ужас, Кеннет открыл страшную тайну: она кошмарит только тех, кто ей нравится. Вот повезло-то… Заодно надавал советов, на какие лекции стоит сходить, а где делать нечего. Класс! Плохим я делиться не стала. Ни к чему было упоминать неприятности с кустами и вениками. Во-первых, проблема вроде как решена, во-вторых, у него своих хватает. Кеннет мне ни на что не жалуется, вот и мне нечего. Да и какие теперь могут быть проблемы? Он здесь, он вернулся! И все страхи о том, что я ему больше не нужна, оказались исключительно плодом моего воображения!.. Было очень стыдно. Ладно – сомневаться в себе, но как я смела сомневаться в нем? Дурочка. Жаль, нельзя было рассказать про Ярушку. Неизбежно возникли бы вопросы о соседке и ее отношении к демоническому плюшевому питомцу. Пришлось бы объяснять, кто такой Дис… Уверена, что Кеннет гардского принца не выдаст, но я просто не смогу смотреть в глаза Дису, если нарушу данное ему слово. Ох уж эти тайны… Впрочем, у Кеннета они тоже есть, так что и мне немножко можно.