Ойлин Нокс – Дневник смерти. Фортуна (страница 20)
Но как такое возможно?
Никита задумался. Происходящее в последние два дня сводило его с ума. Реальность плыла, как горячий воздух над раскаленными песками пустыни. Нужно понять, из-за чего произошел пожар, и, если его еще не было, предупредить взрослых. Надо его предотвратить!
Ник выглянул в окно и посмотрел по сторонам: недалеко от домика наказаний стояла Василиса Сергеевна и разговаривала с другими вожатыми. Нужно действовать! Никита вылез сквозь оконную раму и бросился к вожатой. Не замечая ее изумленный взгляд, затараторил:
– Сегодня ночью случится пожар! Дети погибнут! Надо не допустить, нужно усилить охрану, проверить каждый домик и…
– Как твоя фамилия? – Василиса Сергеевна подняла ладонь вверх, останавливая словесный поток новенького.
– Нови… – Ник осекся, – нкин.
– Новинкин, – устало выдохнула вожатая, – ты мне с утра уже столько проблем подкинул. Прошу тебя, чисто по-человечески, будь как все. Не баламуть воду. Я и так рискую, приняв тебя без документов!
– Но я сам видел! – Никита умоляюще взвыл.
– Видел, что будет сегодня ночью? – Василиса рассмеялась, ее поддержали другие вожатые. – Может, ты из будущего, Новинкин?
– Может, и из будущего, – выдохнул Ник, осознавая, что всерьез его не воспринимают.
– Будь добр, вернись в домик. – Вожатая махнула в сторону сарая. – Твое наказание еще не закончилось. А если продолжишь заниматься ерундой, – она внимательно посмотрела на него исподлобья, – оно продлится на неопределенный срок.
Выбора не было: нужно узнать все самостоятельно. Не выпускать из вида Яну, замечать странности в поведении ребят, быть начеку. Ему никто не поверит, хоть из кожи вон вылези. Россказни о предстоящем пожаре казались бредом. Ник бы и сам не поверил, если бы ему такое рассказали. Но в крови бурлил юношеский максимализм. Он обязан был докопаться до истины, нельзя сидеть без дела и терять драгоценное время. Вынашивая в голове план спасения лагеря, Никита медленно поплелся в сторону домика. Отвертеться от наказания невозможно, значит, стоит использовать это время в своих целях. Продумать план. Рассмотреть возможные варианты развития событий.
Ощутив на себе чей-то взгляд, Ник оглянулся. На него не отрываясь смотрела группа ребят. Серый потирал кулаки, в его взгляде читалась ненависть. Мальчик понимал, что ответа долго ждать не придется, Серый не из трусливых, и просто так он это все не оставит. Но убегать Никита не собирался. Он чувствовал, как за ним бесшумно следует несколько пар ног, слышал тяжелое дыхание и язвительные фразы. Ник не оборачивался. Он гордо и уверенно шел в сторону домика, зная, что там его ожидает расправа.
Яна
Новикову трясло. Если в первый миг Никита показался ей лучшим мальчиком, которого она встречала, то с каждым новым словом он превращался в настоящего безумца. Девочка вся словно сжалась внутри, не совсем понимая, отчего заныла нога и почему стало тяжело дышать. Кровь пульсировала в висках, пальцы дрожали – какой пожар, какая гроза? О чем говорил незнакомый мальчик, который возник непонятно откуда и проснулся в ее постели? О каком пожаре он бредил, меряя шагами комнату в домике?
Яна метеоритом вылетела в окно, но не рассчитала силы. Зацепившись носком за подоконник, она упала на землю. Та услужливо поглотила шум, а девочка закусила руку, чтобы не закричать. Не хватало еще, чтобы Никита вылез следом. Этот странный мальчик-герой, который теперь выглядел ненормальным.
Поморщившись, Яна зажмурилась от боли в колене. Разодранная кожа саднила от касания тонкой ткани платья, пропитывая ее алыми каплями. Пришлось немного постоять на одной согнутой ноге, смотря перед собой прямо в землю. Надо было вставать и бежать как можно дальше и быстрее, но неведомая сила пригвоздила девочку к месту, удерживала ее, мешая дышать, шевелиться и даже думать. С большим трудом Новикова осторожно выпрямилась и слабо дернула ногой. Колено мгновенно отозвалось болью, но ходить она могла. Шаг за шагом, неторопливо, но Яна все же отошла на приличное расстояние от домика для наказаний.
Пожар. Гроза. Эвакуация. Все это звучало так странно и глупо, что Новикова даже думать не хотела о подобном. Разве могла она забыть о пожаре или, того хуже, эвакуации, случись что-либо подобное ночью? Вряд ли они все остались бы здесь. И родители уже сигналили бы от ворот, поторапливая дочь. Да и сам лагерь мало походил на обгоревшие руины.
Яна помотала головой, отгоняя глупые мысли. Невозможно. Пожара не было, она бы заметила. Все бы заметили. Это ведь не свеча в пустой комнате, о которой забыли, и она умерла своей смертью.
Новикова вздрогнула. Голос в голове прозвучал слишком громко, как будто кто-то стоял рядом. Девочка даже оглянулась, но рядом никого не заметила. Возможно, ей показалось – слишком много всего произошло за последние пару часов. Яна точно была уверена лишь в одном: ей надо принять горячий душ и выспаться. Но совсем скоро начинались групповые занятия, которые нельзя было пропускать. Девочка тоскливо оглянулась на домик. Было глупо и крайне нелепо, но ей понравился этот почти незнакомый мальчик. Запал в израненную душу за столь короткий промежуток времени.
Одернув себя и поморщившись, девочка поковыляла в сторону своего домика. Надо было хотя бы немного привести себя в порядок, прежде чем идти на занятия. Обработать рану на ноге, помыть голову, переодеться в чистое. Яна вздохнула и чуть ускорила шаг.
В домике никого не было. Лишь звенящая тишина и липкое одиночество. Сглотнув, Новикова прошла в сторону умывальников, проверяя горячую воду. Немного еще оставалось после утренних процедур, и девочка, нервно оглянувшись, прикрыла дверь. Стянув грязное платье, она намочила волосы и тщательно намылила голову, путаясь пальцами в кудряшках. Некоторые смеялись над ней, обзывая барашкой, но Яне нравились ее волосы. Как ни странно, но именно они и выделяли ее из толпы.
Смыв шампунь, девочка покрепче сжала волосы, слушая, как вода стекает в тазик на полу. Немного подождав, она помотала головой, позволяя себе капельку баловства. Мелкие капли попали на окно, зеркало, дверь, но Яна лишь тихонько, скорее даже нервно, хихикнула и поспешила высушить волосы.
На несколько минут ей удалось выбросить из головы все проблемы, странности и даже глупости, но стоило девочке бросить взгляд на помятое, перепачканное платье, как воспоминания вновь дали о себе знать. Зачерпнув воды в ладонь, Яна осторожно промыла рану и нашла на полке над раковиной перекись. Царапина была небольшой, но колено болело сильно. Даже сгибать его было неприятно.
– Приехал ради меня… – пробормотала Новикова, повторяя слова Никиты. – Глупости какие…
Даже родители не приезжали, а он решил, что она поверит в это. И ведь она поверила… Смущенная этими мыслями, Яна заглянула к себе в комнату. Постели были аккуратно заправлены, все вещи лежали на своих местах. Девочка торопливо подошла к шкафу, распахнув его настежь. Вся одежда выглядела одинаково уныло: бесформенные платья, свободные майки, широкие штаны. Все, чтобы спрятать лишние килограммы, которые нагоняли еще больше тоски. Особого выбора не было, но спустя минутку Яна все же сняла с вешалки голубой наряд. Он неплохо сочетался с ее волосами и глазами.
Едва ли не впервые за все время Новикова задержалась у зеркала чуть подольше. Рука сама потянулась к лицу, пальцы аккуратно поправили волосы. Смущение коснулось полных щек, отразилось в глазах, смешиваясь с грустью.
– Глупости, – повторила она более уверенно, точно зная, что Никита никак не мог приехать ради нее. Даже если у них и были какие общие знакомые, вряд ли они отправили бы мальчика сюда. Да и в целом все это выглядело странно. Неестественно.
Яна закусила губу, присев на край кровати. Пальцы нервно теребили подол платья. Мысли путались, но все сводилось к одному: к надежде. Надежде, что, возможно, ее страдания закончатся, и мальчишки перестанут обижать словами и дурацкими поступками. Девочка ведь не просила о многом, лишь о том, чтобы никто не трогал ее. Однако до сих пор никакие силы не реагировали на горькие слезы и мольбу неизвестно кому.
– Ну вот опять… – Новикова смахнула влагу с глаз. Иногда ей хотелось быть такой же уверенной в себе, как Нина, которая всячески игнорировала любые замечания в свой адрес. Не все девочки дружили между собой, некоторые любили подчеркнуть свою особенность. К счастью, Яну они не трогали. И она была этому искренне рада.
Поднявшись с постели, она поправила платье и еще раз заглянула в зеркало. Неужели такое могло быть? Неужели ей все же понравился мальчик? Мама говорила, что это возможно и даже обязательно случится, но Яна не верила. Однако насколько реальны были эти ощущения? Ведь она ничего о нем не знала. Глупо было так увлекаться новыми эмоциями лишь потому, что Никита заступился за нее. В конце концов, Новикова не стала краше от этого, а лишний вес никуда не ушел, как и неуверенность в себе.
Вздохнув, она поправила покрывало, подоткнув его под матрас. Хоть где-то в ее жизни должен был быть порядок. Именно поэтому она вдруг заметила что-то под соседней кроватью. Яна прекрасно помнила о негласном правиле не лезть в чужие дела. Но Полина могла попросту не заметить, что обронила что-то, и забыть. Вряд ли она хоть раз заглядывала туда.