Оуэн Локканен – В глуши (страница 9)

— Эта тропа ведет только в одном направлении. Спроси Кайлу или Уордена: они уже тут ходили. Да любого спроси: думаешь, почему Кристиан такой довольный? Он знает, что это будет настоящая пытка. Три дня, чтобы добраться до вершины, три дня, чтобы опять спуститься к лесам. Это самый сложный маршрут; можно сказать, мы еще никуда и не ходили.

Лукас больше не похож на большого счастливого пса. Наоборот, он кажется довольно напуганным.

— А ты тут уже ходил? — спрашивает его Дон. — Ты уже взбирался на эту гору?

(Она не называет ее горой Пук.)

Лукас качает головой:

— Нет.

— Так откуда ты знаешь, что это сложно? Может, просто заливают.

— Спроси Кайлу. Она была тут в первый же свой месяц. Говорит, вершина так высоко, что там все лето лежит снег. Половина Стаи чуть не замерзла до смерти.

Дон молчит.

— Ну да, может, она и врет, — продолжает Лукас после паузы. — В любом случае скоро мы все сами узнаем.

Он отходит, а Дон наблюдает, как ночь окрашивает верхушки деревьев в темные цвета, и ощущает неожиданную прохладу в воздухе.

Именно в этот момент она слышит медведя.

23

На небольшой поляне недалеко от лагеря Дон собирает ветки для костра и сначала думает, что звуки издает где-то за деревьями один из членов Стаи. Может, кто-то из мальчишек или даже сам Кристиан. Но кто-то определенно очень большой.

Она смотрит, как раскачиваются верхушки деревьев, и слушает, как шумят листья. А потом срабатывает какой-то инстинкт: живот скручивает, и она начинает понимать, что ни один подросток — и даже взрослый — не сможет ломать столько ветвей сразу и с такой легкостью.

— Кто там? — кричит Дон в сторону кустов.

Ответа нет, и ей вдруг кажется, что вся остальная группа куда-то исчезла, оставив ее наедине с тем, что неумолимо и тяжело движется ей навстречу.

И вот деревья заканчиваются, и на маленькую поляну к Дон выходит медведь.

Это черный медведь. Эмбер заверяла, что на маршрутах «Второго шанса» гризли нет, и это хорошо, потому что Кристиан клянется, что медведи гризли с радостью убивают и жрут людей.

(А черные медведи, по словам Эмбер, просто не любят, когда их тревожат.)

Черный медведь еще не заметил Дон. Он обнюхивает кусты, фыркая и сопя, и хотя кажется просто огромным и способен убить Дон одним взмахом лапы, все равно не выглядит злым. Ему будто и дела нет, что она рядом. Дон начинает верить, что он, возможно, пройдет мимо, даже не заметив ее. Даже не попытавшись ее сожрать.

Затем она переносит вес с одной ноги на другую, и под ее ботинком трещит ветка. Медведь замирает и смотрит через поляну прямо на нее.

Дон слышит низкий рык где-то глубоко в его пасти.

24

Одна из книг, с которой Дон таскается по лесам, называется «Как не стать чьей-то пищей». И это единственная из книг, которую она удосужилась прочитать — в основном потому, что она самая тонкая. Впрочем, Дон и правда не хочет стать чьей-то пищей — медведей, пум, волков или других тварей, что скрываются в лесной чаще.

К тому же Эмбер постоянно талдычит о том, как вести себя с медведями, так что Дон немного знает, что делать с незваным гостем.

Например, она знает, что нужно оставаться спокойной. Знает, что нужно говорить с медведем, дать ему понять, что она не еда.

— Здравствуйте, мистер Медведь, — говорит Дон, надеясь, что медведь не замечает дрожи в ее голосе. — Я просто безобидная девочка, я не твой ужин.

Судя по книге, это должно убедить медведя, что ему лучше убраться подальше. Но если медведь не сдвинется с места, то, насколько Дон помнит, надо занять как можно больше места и медленно двигаться назад.

После приветствия Дон медведь и не думает куда-то идти.

— Прошу не есть меня, мистер Медведь! — Дон машет руками над головой и делает шаг назад, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно, а движения оставались медленными.

Медведь снова рычит, уже громче, встает на задние лапы, внимательно смотрит на нее со своего конца поляны и широко зевает, демонстрируя капающую из пасти слюну и острые желтые зубы.

— Не ешь меня, мистер Медведь, — просит Дон. — Пожалуйста.

Медведь ее даже не слушает. Он опускается на все четыре лапы и движется в ее сторону. Хищник уже футах в тридцати и быстро приближается, быстрее, чем Дон пятится.

(«Не беги, — сказано в книге. — Не кричи и не делай резких движений».)

Дон сомневается, что в состоянии себя контролировать — она слишком напугана. Она боится еще и того, что может сейчас описаться.

Она. Из. Пригорода. Сакраменто.

Медведь продолжает надвигаться; она чувствует ужасную вонь из его пасти и смотрит прямо ему в глаза. Теперь он кажется ей злым и агрессивным, вряд ли способным испугаться ее дружеской беседы.

Дон продолжает отходить назад, пытаясь вспомнить, что ей делать дальше, когда натыкается на бревно и теряет равновесие.

Падая, она замечает, что слева из-за дерева выходит еще один медведь, поменьше.

Медвежонок.

Вот тогда она понимает, что ей крышка.

Дон кричит.

25

«Медведицы крайне опасны, — сказано в книге. — Особенно если они воспринимают вас как угрозу своим детенышам».

Дон хочет объяснить приближающейся медведице, что она ни в коем случае не является угрозой. Что она буквально и сама Медвежонок. И мечтает спуститься с этой горы и сесть на самолет до Сакраменто.

Но она сидит на заднице, а медведица подходит все ближе. Время разговоров окончено.

«Если черный медведь нападает, — сказано в книге, — нападайте в ответ. Боритесь за свою жизнь».

Дон начинает шарить рукой в поисках оружия. Палки, камня, чего угодно. Медведица наступает, сопя и рыча, Дон кричит и слышит позади себя, где-то в чаще, голоса, но они звучат вдалеке, а медведица уже совсем близко.

Дон перебирается через бревно, о которое споткнулась. Находит отломленную ветку дерева и отчаянно машет ею перед животным, но ветка уже гнилая — она тут же ломается. Теперь Дон плачет и кричит до боли в горле.

— На помощь! Черт, помогите же мне!

Медведица нависает над ней. Огромная — кроме нее, Дон ничего не видит. Кроме ее тяжелого хрипа, Дон ничего не слышит. И неожиданно она понимает, как глупо ей придется умереть: в пасти медведя — черного медведя, — в дикой глуши и, может, даже обмочившись.

Раздается выстрел.

Очень громкий.

Медведица замирает. Она забыла про Дон и смотрит куда-то ей за спину, когда раздается второй выстрел. Когда на поляну выскакивает Эмбер и ставит Дон на ноги. Когда Кристиан, и Лукас, и, возможно, еще кто-то выбегают у нее из-за спины, громко крича и размахивая руками.

Грохает третий выстрел, и Дон моментально глохнет.

Медведица осматривается, затем поворачивается к медвежонку, который в ужасе бежит подальше от поляны. Она разевает пасть, и из нее раздается какой-то звук, однако Дон его не слышит, потому что все еще оглушена грохотом выстрелов.

Медведица разворачивается и убегает вслед за своим детенышем.

Один раз она останавливается, оглядывается, и ее взгляд снова обращается к Дон. Она долго на нее смотрит, будто заглядывая в саму душу.

А потом опять разворачивается и исчезает среди деревьев.

26

— Я не понимаю, — говорит Дон, когда Эмбер и Лукас помогают ей добраться обратно к костру после неудачных попыток убедить наставников прекратить поход и увести группу из медвежьего края к цивилизации. — Если Кристиан стрелял в медведицу, почему она не была ранена?

Кристиан смеется, он ничуть не встревожен.

— Я не стрелял в медведицу.

Дон смотрит на него в изумлении: