Оуэн Локканен – В глуши (страница 45)
Дон выбирает мужчину в самом презентабельном костюме. Мужчина средних лет, симпатичный, но непримечательный, темные волосы начинают седеть.
— Я не собираюсь с вами судиться, — говорит им Дон.
Они смотрят на нее с непониманием.
Мужчина в презентабельном костюме переспрашивает:
— Не собираетесь?
Дон качает головой.
— Нет. Только не отправляйте меня домой, — она показывает на Кэма и Венди, — с ними.
Костюмы смотрят ей за спину, на Кэма и Венди. Мужчина в презентабельном костюме прочищает горло.
— Хм… — начинает он. — И куда же ты хочешь поехать?
Дон ни секунды не сомневается:
— В Чикаго. Первым классом.
А потом оборачивается и смотрит на Брайса.
— Мой брат поедет со мной.
133
Так все и происходит.
Дон отправляется в Чикаго к своей бабушке. Бабушка счастлива ее видеть. Дон срывается и плачет, но потом берет себя в руки. Ради своей ба.
Когда бабушка не видит, Дон все еще много плачет.
Брайс приезжает вместе с ней. Они какое-то время живут у бабушки, а потом он возвращается домой. Перед расставанием Дон заставляет его поклясться, что он никогда не позволит себя похитить. И берет с него обещание звонить по любому поводу.
Брайс обещает, что будет звонить. Потом садится в такси. Дон смотрит, как он уезжает, и думает, должна ли она терзаться от угрызений совести. Должна ли она вернуться вместе с ним.
И все же она остается.
Она остается с бабушкой. Готовит и прибирает дом, ходит за покупками, гуляет с бабушкой в парке, играет с ней в криббедж и смотрит на «Нетфликсе» старые фильмы.
А вечерами висит на телефоне.
Только звонит не родителям.
И не Джулиану.
Она звонит Брайсу.
Она звонит в больницу Сиэтла, где лежит Эмбер.
Медсестры говорят, что наставница еще без сознания. Но они верят, что скоро она придет в себя.
Дон звонит по «Фейстайм» Бриэль — та вернулась домой в Орегон. Они обсуждают, как дерьмово все получилось в горах и как дерьмово все кажется теперь, задним числом.
Девушки планируют встретиться, когда поутихнет шумиха.
— Все это как дурной сон, — говорит однажды Бриэль. Дон видит на ее лице шрамы и ссадины. — Теперь, когда мы дома, кажется, что ничего этого и не было.
Дон ее понимает. Она чувствует примерно то же самое.
Но все это было, и никогда не забудется.
134
Однажды Дон решает съездить на кладбище, где похоронили Лукаса. Она плачет у его надгробия и благодарит за то, что он спас ей жизнь. Когда-нибудь она расскажет отцу Лукаса, каким героем был его сын и что армия точно была ему по зубам.
Пока она к этому не готова. Она не сможет посмотреть в глаза родителям Лукаса.
Ей еще слишком больно. Сил не хватает.
Она продолжает звонить в больницу, где проходит реабилитацию Эмбер. Она старается наслаждаться временем со своей ба и забыть о том, что случилось во «Втором шансе».
Это здорово, но все равно не то.
Не совсем.
А однажды на бабушкином крыльце появляются Кэм и Венди.
135
Стоя на крыльце бабушкиного дома в Чикаго, родители Дон выглядят… иначе. Венди кажется старее, чем Дон ее запомнила. Корни волос отросли, синяки под глазами стали заметнее.
Кэм словно уменьшился. Выглядит уставшим. Он обнимает Венди, прижимает ее к себе, а когда на пороге появляется Дон, они словно жмутся друг к другу еще плотнее.
Дон видит, как ее мать напугана. Кэму тоже страшно.
Они боятся Дон, они оба, и все это так…
136
Первой мыслью Дон было обнять Венди и даже Кэма.
А второй — хлопнуть дверью прямо у них перед носом.
Но она не делает ни того, ни другого.
Она стоит и смотрит на них, а они смотрят на нее, и никто не произносит ни звука. Дон старается держаться, напоминает себе, что это те же Кэм и Венди, которые ее похитили.
Что это та же Венди, которая нашла замену ее отцу, слишком быстро влюбившись в Кэма.
Что Дон должна ненавидеть их обоих за все, что ей пришлось пережить.
Но Кэм и Венди выглядят такими постаревшими, изнуренными и напуганными. Они выглядят так, словно тоже потерялись в лесу.
И Дон понимает, что больше не может их ненавидеть. Как ни странно, она даже чувствует к ним
— Я не вернусь в Сакраменто, — говорит им Дон. — И точка.
Венди и Кэм переглядываются.
— Мы приехали не за этим, — говорит Кэм. И снова сжимает плечи Венди. — Мы просто хотим убедиться, что у тебя все хорошо.
Венди начинает плакать.
И Дон чувствует себя еще хуже.
137
Они достигли шаткого перемирия — Дон, Венди и Кэм — и идут выпить кофе.
Садятся посреди моря шумящих чикагцев в кафе и начинают потягивать свои напитки. Венди промакивает глаза салфеткой и молчит, Дон разглядывает прохожих и тоже молчит. Наконец Кэм начинает:
— Там, наверное, было страшно… в этом вашем «Последнем шансе».
Дон потягивает кофе и ничего не отвечает.