Оуэн Локканен – Профессионалы (страница 14)

Лэндри пожал плечами:

– Пока ничего. Если семья не заговорит, мы мало что сможем. Нам остается разве что отслеживать красные «форды».

– И мы позволим им уйти?

– Нет. Мы вернемся в участок, составим отчет, а завтра приедем сюда снова и будем опять прочесывать местность. Словом, будем работать. Однако, пока старушка не расколется или не появится что-нибудь конкретное по красному минивэну, дело наше висяк.

Лэндри снова оглянулся на дом – крыльцо опустело. Патрисии Бенетью и ее «адвоката» больше не было видно в свете окон первого этажа. Ушли, наверное, греться. В такую ночь это единственно верное решение. Даже техники закруглялись с работой. Через десять минут тело Бенетью погрузят в специальный фургон и отправят в морг, а улица, пусть испачканная мелом и кровью, вернется к обычной жизни.

– О’кей, Билл, – сказал Лэндри, ежась под зонтом, – поехали домой.

20

Агент Стивенс оставил свой «джип-чероки» на парковке и вошел в здание местного отделения ФБР, располагавшегося в пятнадцатиэтажной высотке в центре Миннеаполиса. Штаб-квартира ФБР выглядела точь-в-точь как главный офис какой-нибудь финансовой фирмы вроде «Норд стар инвесторс» и совсем не походила на полицейский участок. «Вероятно, это не случайно», – подумал Стивенс.

Он представился дежурному за стойкой, сдал пистолет и, со второй попытки преодолев металлодетектор, поднялся на лифте на одиннадцатый этаж в отдел уголовных расследований.

Когда двери лифта распахнулись, Стивенс шагнул в просторное помещение, разделенное на боксы стеклянными перегородками. По кругу располагались отдельные кабинеты. Все было как в каком-нибудь инвестиционном банке или IT-компании, с той разницей, что длинные ряды мониторов и серверов служили другим задачам, отражая современную реальность полицейских расследований.

– Агент Стивенс?

Стивенс повернулся и увидел красивую темнокожую женщину лет тридцати. Она была высокая, стройная, и ее угольно-черные волосы были прямыми, точно их выровняли по линейке, но Стивенса поразили ее глубокие карие глаза с матовым блеском, взгляд которых, казалось, способен пронзить насквозь, проникнуть в самую душу. Ошеломленный Стивенс так и замер, стоя у лифта. Она сама подошла к нему и протянула руку.

– Клара Уиндермер, – произнесла она с легким акцентом. – Мы с вами разговаривали по телефону.

– Кирк Стивенс, – ответил он. У нее была твердая, прохладная ладонь. – Рад личному знакомству.

Рабочее место Клары Уиндермер находилось в конце первого ряда кабинок.

– К сожалению, отдельного кабинета у меня нет, – говорила она, беря для Стивенса стул по соседству.

Стивенс оглядел ее кабинку: на столе идеальный порядок, голые стены украшает единственная фотография – мужчина примерно возраста Клары, в гавайской рубашке, стоит на пирсе и держит в руках огромную меч-рыбу.

– Хотя мне обещали, что когда я приеду в Миннеаполис, то будет. Ах, знай я заранее…

– Давно вы здесь работаете?

– Скоро год. Меня перевели из Майами в декабре.

– Вот как? Это ужасно.

– Нет, я боялась, что будет хуже, – рассмеялась она. – Как в старой комедии, где Принц играл единственного цветного в Миннесоте. Я думала, что мы с моим бойфрендом утроим это число.

Видя ее улыбку, Стивенс тоже улыбнулся.

– А у вас не флоридский акцент.

– Я родом из Миссисипи. Можно сказать, из Теннесси. Я выросла рядом с Мемфисом.

– Все равно на юге.

– Но я не мерзлячка, – пожала плечами Уиндермер. – Правда, я не умею водить машину в гололед, но учусь. Мой бойфренд гораздо тяжелее привыкает к местному климату.

– Ничего, привыкнет, – заверил ее Стивенс. – Подождите, пока он попробует зимнюю рыбалку.

– Ладно, посмотрим. Давайте теперь к делу, агент Стивенс.

– Да, конечно, – согласился он. – Я расследую одно похищение с целью выкупа.

– Похищение? В Миннесоте?

Стивенс кивнул:

– Все как в кино.

И он изложил ей дело Терри Харпера, не забыв упомянуть, что похитители – резиденты других штатов. Клара Уиндермер внимательно слушала.

– А почему вы так уверены, что они не раз совершали подобные преступления? – спросила она, когда Стивенс закончил.

– Потому что я не верю, что они купили фургон, примчались в Миннесоту, чтобы получить здесь шестьдесят тысяч, и на этом завязали. Для них это всего лишь одно из многих мелких звеньев на пути к обогащению.

– Понимаю, – кивнула Клара Уиндермер. – Значит, вы хотите, чтобы мы проверили адрес Кэрью в Джолиете?

– А также адреса в Джорджии и Мэриленде. Стоит вообще обратить внимание на нераскрытые дела о похищениях, где бы они ни происходили. У меня нет таких полномочий, вот я и решил передать дело вам.

– Хорошо. Мне нужно обсудить это с начальством. Оставьте ваши координаты.

Стивенс протянул ей визитку.

– Будем на связи, агент Стивенс. – Уиндермер поднялась. – Я дам вам знать, каково будет решение моего босса.

Стивенс тоже встал и снова огляделся вокруг.

– Жаль, что я служу не у вас, – сказал он. – Мне бы хотелось лично участвовать в расследовании.

– Это почему? – улыбнулась Уиндермер. – Не доверяете ФБР?

– Вполне доверяю, но это дело… Это же бомба, блокбастер!

– Все может быть. Не беспокойтесь, Стивенс, – подмигнула она, – я вам позвоню.

Клара Уиндермер проводила Стивенса к лифту, пожала ему руку и вернулась обратно. Но пока не закрылись двери лифта, Стивенс чувствовал на своем теле два горячих луча, посылаемые ее глазами.

Поздно вечером Стивенс мыл посуду в кухне и краем глаза поглядывал на жену, корпевшую над своими адвокатскими делами. Перед ней на столе лежала куча папок.

Заметив его взгляд, она показала ему язык и откинулась на спинку стула.

– О боже, что за ужасная неделя мне предстоит!

– Трудные дела?

– Нет, но их слишком много. Бреннан уехал в отпуск, мерзавец! Свалил на юг, когда штат не может себе позволить нанять еще одного адвоката.

– А зачем он нужен? – Стивенс закончил вытирать тарелки и повесил полотенце на вешалку. – Люди совершили преступление, пусть теперь посидят в тюрьме.

– Но не все же они преступники! – возразила Нэнси. – Поэтому я с ними и работаю.

Стивенс подошел к жене, положил ей руки на плечи и прижался лицом к ее волосам.

– Ты работаешь с ними, потому что совесть не позволяет тебе работать адвокатом по налогам.

– Черт бы побрал эту совесть, – вздохнула Нэнси. – Плакали мои денежки.

– Да и мои, чего уж там, – вторил ей Стивенс. – Мы с тобой могли бы быть рок-звездами или врачами, например. Но у меня зато есть хорошая новость: мое дело сдвинулось.

– Ты его раскрыл?

– Почти. Ребята действуют по всей стране, и, значит, дело уходит в ФБР. Сегодня я разговаривал с их сотрудницей, и она готова меня от него освободить.

Нэнси недоверчиво посмотрела на мужа:

– Правда, что ли?

Стивенс кивнул:

– Да, только получит официальное одобрение.

– Слава богу, – обрадовалась Нэнси. – У Энди всю неделю волейбол, а Джей Джей, по-моему, подхватил простуду. Хорошо, если ты сможешь удирать с работы пораньше.