Отто Гофман – Опасности диких стран (страница 10)
— Великий Бог, да неужели же вы христиане? — воскликнул незнакомец, и его ярость перешла в радостное ликование. — Да, вы положительно христиане, и один из вас негр. Вы капитан Роланд Форрестер? Я уже слышал о вас. О, святая Пасха, я думал, что в лесу есть только индейцы, и потому так ошибся! Но, капитан, ради Бога, зачем вы здесь остановились? Пришпорьте лошадь и скачите как можно скорее, как только могут бежать ваши лошади. Эти негодяи преследуют меня. Их шестеро… нет, пятеро, потому что я застрелил одного из них… Они преследовали меня и, обогнав, преградили мне дорогу; мне ничего другого не оставалось, как отправить одну из этих тварей на тот свет. Он растянулся, а я ускакал.
— Послушайте! — воскликнул капитан, — серьезно вы это говорите? Действительно позади нас индейцы?
— Индейцы! Да это так же верно, как то, что я живу! И их пятеро! — повторил незнакомец. — Когда я застрелил одного, то остальные подняли крик и вслед за тем раздался выстрел из всех их ружей, так что я благодарю Бога за то, что унес от них свою шкуру! Они преследовали меня, и если мы задержимся еще на четверть минуты, то воющие черти будут около нас. Но куда же нам деться? Позади нас — пятеро индейцев, а впереди — брод, где индейцы кишат, как муравьи в муравейнике!
— Как, около брода? — воскликнул в испуге Роланд. — Не встретили ли вы там отряд переселенцев?
— Я не там видел их! Я видел, как они шли по грязи на полпути от Джексона. Они мне солгали, что в лесу нет индейцев, а теперь, святая Пасха! — ими полно тут все!
— Да правду ли вы на самом деле говорите? — спросил Роланд, который все еще, казалось, сомневался в правдивости слов незнакомца.
— Конечно, он говорит правду, — подала теперь голос Телия Доэ, решительный тон которой в другое время вызвал бы удивление. — Нам нельзя более мешкать, потому что кровожадные плуты с каждой минутой приближаются к нам. Вперед! Вперед! Лес перед нами свободен и, без сомнения, нижний брод еще не занят ими!
— Если ты можешь проводить нас туда, то не все еще потеряно, — сказал поспешно Роланд. — Будь нашим проводником и поспеши, потому что я вижу, — мы скоро будем окружены со всех сторон.
Эти слова, сказанные торопливо и озабоченно, подсказали Эдите, что ее брат начал смотреть на настоящее положение вещей, как на нечто серьезное. И на самом деле, Роланд боялся не за себя, но за своих слабых спутниц, которые были не в состоянии противостоять нападению индейцев.
— Хорошо, я поведу вас, — сказала Телия, — и надеюсь, что вы никогда не раскайтесь в том, что последовали за мною. Дикарям, наверное, не придет в голову подкарауливать нас около нижнего брода;
И они тотчас же въехали в лес, за ними последовал и незнакомец, по имени Пардон Фертиг. Вскоре они оказались на почтительном расстоянии от дороги, по которой ехали до сих пор.
Пока они быстро скакали вперед, Пардон Фертиг рассказывал капитану еще раз, точно и подробно, что случилось с ним. Потом он стал рассказывать и о других своих приключениях: как он вел торговлю на верхнем Огио, как дикие еще раньше чуть не отняли у него все имущество, и сетовал за злую судьбу, которая не раз сводила его с этой кровожадной породой людей. Роланд слушал его не безучастно, хотя изо всего того, что он слышал, вынес впечатление, что Пардон Фертиг чересчур боялся дикарей и что, в случае встречи с ними, мало можно рассчитывать на его помощь. Между тем, его внимание было вскоре отвлечено совсем в другую сторону, так как Телия, которая до сих пор с уверенностью вела путников, вдруг начала колебаться и выказывать явные признаки замешательства.
И на самом деле, были достаточно серьезные причины для колебания.
Широкие и открытые поляны, через которые путешественники ехали, стали уже и все чаще прерывались кустарником; лес становился все гуще и мрачнее; местами стали попадаться обрывы и топкие болота, через которые трудно было найти дорогу.
— Неужели ты не найдешь дороги? — спросил у нее Роланд.
— Я совершенно запуталась, — ответила Телия. — Мы давно уже должны были выехать на настоящую дорогу, которая мне хорошо известна, но болота и овраги сбили меня с толку, так что я теперь даже не знаю, где мы находимся.
Этот ответ наполнил отчаянием сердце Роланда, который рассчитывал на то, что Телии хорошо известен этот лес. Теперь он понял, что должен взять инициативу в свои руки, что было особенно трудно, так как солнце почти уже зашло и день быстро клонился к вечеру. Он поехал наудачу, полагаясь на счастье, и надеялся, что инстинкт его лошади доведет его до брода, который, как ему казалось, был уже недалеко. Телия, которая тоже оправилась от растерянности, поехала вперед и зорко следила за тем, не появится ли какой-нибудь старый след знакомой дороги.
В то время как она, оглядываясь, медленно продвигалась вперед, ее старый клеппер вдруг начал фыркать, становиться на дыбы и выказывать другие признаки нетерпения. Телия тоже забеспокоилась. Она вернулась к своим спутникам, а глаза со страхом перебегали с куста на куст, как будто она ежеминутно опасалась увидеть врага.
— Что случилось? — спросил Роланд, поспешив к ней. — Мы точно в заколдованном лесу, где наши кони пугаются, как и мы сами.
— Я опасаюсь, что вблизи нас индейцы, — сказала Телия с дрожью в голосе.
— Пустяки! — воскликнул Роланд, быстро оглядываясь и ничего не заметив вокруг, кроме открытого места в лесу, которое, казалось, не могло служить защитой для подкарауливающего врага. Но в эту минуту Эдита схватила его за руку, а лицо ее выразило страшное отчаяние, причем она так испугалась, что ее дрожащие губы не в состоянии были произнести ни одного звука. Она пальцем указала на какой-то темный предмет, и Роланд содрогнулся, увидев перед собой индейца, который лежал, растянувшись, под деревом, наполовину прикрытый зеленой веткой, которая, вероятно, была положена посторонней рукой, потому что когда Роланд повнимательнее присмотрелся, то, к удивлению своему, увидел, что дикарь был мертв.
— Палач до нас побывал здесь, — воскликнул он. — Человек этот мертв и уже скальпирован!
Он подъехал ближе к дереву. Остальные в молчании последовали за ним. С ужасом они рассматривали тело огромного индейца, лежавшего лицом вниз, кровь еще струилась с его раздробленного и скальпированного черепа. На земле были разбросаны обломки ружья и, кроме того, тут же валялись сломанная пороховница, расщепленный нож, рукоятка томагавка, которые, без сомнения, были распотрошены неизвестным победителем. Убитый воин, по-видимому, пал после жестокой битвы. Земля, на которой он лежал, была взрыта и истоптана, а руки его, судорожно захватывавшие землю, были обагрены или собственной кровью или кровью его противника.
В то время как Роланд с ужасом созерцал это страшное зрелище и раздумывал о том, каким образом погиб этот несчастный, он заметил с отчаянием, что по безжизненному телу пробежала дрожь. Судорожно сжатые руки раскрылись, раздался глухой стон, и индеец, опираясь на руки, поднялся во весь рост и показал изуродованное, залитое кровью лицо. Это было последним его движением. Будучи слишком слабым, чтобы стоять прямо, он упал навзничь, вытянулся на спине и испустил со стоном последний вздох. Теперь путники увидели то, чего не могли увидеть раньше: два кровавых разреза на груди убитого. Они имели форму креста. Роланд невольно содрогнулся с суеверным ужасом, а Телия в отчаянии воскликнула:
— Знак Дшиббенёнозе. Лесной дух опять бродит по лесу!
Глава шестая
ПРЕСЛЕДОВАТЕЛИ
Капитан Форрестер, в сущности, был менее всего склонен к смешному суеверию и поэтому сумел побороть первый свой испуг при виде знаков Дшиббенёнозе. Он соскочил с лошади и внимательно осмотрел мертвеца, причем ему было совершенно непонятно, как могли убить человека так близко от них, а до их слуха не донеслось никаких признаков происходящей борьбы. На правом плече убитого он нашел рану от пули, которая, по индейскому обычаю, была заткнута листьями и травами; но вид этой раны доказывал, что дикарь получил ее в одном из прежних сражений. Смерть его произошла, несомненно, от удара топором по затылку, и это объяснило Роланду, почему он и его спутники ничего не слышали: ни шума, ни звуков выстрела. Но тем непонятнее было то обстоятельство, как мог враг подойти к убитому так близко, чтобы ему не понадобилось даже ружье, чтобы убить индейца. Он так много слышал о хитрости и бдительности диких, что считал бы такое совершенно невозможным, если бы у него перед глазами не было неопровержимых доказательств.
Пока он был погружен в разгадывание этой, по-видимому, неразрешимой загадки, внимание его было отвлечено криком Телии. Он с удивлением увидел невдалеке фигуру, которая в наступающих сумерках казалась такой высокой, что ее можно было принять за сверхъестественное существо. Оно шло большими шагами по лесу и, казалось, неотрывно смотрело на маленький черный предмет, который двигался впереди и служил, по-видимому, путеводителем.
Сначала казалось, что удивительное существо двигалось по направлению к путешественникам; потом Роланд заметил, что неизвестный повернул влево и быстрыми шагами удалился от них, продолжая все так же следовать за предметом, который путники склонны были принять за медведя, сопровождавшего, согласно преданию, Дшиббенёнозе. Роланд, однако, не намерен был дозволить видению исчезнуть бесследно. Он вскочил опять на лошадь и поскакал вперед, громко крича: