Отто Диас – Безликая королева (страница 108)

— Как тебя звать?

Девушка не сразу поняла, что Этцель обращается к ней, настолько велик был её шок. Она знала его имя из сна, воспоминания Энэйн, но ведь мужчина её никогда не встречал.

— Гетала.

— Мой сын кажется тебе знакомым, Гелата?

«Сын?» Девушка вспомнила о том, как Микаэль рассуждал о своём происхождении. «Может, я сын какого-нибудь лорда?» Равносильно ли той несбыточной грёзе оказаться сыном мага, прожившего огромное количество лет?

— Д-да, мне просто показалось, что мы уже встречались. Но, судя по всему, я обозналась.

Элоф презрительно фыркнул.

— Больше не прыгай на меня.

— Алфрост ждёт тебя на улице, — сказал Этцель, но юноша уже и сам направился к выходу.

— Знаю я.

Дверь захлопнулась. Гелата сделала глубокий вдох. Делэль прижалась к ноге мужчины, но тот отстранил её, и девочка растерянно попятилась к столу.

— Где и когда в последний раз ты видела человека похожего на Элофа?

«Почему это так обеспокоило его? — Гелата насторожилось. — Неужто я не тронулась умом, и его сын вправду похож на Микаэля как две капли воды?»

— Несколько недель назад в столице.

— Он там живёт?

— Он беглый раб. Полагаю, скрывается.

— Значит, она там… — загадочно протянул мужчина.

— Она?

Этцель не ответил.

— Мы выдвинемся в Архорд через два месяца. До тех пор будем жить здесь. Вот ваша комната. — Мужчина указал на закрытую дверь, находящуюся неподалёку от той, из которой несколькими минутами ранее появился Элоф.

— Зачем нам в столицу? Какую цель вы преследуете и для чего нужна я?

— Ты носитель духа Энэйн, разве сама ещё этого не поняла?

— Разумеется, поняла. Но я не Энэйн. Даже обладая её даром и мыслями, заменой я не стану.

— Тебя и не просят. Мы отправимся в Архорд по двум причинам. Во-первых, там находятся недостающие для ритуала материалы. Твоё тело не подходит в качестве сосуда, оно слишком слабо, и если вовремя не переместить Энэйн в новую оболочку, вы обе погибните. Во-вторых, там будет проходить турнир веларов, где Элоф примет участие, одержит победу и убьёт короля. Таким образом мы достигнем сразу двух целей: перехватим власть и подарим Энэйн новую жизнь.

По спине девушки пробежала дрожь.

— Вы хотите стать королём Ревердаса?

— Не я. Она в теле моего сына.

— Вы готовы пожертвовать сыном?

— Я для этого его создавал.

— А Делэль?

— Делэль?

— Девочка.

Этцель покосился на малышку, которая стояла в нескольких шагах от него, задрав белое личико и внимательно глядя на обоих, будто пытаясь вникнуть в разговор, суть которого не понимала.

— Ты дала ей имя? Что ж… у неё в этом своя роль. Придёт время, узнаешь. Но должен предупредить. Не привязывайся к ней, не пытайся научить чему-либо. Относись к ней, как к орудию, которое поможет достичь нам цели.

— Орудию? Но ведь она человек.

— Уверена? Где тогда её родители?

Вспомнив, что альбиноска появилась из гигантского цветка, Гелата не нашла ответа. Может, Делэль и правда не была человеком? Но тогда кем? И как она могла помочь?

«Энэйн переселят из моего тела в тело Элофа. Для этого нужен ритуал. Что ж, нужно его дождаться. А после я буду свободна. Я снова буду собой».

Глава 77 Жертва

Яр отчитался Наоми сразу же, как только была выполнена её просьба, и девушка заплатила ему, как и обещала.

— Будь поблизости, — сказала она, — думаю, ты можешь понадобиться мне ещё раз.

Назад пути уже не было. Хорошенько обдумав всё, что ей предстоит сделать, Наоми спустилась к Перицию и сообщила, что она готова. Мужчина её уже ждал.

— Давай начнём с простого, — предложил он, — ты должна растолочь орех вместе с травами. Я уже приготовил тебе сосуд.

Наоми прошла за небольшой тёмный стол и сделала всё, как велел ей Периций. Она старалась работать быстро, чтобы скрыть дрожь в руках, и всячески пыталась подавить растущий страх. «В этом государстве все убийцы. Мой муж тоже убийца, хладнокровный и несправедливый. Почему и я раз не могу пролить чью-то кровь ради нашего общего блага?»

Закончив возню с травами и орехами, Периций взял со стола всё необходимое: деревянную досточку и аккуратный остро заточенный нож средних размеров. Он дал Наоми книгу, велев держать её аккуратно. Страницы были уже достаточно ветхими, а мелкий шрифт едва различим.

— Запомни этот приговор… он понадобится тебе во время ритуала.

Наоми прищурилась, молча пытаясь разобрать буквы. Мужчина взял чашу со смесью, и они покинули крохотную коморку. На Ревердас уже опустилась ночь, и Наоми не особо переживала за то, что их кто-то заметит. Окольными путями они добрались до лестницы, ведущей к подземелью, где, как правило, никто не дежурил. Предосторожность была не нужна потому, что в камерах никого не содержали. Лонгрен предпочитал казнить, а не бросать гнить за решетку, и Наоми рассматривала это как жест его милосердия. «Он просто не хочет, чтобы люди мучились», — убеждала она себя, хотя сама не могла представить, чтобы выбрала она, окажись у пропасти, в которую можно провалиться и над которой можно бесконечно висеть.

Они спустились к холодным мрачным коридорам, и Периций сообразительно прихватил с собой факел снаружи. Наоми быстро высчитала дверь, которую ей назвал Яр, и со скрипом отворила её, сразу же услышав жалобный девичий стон. Периций вошёл первым, осветив пространство, и Наоми разглядела на полу связанную темноволосую девчонку в грязной ночной рубашке. Её лицо исказилось в страдании, она беспомощно что-то мычала, не имея возможности позвать на помощь из-за кляпа во рту. От этой картины Наоми сразу же стало дурно, и на мгновение она в нерешительности замерла на пороге. «Может, прекратить это?»

— Скорее, закройте дверь, — велел Периций, закрепив на стене факел. — Вот так… скоро всё закончится.

Наоми, чувствуя, как у неё подкашиваются колени, вошла в камеру, прижимая к груди книгу. Периций уже раскладывал всё необходимое. Он осмотрелся и, заметив в стене стальные кольца, указал на них Наоми.

— Можно зафиксировать её там. Так будет надёжнее.

Девушка продолжала жалобно стонать, с надеждой глядя на королеву. Наоми неуверенно приблизилась к ней и, отложив на пол раскрытую книгу, вытащила кляп изо рта Дефары. Девушка сделала отрывистый вдох.

— Ваше Величество, клянусь, я ничего не делала… я ни в чём не виновата, пожалуйста… я сделаю всё, что вы захотите…

— Тише, девочка, тише. — Наоми ласково провела ладонью по её волосам и выдала вымученную улыбку. — Тебе не нужно боятся. Всё будет хорошо, тебе ничего не угрожает.

— Почему я здесь? Ваше Величество… почему я здесь? Отпустите меня, пожалуйста… — девочка залилась слезами, прижавшись щекой к холодному каменному полу, и Наоми почувствовала, как её сердце сжимается от боли. Ей самой захотелось плакать, но девушка не могла позволить себе такой роскоши.

— Ты должна мне кое с чем помочь, и больше такого не повторится, хорошо? Тебя больше никто не похитит и не свяжет. Ты будешь в безопасности, ладно?

Девочка, роняя слёзы, кивнула, и Наоми украдкой посмотрела на Периция.

— Сейчас мы поможем тебе встать. Просто делай то, что мы говорим, и не бойся. Скоро всё закончится.

— Вы развяжете меня? Я смогу отсюда уйти?

Наоми с Перицием напряглись, чтобы поднять девушку с пола и подвести к стене. Они развязали её верхнюю часть и сильнее сдавив верёвки на запястьях, перекинули их в кольца, скрепив в тугом узле. Дефара снова захныкала.

— В чём моя вина? Что вы со мной сделаете?

Наоми уже не отвечала. Периций протянул ей нож, и девушка с опаской взяла его.

— Вы помните слова? Повторяйте их, когда начнёте совершать процедуру. Сейчас вы должны вырезать её сердце. Только не протыкайте. Вырежете так, чтобы извлечь его целым.

— Нет! — тут же завопила Дефара. Заливаясь слезами и истошным криком, она начала извиваться в верёвке. Наоми сделала глубокий вдох.

— Я могу сначала убить её, чтобы она не мучилась?