Отшельник Извращённый – Я - Демон? Том 3 (страница 57)
— Поняла! Передай лейтенанту Бахову: он может выступать! — тут же среагировала Луиза. — Так же сообщи магам поддержки: прикрыть первый батальон от возможного магического удара!
— Есть! — связист тотчас передал указания по кристаллу связи…
…Лейтенант Бахов вынул меч из ножен и громким командным голосом выкрикнул:
— Солдаты! Враг перед нами! Нам выпала честь пролить кровь первыми! Покажем же всю доблесть и отвагу первого батальона! Шагом марш!
— Уааааааа! — раздался крик ополченцев.
И баталия, отделившись от общего войска, пошла в атаку на батальон зверолюдей.
До столкновения оставалось триста метров. Аполлон дышал ровно. Но атмосфера вокруг была невообразима: яростные крики и ругань ополченцев, топот ботинок и сапог, бренчания доспехов, удары барабанов — всё слилось воедино. Двести метров до столкновения. Сто пятьдесят. Вдруг серое небо расцвело бордовым, став гнетущим как при пасмурном закате. И Аполлон увидел, как в его первый батальон с неба полетели огненные магические снаряды.
— Твою мать… — прохрипел он, вложив меч и начав одной рукой прокаст заклинания воды, чтобы поставить щит и прикрыть свою группу, но неожиданно огненные снаряды влетели в нечто неосязаемое и разорвались в воздухе.
— Повезло! — выкрикнул сержант Варлон. — Маги поддержки прикрыли наши задницы! Вперёд, третий отряд! За чужими головами!
— Баталия! Стоять! — остановил всех лейтенант.
Будучи верхом на лошади, он увидел, как из-за батальона пехоты зверян выскочила кавалерия с намерением проломить первые ряды авангарда ополченцев. Бахов сообразил сразу: «Магическая бомбардировка не удалась, и вы решили использовать её как отвлекающий манёвр? Неплохо. Правду говорили, что генерал Торан не прост…» Лейтенант тут же скомандовал:
— Пикинёры, приготовиться! Пики наизготовку!
В один миг копейщики выставили длиннющие копья перед собой, превратив авангард баталии в колючего ежа. Все затаили дыхание. Мчавшийся на лютоволке самым первым — зверянин яростно выпалил:
— Убить нефердорских собак! — будучи командиром кавалерии он понимал, что его всадники не успеют сманеврировать и избежать столкновения с пиками, а если остановятся, то лучники и арбалетчики, ожидавшие за баталией ополчения, забьют их стрелами. — Вперёд, засранцы! За Великий Лес!
— Да-а-а!!!
Аполлон буквально в замедленной съёмке наблюдал, как первый десяток всадников зверолюдей наткнулись на копья, как заорали от боли зверяне, как взвизгнули лютоволки, пробитые копейщиками, и как откуда-то из-за спины полетели стрелы в приближавшихся спереди пехотинцев зверолюдей. Казалось, получилось остановить первую волну атаки, однако, это было лишь начало. Тотчас десятки кавалеристов зверян, прорвавшись через пикинёров, хлынули в строй, сметая ополченцев.
— В атаку вашу мать! В атаку! — взорвался Бахов эмоционально до выпуклости вен на лбу.
Варлон тотчас подхватил призыв:
— Третий отряд! В клинья становись! Вперёд! За Нефердорс!
Он сам бросился на всадника и ударом снёс ему голову, вторым — рубанул клинком по пасти волка и атаковал следующего.
— Уааар! — прокричал гончар с испуганным и, при этом, воинственным лицом, встретив ворвавшегося в их строй четвёрки пехотинца. Кузнец скрестил мечи со вторым зверянином. В доспехах и с катанами, зверолюди один в один были похожи на самураев. Аполлон тоже не терялся. Да и когда? К нему с разъярённым криком мчался зверочеловек. Юноша пропустил его мощный удар катаны и коротким движением воткнул меч в глазницу.
Вжух! — у правого плеча, едва не рубанув, просвистело топорище. Следом крик ярости:
— Сдохни, нефердорская мразь! — второй пехотинец, не чураясь, атаковал юношу сбоку. На войне нет чести, правил. Всё это слали глубоко в задницу. Прав тот — кто победил.
— Сам мразь! — рыкнул на него Аполлон и, словно фехтовальщик, резким выпадом воткнул ему остриё меча в грудь, пробив нагрудник. Быстро. Мощно. Не оставив сопернику никаких шансов. Юный демон, вытащив меч, побежал вперёд. Не было никакого построения клиньями. Все тут же позабыли про это и сражались как могли.
— Ахр… — корчил лицо гончар, лёжа на снегу. Над ним пыхтел зверочеловек пытавшись перебороть его в перекрестии оружия и перерезать глотку.
Чвяк.
Зверянин, закатив глаза, рухнул на рыжего толстяка и задрыгал ногами в агонии. Перед удивлёнными глазами гончара показался Аполлон. Вынув меч из спины зверочеловека, он бросился вперёд, лишь краем уха услышав от рыжего:
— Аполлон! Я в долгу!
Отвечать юному демону было некогда. Он видел, как в десяти метрах впереди Варлон с пикинёрами, выхватившими мечи, отбивались от прибывающей пехоты зверолюдей. Каждую секунду кто-то с болью на лице падал на снег, выбывая из сражения. По их телам топтались, спотыкались, но сражение только-только набирало обороты.
— Четвёртая группа! Подтянулись! — гаркнул Варлон. — Вторая группа! На правое крыло! Ах, сука! — отбил он атаку самурая и мощной контратакой, прорезав ему доспехи как консервную банку, распорол живот.
Аполлон был из шестой группы, и пусть не было никаких команд — он сорвался на помощь сержанту. Через прорези шлема юноша внимательно зыркал и вперёд и по сторонам. Вот перед обзором предстало кричащее лицо зверочеловека. Удар мечом — лицо с кровавой бороздой и сбитым шлемом, осело. Вот мелькнул чужой клинок, приближаясь лезвием по горизонту. Подставить щит. Присесть. Воткнуть меч в пузо. Оттолкнуть зверянина. И продолжить бег.
— Р-ра-а-а-а! — раздался грозный хищный рык, как гром среди битвы.
Сбив с ног ополченцев, в строй авангарда ворвался зверочеловек в звериной форме. Серая густая шерсть, длинные жёлтые клыки и мощное туловище выше двух метров с явно выделявшимся горбом. Отдалённо он напоминал африканскую гиену. Проворную, кровожадную и лишенную жалости. Мастер ухмыльнулся и, сменив хват огромного фальшиона, бросился на новобранцев, собирая кровавую жатву.
— Это мастер! Мастер в авангарде! Нам коне-е-ец!
Завопил от страха кто-то из ополченцев. Не в чем его винить. Многие до усрачки испугались прибывшую машину для убийств.
Лейтенант Бахов, командуя в тылу батальона, сразу увидел этого мускулистого горбатого зверя.
— Господин лейтенант, позвольте атаковать мастера всем отрядом кавалерии! — обратился к нему помощник. — Если мы не остановим его, ополченцы будут перебиты!
Бахов молча смотрел на то, как мастер зверян резал солдат. Он взглянул влево и увидел, как второй батальон Нефердорса обходит их с левого фланга и мчится навстречу новой баталии зверолюдей. А это значит, что если здесь и сейчас он вместе со своей сотней кавалеристов убьёт мастера, то выжившие его батальона смогут передохнуть несколько минут, перегруппировать силы и снова влиться в сражение. Вопрос в том: хватит ли сил уничтожить мастера? Среди подчинённых Бахова, в основном, у всех был ранг
— Вперёд! — прорычал он с безумным взглядом. — Разберёмся с этим чёртовым зверянином!
Выбор сделан. Бахов сам пришпорил коня, направив вперёд.
— Дорогу блядь! Дорогу!
Пока лейтенант с кавалерией объезжали задние ряды, устремляясь в авангард, Варлон, отбившись от очередного пехотинца, выставил меч в сторону громадной гиены. Но мастеру зверолюдей не было дела до какого-то там сержанта. Он рвал и метал, уничтожая ополченцев, менял позицию и делал очередную брешь, в которую потоком вливалась его пехота.
Сержант стиснул от ярости зубы и проорал ещё громче:
— Эй, шавка! Я здесь!
— Хррр… — прорычал мастер, резко обернувшись.
В его зубастой пасти находилась голова ополченца, ноги которого так поступательно дёргались на весу, от чего напоминали беготню по воздуху. Гиена сжал челюсти — брызнула кровавая каша. После чего он сплюнул мясную мякоть и ухмыльнулся, положив свой тесак на плечо:
— Ты что-то пропищал, человечишка-ррр?!
После этих слов он, сменив хват гигантского фальшиона, сорвался вперёд.
Варлон нервно сглотнул. На стадии
Глаза Варлона в этот момент расширились: «Кто-то применил заклинание… Я спасён… Это мой шанс!!!» — в миг этих размышлений, его меч уже летел к горлу мастера-гиены.
Чвяк!
Остриё полуторника пробило гортань зверя навылет. Сержант тут же вытащил клинок и рубанул по серой шее, вогнав тот к её средине.
Гиена с застывшим взглядом чёрных глаз выронил из лапы фальшион и рухнул на колени, после чего, пытавшись что-то сказать, упал лицом в снег, украсив тот густой кровью.