Отшельник Извращённый – Попал! Том 4 (страница 66)
— Демон… — просипел Анакоджи севшим голосом. Его когда-то чёрные волосы поседели. Действующий глава ордена понимал: что сейчас с ним произойдёт…
— Проси пощады. — спокойным тоном произнёс Томи. Его спокойствие было ещё страшней, ведь он не рычал и не был в безумии… но тогда как человек в здравом уме может быть настолько ужасен и кровожаден? Гости молчали, молчали и девчонки, и гвардейцы, на одних природных инстинктах, боясь обратить гнев Томаса на себя… Весь в крови и со спокойным взглядом, он был пугающ как настоящий демон…
Анакоджи свалился на колени. Он больше не контролировал себя. Страх не перед смертью, а перед демоном проник под его кожу, забрался в голову и захватил сердце.
— Пощади… Демон… Не забирай мою душу…
— Нет.
Томас направился к нему, переступая через обезображенные трупы вепрей, по пути поднял чужой танто и остановился, достигнув сидевшего на коленях Анакоджи. Он схватил вепря за шею и подбросил высоко вверх, выставив меч к небу.
Многие отвернулись, женщины закрыли ладонями глаза. Летевший в воздухе Анакоджи даже не сопротивлялся, приземлившись грудью на клинок.
— Кх… чудови… ще… — прошипел он последние слова и обмяк всем телом.
Томас отбросил его тело на ковровую дорожку, которая итак была утоплена в крови. И прикрыл глаза — чёрный покров стал сворачиваться в воронку в районе его солнечного сплетения… Говорят, там и находилась душа человека.
— Победа… — привстал Юто, рядом с ним уже сидели Чию и Ирма, оказывая первую помощь.
— Томи-и-и-и!!! — бросились девушки к своему жениху.
— Твои раны!
— Ты весь в крови!
— Постой! Я вытру!
— Адепта пожалуйста!
Все засуетились, Томас же приставил палец к губам.
— Чщ. — и указал на маленькую Аой. — Арису, дай её мне.
Токугава с настороженностью посмотрела на стоявшего в крови Томи, но передала дочь, понимая, что он ни за что не причинит ей вреда.
— Она — умница. — улыбнулся он отцовской улыбкой. — Докричалась до сердца своего старика… хех…
Григорий, появившийся словно ниоткуда, вытер лицо Томасу белоснежным платком, словно подгадал когда проснётся маленькая госпожа.
— Па… па… — приоткрыла она глазки. — Мне снился стлашный сон…
— Всё хорошо. Папа рядом и не даст тебя в обиду.
— Холосо… — она, как маленькая птичка, пристроилась на его руках поудобнее и снова засопела…
Томи взглянул на своих пассий, перевёл взгляд на друзей, затем гостей и произнёс:
— Друзья. Я понимаю, все устали и пережили нечто незабываемое. Но что насчёт дубля два?
— Ну уж нет! — вскочил Юто и тут же заохал, схватившись за спину. — Вааай!
— Милый! — подхватила его Чию за руку.
— Тигрёнок! — поддержала его Ирма с другой стороны.
Юто, выпрямив спину, скорчил больную моську:
— Нифига, Томи! Второго дубля я не переживу! Меняйтесь уже кольцами!
— Точно!
— Согласен с толстяком! — выкрикнул юрист.
— Кто это сказал?! — бросил Юто самурайский взгляд в толпу.
Но его проигнорировали, продолжив выкрики:
— Кольца!
— Кольца! Кольца! Кольца-а-а! — заскандировала толпа.
На этом моменте регистратор появилась из-за стойки, она всё время скрывалась там, молясь всем небесным божествам, и вытащила поднос с кольцами, сохранившийся только чудом.
— П-прошу… жениха надеть невестам кольца… — с каждым словом говорила она всё уверенней.
Томи улыбнулся, стоя весь в крови, он аккуратно передал Аой стоявшему рядом Григорию. И надел невестам поочередно кольца.
— На этом… На этом! Объявляю вас мужем и жёнами!!!
Раздались радостные крики и возгласы, посыпались поздравления, и сад Романовых утонул в аплодисментах.
Эпилог