Отшельник Извращённый – Ненормальный практик 10 (страница 36)
Но к нему уже летела коса на обратный заход. Однако не срубила голову, а обмоталась у шеи. Цвяк-цвяк-цвяк! Оборот за оборотом. А сама кусаригама в конце раскрутки, воткнулась под лопатку.
Лю, видевший, что брат на грани, отбросил всё и кинулся на поехавшего имперского мальчишку сзади!
— СДОХНИ-И-И!
В этот удар было вложено всё отчаяние.
И…
Обезьяний Король в маске фантазма, даже не удосужившись обернуться, полубоком схватил его кулак одной левой. ДУМММММ! Хлопок! Взрыв энергии вокруг. А затем крик.
— А-А-А-А-А-АРРРРР! А-А-А-А-А!
Кисть китайца в мясное месиво. Он рухнул на колени и завизжал, не как мужчина, или уж тем более — воин, а как дичь на убое.
Мальчишка, не обращая на него никакого внимания, дёрнул цепь и потянул. Хэ Лао весом сейчас под полторы тонны, без ноги, бог на минуту! Как бы не сопротивлялся, всё же ополз за ним по земле, барахтаясь.
— ХХРРРРР…
— Ну чего рычишь, пёсик? Кха-ха-ха, — медовым голосом пел юный Северов, волоча его к себе, как непослушную собаку.
— КАК ТЫ СМЕЕШЬ⁈ Я… ГЕНЕРАЛ ПОДНЕБЕСНОЙ!!! ВЕЛИКИЙ ХЭ ЛАО!!! СЛЫШИШЬ⁈ Я — ХЭ ЛАО-О-О-О! — он хрипел, кровавые глаза навыкат от напряжения, целой рукой пытался оторвать удавку, но чёрная цепь жгла пальцы до костей, до бела, до пара!
— Ой, а что такое? Не нравится ошейник? Ты же собирался сделать из всех имперцев собак? Или не ты? Погоди… я снова всё перепутал⁈ АХА-ХА-ХА! Ты что? Хороший мальчик⁈ А? А? НУ! ГОВОРИ⁈ ТЫ — ХОРОШИЙ МАЛЬЧИК⁈ — Сашка издевательски смеялся. — О! ХОЧЕШЬ УВИДЕТЬ МОСКВУ⁈ ПОГОДИ-ПОГОДИ, ДРУГ! Я ПОДНИМУ ПОВЫШЕ И УВИДИШЬ! ДАЖЕ ПЕТЕРБУРГ, ЕСЛИ ПОВЕЗЁТ! АХАХАХАХАХАХАХ! ТАМ ТАКИЕ ВИДЫ, У-У-У-У-У-У-У-У!
Держа одной рукой натянутую цепь с китайцем, второй он раскрутил конец с набалдашником и метнул его к потолку купола. Вшуууууу! И малец бросил цепь, она змеёй взмыла к потолку, и оторвало тушу Лао от земли, метров на десять.
— Акххх! — захрипел подвешенный китаец, — АРРРРХ!!! — он пытался одной рукой удерживать цепь, дабы не душила, нога телепалась, с обрубка капала кровь.
— НУ⁈ МОСКВУ УВИДЕЛ⁈ ДРУГ! ДРУГ⁈ А-У-У!
— Ублюдок… имперский пёс! — выплюнул Лао, хрипя. — Китай этого не простит! Тебя будут преследовать всем царством до конца твоих жалких дней!
Тык.
Мальчишка, скалясь обезьяньей рожей, опустил свой арбалет, который только что поднял для выстрела. Чёрный болт пробил Лао лоб. Он умер. Вот только юная рука перезарядила арбалет.
Тык.
Тык.
Тык.
Тык.
Тык.
Тык.
Тык.
Болт за болтом. В плечи, в брюхо, грудь.
— Я… Я ПРОСТО ОБОЖАЮ ДИКОБРАЗОВ НА УЖИН! НЕЧЕГО НА МЕНЯ ТАК СМОТРЕТЬ КХИ-ХИ-ХИ! — довольно ржал обезьяний король, вообще не испытывающий никаких эмоций от стрельбы, да и смерти Лао. — Э-э-э, ладно, что там второй?
И повернулся к Хэ Лю.
Лю не двигался. Вообще никак. Стоя на коленях, смотрел на убитого подвешенного брата, нашпигованного болтами. А в маленьких чёрных глазках опустошение.
— Что такое? Тебе прям настолько грустно? — произнёс сочувствующе мальчишка. — ПФФФФФФФФФФФ! НУ ТЫ И РАЗМАЗНЯ!!! РАЗ-МАЗ-НЯ! ХА-ХА-ХА! ЛАДНО НЕ ПЛАЧЬ, Я ПОИГРАЮ С ТВОЕЙ ИГРУШКОЙ?
И малец взглянул золотыми угольками под купол, где всё ещё парил связанный монах-божество. Схватился голой ладонью за цепь, идущую от Лю к тому.
И с чудовищным рывком потянул. Исполинский Монах рухнул с потолка на колени пред ним. Юный Северов вогнал кулак в его грудь, чвяк.
— Свободен, падре.
И проекция рассыпалась пылью.
Блокировка Домена тут же вырубилась.
Мальчишка вразвалочку, подошёл к трясущемуся Лю. Опустил пыльный сапог ему на морду и впечатал в землю, вдавив затылок в брусчатку. Низко, очень-очень низко наклонился, пока чёрная обезьянья морда из кошмаров не оказалась в паре сантиметров от расширенных китайских глаз. И улыбнулся:
— Я тебя съем, малыш, — прошептал он с больной нежностью. — Выглядишь, конечно, как жаба. Но, сцук, аппетитная, хе-хе.
И резко вогнал кисть глубоко в грудь Лю, пробив и рёбра и внутрянку. Пальцы сжались на бьющемся сердце.
Лю забился в агонии. Затылок как в кипятке, изо рта кровь, толчками, в такт.
— Нет… подожди… брат бы не прав… ты победил! ПОБЕДИЛ! Я… не могу… умереть… — булькал он, цепляясь рукой за сапог монстра. — Я… НЕ МОГУ УМЕРЕТЬ ЗДЕСЬ!
— Можешь, поросёнок. Ты всего лишь еда…
И сжал пальцы.
Сердце разорвало. Лю моментально посерел… и кожа, и губы, белки глаз, всё разом, и обмяк. Брусчатка под ним раскрасилась расползающимся кругом крови.
Мальчишка, довольно заурчав, запрокинул страшную рожу к небу и издал рёв:
— РРРРРРРРРРРРРРРРРРРАААААААААА! ЕЩЁ-Ё-Ё! ПРИВЕДИТЕ МНЕ ЕЩЁ ЛОРДОВ!!! ЕЩЁ-ЕЩЁ-ЕЩЁ!
А затем резко умолк и повернулся. Прямо к комариному божеству, что всё ещё парило в воздухе.
— ДЖЕЕЕЕЕЕЕЕКПООООООООТ!
И Саня растворился.
Вшух!
Тут же оказался у комара, прямо башкой ударил его брюхо на лысого. Его башка оказалась внутри резервуара. И раздалось
— ГЛОТЬ-ГЛОТЬ-ГЛОТЬ! ФЛЮЮЮЮЮЮП! АААААХ! ХОРОШО-ТО КАК! АХАХАХАХАХАХАХ!
Гигантский комар верещал пронзительным писком. Сашка выпил его досуха. Раздутое брюхо сдулось со свистом проколотой шины, хитиновые лапы обвисли, и могучая эфирная тварь съёжилась в сухую шелуху. Обезьяний Король сожрал и её.
— НА ВКУС КАК КАЛЬМАР! КТО ХОЧЕТ? ТУТ ЕЩЁ НЕМНОГО ОСТАЛОСЬ! КАК ХОТИТЕ! ХИ-ХИ! — ну и дожрал остальное. При чём он выкачал не только комара, но и Лао, к которому всё это время тянулся главный хобот.
И…
Домен потерял последний источник.
Пошёл рябью, а затем потолок стал осыпаться, точь как бьются стёкла. Дзын! Звон! Эфирные фрагменты, неспешно, один за другим, опадали с неба, растворяясь в полёте, даже не долетая до земли.
Юный Северов взглянул через барьер Домена. Там тысячи людей, дрожа, смотрели на него, как на нечто ненормальное. Пугающее. Отталкивающее. Как на хищника, которого не должно априори существовать.
Его же золотые угольки в глазницах вспыхнули, при чём радостно.
— Я… Я ещё… не наохотился…
И этого хватило.
Ужас охватил всех.
— БОГ РЕЗНИ!!! — истерично заорал китаец, бросая копьё и пятясь.
— ОН СРАЗИЛ БРАТЬЕВ ХЭ!
— БЕГИТЕ!