Отшельник Извращённый – Наемник переродился на планете женщин! Или кратко: Хамелеон. Том 2 (страница 30)
Он с трудом поднял голову, когда Аида замахнулась ногой пнуть его.
Буф!
Мальчишку, как ветром сдуло. Словно тряпичная кукла он врезался в контейнер. Погнул соединявшиеся листы металла и кубарем прокатился по морозильнику, сбивая по пути замороженные туши говядины. Холод рефрижератора вместе с болью почувствовался в разы сильнее. Димка, лёжа на сбитых мясных тушах, тряхнул головой. Нащупал пальцами обмороженное копыто и взялся за него, чтобы приподняться. Аида же проходила меж висевших на крюках говяжьих бедёр, издавая низкий рык.
— Мясо… Тёплое, сочное… — она облизывалась, ещё не отойдя от вкуса мальчишеской руки.
Та была в рванных ранах, лучевидная кость раздроблена. Но пока на месте. Как и сознание Димки. Он через боль хотел усмехнуться, но только закашлялся кровью.
— Живой ещё… Мерзость, — пробасила касатка и набрала разгон, собираясь пнуть юнца так, чтобы все его внутренности превратились в фарш.
БДУФ!
Мощный, хлёсткий пинок. Димон хоть и прикрылся рукой, но почувствовал онемение по всему телу, часть костей точно сместились. Сам он полетел, как ядро из пушки, сбивая спиной туши. Пробил контейнер, пролетел через кирпичную стену соседней постройки и прокатился по танцполу ночного клуба, сшибая веселившихся посетителей.
— Эй! Что происходит⁈
— Ая-я-я-я-й! Моя нога! — визжал кто-то.
— Что за хрень⁈
— Это актёр? Представление?
Реакции от подвыпивших молодых людей были самые разные. Кто-то удивился. Другие испугались. Третьи под лёгкими наркотиками продолжали веселье. Пьяные танцовщицы исполняли нечто похожее на танец бухих куриц в высоких птичьих клетках. Блядь. Это были два парня. Ну и наряды. Им под ноги летели денежные купюры от зрелых женщин и молоденьких мажорок.
Но в следующую секунду раздался оглушающий грохот — через небольшую дыру в стене, что проделал Димон своей тушкой, влетел брошенный погрузочный кар. И придавил троих зевак. Раздался визг. Диджей взглянул по сторонам, освободив от наушника одно ухо. Люди же бросались прочь, сбивая друг друга и грубо распихивая на пути к свободе.
В разбитый проём влетела Аида. Её целый глаз, утопающий в азарте, рыскал среди толпы бегущих силуэт Димона. Странно, но его нигде не было. Запах тоже пропал. А нет, отголоски ощущаются! Касатка рванула, сшибая столики с бутылками виски и шампанского, а также не успевшими посторониться паникёров.
— Мелкое ублюдочное мясо… — низко прорычала Аида, держа в руках окровавленные шмотки Димки. — Удрал… Как, сука, смог? Как я не почуяла?
А в следующий момент её шею обхватили сзади. Крепко. Плотно. При том ногами. Мальчишка запрыгнул касатке прямо на плечи в одних трусах и закрыл замок на её бычьей шее. Его погрызанная левая рука телепалась, как тряпка, а вот правой он бил громадине в ухо штопором. Чвяк! Чвяк! Чвяк!
— Аххххрррр! — захрипела Аида. Вены на шее вздулись, будто в скрученный садовый шланг хлынул напор. Её бело-чёрная морда потемнела от натуги. Пацан силён. Этого не отнять. Вот-вот придушит её. Надо же. Как она могла попасться на такую нелепую приманку⁈ А может он спланировал всё ещё в начале боя? Нет. Точно нет. Он не тот, кто продумывает бой наперёд настолько. Скорее из тех, кто умеет пугающе быстро адаптироваться. Изменить ход битвы. И сейчас, оказавшись в хаосе убегавшей толпы ночного клуба, использовал данные условия, чтобы сделать простую приманку, всего-напросто сняв пропахнувшую своей кровью одежду. Простейшее решение, стоившее победы. Нюх Касатки, казалось бы, мощный навык, оказался её слабостью. Вернее, мальчишка сделал это. Он обернул её силу в слабость.
Под клубный фонк, Димон душил касатку, сам находясь на грани, то и дело извергая через рот шматы крови. Здоровячка же упала на колени, пытаясь сдёрнуть с себя цепкий замок его ног. Сломала пацану четыре пальца, вывернула в обратную сторону стопу, но тот терпел, лишь сжимая тиски крепче. Будто показывая, что ни за что не отпустит. Тогда Аида затуманенным взглядом посмотрела на стену. В голове промелькнула мысль — разбежаться и врезаться в неё вместе с наездником, тем самым скинув его с плеч. Только вот… сил не было.
Димон же, чувствуя что вот-вот отключится, сжал замок на шее касатки сильнее. Задушить быстро не выходило. Ладно бы у той были жабры! Но только нос! Не дышит же она через задницу! Он сейчас сам подохнет. Так кто же из них в итоге победит? В этот критический момент битвы произошло вмешательство. Щупальце с костяным наконечником воткнулось мальчишке в лопатку. На одних инстинктах он почувствовал атаку со спины и в последний момент убрал голову. Второе щупальце тоже целилось ему в затылок, но он оттолкнулся от плеч касатки и отпрыгнул в сторону.
Аида, жадно хватая воздух на четвереньках, обернулась:
— Мириам⁈
Серокожая химера с щупальцами, пошатываясь, стояла абсолютно голой, ещё и босой. Её оторванные конечности были привязаны к туловищу грибными нитями. Как и голова. Из макушки тянулись множество белых крепких ниток, что контролировали ноги и руки. Зелёные глаза полыхали злобным светом. На тонких губах со шрамами недовольное выражение боли:
— Этот птенец не должен опериться, Аида… Уничтожь его здесь и сейчас, — произнесла она хриплым голосом. — Он сделал мне слишком больно…
Димон смотрел на неё, хмуря брови. Как эта химера выжила? Что-то не так. После отрывания головы не живут. Что-то он явно не учёл в ней, но что? Как бы там ни было, сейчас не до подобных размышлений. Обстоятельства сменились. Теперь бой против двоих. Но в таком плачевном состоянии, скорее всего, сражение приведёт к его смерти. Лёгкие хоть и сплёвывали кровь, но работали на процентов десять. Кислородное голодание захватывало организм. Переломанная стопа опухла. О пальцах он, вообще, не думал. Левой рукой тоже больше не повоюешь, все резервы регенерации направлены на поддержание работы внутренних органов, что едва функционировали, поддерживая хрупкую жизнь в юном израненном теле. Чудо, что он был в сознании. Сила воли это была или же безумие, но Димон махнул им пальцами правой руки:
— Я выебу вас, ну же… — прохрипел он, как раненный лев перед гиенами, явно не собираясь сдаваться.
Мириам сказала Аиде:
— Он — гибрид… Кха-кха! — кашляла она с натугой.
— Поняла уже, — потирала та свою бычью шею. — Я атакую. Не дай ему сбежать.
— С одним условием, — ответила серокожая. — Не убивай его сразу… Хочу сделать ему больно.
— Идёт. После я сожру его.
Едва они собрались атаковать, как через главный выход, выбив двери опустевшего клуба, вбежала блондинка в красном комбинезоне. Алиса. Конечно это была она. Ей пришлось спуститься в лабораторию. Не найдя там Диму, она буквально по запаху бросилась на его поиски. Выбравшись через вентиляционную шахту, обнаружила место схватки в закусочной. Дальше дело за малым — бежать в сторону сваливавшей из ночного клуба толпы.
С ходу оценив обстановку, Пиранья подбежала к мальчишке, став плечом к плечу.
— Только попробуйте рыпнуться, твари! — зашипела она со всей злостью.
— Беги, дурочка… — тихо сказал Димка.
— Я больше не оставлю тебя. Никогда, — сказала она уверенно, не отводя взгляд от соперниц.
Вдали послышалась сирена. Явно полиция. Звук приближавшихся коптеров Корпуса Новы также разорвал ночное небо.
Обе и Аида и Мириам помнили приказ хозяйки — не встревать в конфликт с военными структурами.
Касатка развернулась и направилась к выходу.
Её тут же окликнула Мириам:
— Что ты делаешь, Аида⁈ Убей его!
Та остановилась, не оборачиваясь:
— Не успею. Ещё и со сломанной рукой. От тебя тоже мало толка, едва стоишь на ногах. Корпус Нова уже на подходе. Если
Серокожая, услышав это, хотела рвать на себе волосы! Но тех не было. Она схватила рукой своё же щупальце и прокусила чёрными зубами до крови. После прорычала:
— Ты! — смотрела она на Димку с ядовитой злобой и ненавистью. — Столько боли… Столько боли! Моли всех богинь, чтобы не встретиться мне! Убью, мразь! — и развернувшись, похрамывая словно зомби, поторопилась за касаткой.
Мальчишка, стоявший всё это время с поднятой головой до последней капли сил, как кровавый воин, рухнул на пол. Алый тусклый свет в глазах потух. Его юное тело истекало кровью. Каждая клетка горела, будто по нему без остановки ездил многотонный дорожный каток.
— Дима! — подхватила его Алиса. — Димочка! Прости! Прости меня! Сейчас! Пять минут, и мы в госпитале!
Он едва слышно прохрипел:
— Надо… валить… дурочка… домой… — и потерял сознание…
Глава 12
Склад оглашала громкая рок-музыка. Под аккомпанемент гитарных рифов и грохочущих барабанов Ребекка — женщина-ёж с острыми иглами, торчащими из массивной спины, демонстрировала недюжинную силу. Её игольчатая броня, обычно серая, сейчас отливала фиолетовым в свете неоновых ламп. С помощью своих нечеловеческих способностей она поднимала переднюю часть многотонного грузовика, отрывая тот от бетонного пола. Качалась. Её бицепсы набухали, зубастая морда скалилась в напряжении. Хотелось сбросить стресс.
В этот момент в склад вошла потрёпанная Аида. Вода стекала с её блестящей чёрной кожи, оставляя за ней мокрый след. Один глаз закрыт. Второй источал не привычное спокойствие, а тьму и тревогу. Не говоря ни слова, она подошла к магнитофону и резко убавила звук.