Отшельник Извращённый – Моя жизнь хикикомори. Том 1: Весна в старшей школе Сейрин (страница 5)
Горячая вода наконец-то начала смывать напряжение этого безумного дня. Хотя, кого я обманываю — скорее всего, это только начало. С моим-то везением…
Ещё один безумный день в школе подходил к концу. Накамура Рин брела домой, чувствуя себя так, будто пробежала марафон в свинцовых ботинках. Нет, серьёзно — кто сказал, что быть учителем биологии легко? Попробовали бы сами объяснить митоз тридцати подросткам, половина из которых думает только о своих телефонах!
Когда она наконец добралась до квартиры, то скинула туфли с таким облегчением, будто избавилась от пытки. Из кухни уже доносился умопомрачительный аромат стряпни Аяко-сан — её бабушки и по совместительству главного эксперта по всем жизненным вопросам.
— Ты сегодня поздно, Рин-чан, — улыбнулась Аяко, колдуя над кастрюлькой с рисом.
Рин рухнула на стул как подкошенная:
— Просто эта работа… она как чёрная дыра! Засасывает всё время, все силы. Какая уж тут личная жизнь, когда я дома только ночую, и то не всегда.
— Главное не перегори, милая, — бабушка поставила перед ней тарелку с рисом и овощами. — Здоровье важнее всех этих бумажек.
— Попробуй не перегореть, когда приходится готовиться к урокам как к защите диссертации! — фыркнула Рин, гоняя рис по тарелке. — И всё из-за одного… одного…
— Неужели такой сложный ученик? — Аяко присела напротив, явно заинтригованная.
— Он просто невозможный! То про клеточные циклы спрашивает, то про регуляцию генов! Я уже половину университетских учебников перелопатила! А он всё не унимается, как будто я какой-то профессор биологии, а не обычная училка!
Аяко хитро прищурилась:
— А может, мальчик просто хочет произвести впечатление? Знаешь же, как они любят покрасоваться перед девчонками.
— Бабуль! — Рин чуть не подавилась рисом. — Ты что! Он же типичный ботаник-одиночка. Вечно один сидит, в книжку уткнувшись. И вообще, на других предметах он тихий как мышь. Только на биологии и выпендривается, зараза!
Аяко расхохоталась так, что чай едва не расплескала:
— О-хо-хо! Так может, он перед определённым учителем старается? М-м-м?
— Чего⁈ — Рин вытаращилась на бабушку. — Ты с ума сошла⁈ Я же его учительница! Какие тут могут быть… Нет, просто нет! Он просто малолетний выпендрёжник!
— Ох уж эти современные школьники, — улыбнулась Аяко. — Но ты там приглядись к своему «ботанику». Я эти взгляды за километр чую!
— Та-а-ак, — Рин замахала руками как ветряная мельница, — давай сменим тему! Лучше расскажи, как твой ревматизм?
Бабушка понятливо кивнула и начала рассказывать про свои хвори, а Рин слушала вполуха, пытаясь выкинуть из головы дурацкие мысли. Нет, ну правда — не мог же Ямагути… Да ну нет! Бред какой-то! Они же учитель и ученик! Какие тут могут быть…
«Так, стоп!» — одёрнула она себя. — «Совсем с этими уроками крыша поехала. Надо выспаться, а то ещё немного — и начну искать тайный смысл в вопросах про митоз!»
Но червячок сомнения уже проник в её мысли.
Идиотские ток-шоу на экране телевизора сливались в один бессмысленный поток. Харука сидела в гостиной, бездумно щёлкая каналы и пытаясь заглушить доносящиеся из родительской спальни крики. Очередной семейный скандал — ну просто прекрасное завершение и без того паршивого дня.
«Боже, как же я облажалась,» — крутилось в её голове. — «И угораздило же вляпаться в эту историю с Ямагути!»
Телефон завибрировал, высвечивая имя «Мияко». Ну конечно. Кто же ещё будет звонить в такое время, если не лучшая подруга, жаждущая сочных подробностей очередного школьного скандала?
— Алло, — вздохнула Харука.
— Я ВООБЩЕ-ТО УЗНАТЬ ХОТЕЛА, КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТВОРИШЬ⁈ — раздался в трубке возмущённый вопль. — Это что за цирк был сегодня у школы⁈ Почему меня не позвала поржать над этим лошком Ямагути⁈
Харука поморщилась. Ну вот, теперь ещё и перед Мияко придётся оправдываться.
— Слушай, я сама не в восторге от этой хрени, — пробормотала она. — Просто Кенджи меня типа подставил. Сказал, что если я не признаюсь в любви Ямагути, он всем покажет то видео с вечеринки. Ну, где я… сама знаешь.
— ЧЕГО⁈ — Мияко, казалось, была готова взорваться. — Да как этот урод смеет⁈ Ты же его девушка! Какого хрена ты должна унижаться перед каким-то задротом⁈
— Тише ты! — шикнула Харука, бросив нервный взгляд на дверь. Только родительских разборок по этому поводу не хватало. — Выбора особо не было. Или я разыгрываю влюблённую дурочку, или все увидят, как я танцую на столе в одном лифчике. Прикинь расклад?
— Вот говнюк! — выдохнула Мияко. — И что, теперь этот патлатый хмырь думает, что ты по нему сохнешь? Фу, мерзость какая!
— Да уж, — Харука рассматривала свой идеальный маникюр. — Только знаешь, что самое стрёмное? Он даже не повёлся. Представляешь? Взял и отшил меня! МЕНЯ!
— В смысле «не повёлся»? — Мияко явно была в шоке. — Ты же первая красотка школы! За тобой половина парней бегает!
— Ну значит, Ямагути не из этой половины, — фыркнула Харука. — Строит из себя типа особенного. «Мы из разных миров», «не хочу портить твою репутацию»… Бесит! Я б его придушила!
— Воу-воу, полегче, подруга! — в голосе Мияко появились насмешливые нотки. — Чёт ты слишком завелась. Неуж-то запала на задрота?
— Иди в задницу! — щёки Харуки вспыхнули. — Просто бесит, что он такой… Принц недоделанный! Ладно, забей. Главное, что я свою часть сделки выполнила. Пусть Кенджи теперь отвалит.
— Смотри, — протянула Мияко с сомнением. — Что-то мне подсказывает, это ещё не конец. Кенджи так просто не успокоится.
— Да куда уж хуже? — нервно хохотнула Харука. — Разве что замуж за Ямагути заставит выйти. Всё, мне пора. Родители что-то затихли, как бы не припёрлись с допросом.
После звонка она со стоном рухнула на диван. День превратился в полный трэш. Мало того, что опозорилась на всю школу, так ещё и этот Ямагути. Какого чёрта он вообще такой? Ходит весь такой умный, на контакт не идёт.
И ведь что самое противное — он реально неподступный. В смысле, все остальные парни перед ней на задних лапках ползают, а этот — нет. Прям вызов какой-то.
«Так, стоп!» — Харука аж помотала головой. — «Ты чего удумала, дура⁈ Втрескаться в этого унылого задрота? Совсем крыша поехала!»
Она решительно поднялась и направилась в ванную. Надо смыть с себя этот дурацкий день. И выкинуть из головы все мысли о Ямагути и его чёртовых снисходительных взглядах.
Сволочь. Аж бесит!
Глава 4
«ТВОЮ ЯПОНСКУЮ МАТЬ!» — это была первая мысль, когда я открыл глаза и увидел время на часах. 8:15. Просто прекрасно. После вчерашнего цирка с «признанием» и звонка отца-идиота я, видите ли, решил позалипать «ещё часок» и вырубился в четыре утра. Гениально, Казума. Просто гениально.
А ведь первым уроком биология! То есть Рин-сенсей. То есть единственная причина, по которой я вообще хожу в эту школу. И я опаздываю. Я. Опаздываю. На биологию. Вселенная, ты серьёзно⁈
Натягивая форму, которая, конечно же, оказалась вывернута наизнанку, потому что когда у меня что-то шло по плану, я мысленно составлял список оправданий. «Понимаете, Рин-сенсей, меня похитили инопланетяне»? Нет, слишком банально. «Я спасал котёнка с дерева»? Ещё хуже — она же знает, что я социофоб и не общаюсь ни с людьми, ни с животными.
Онигири отправился в рот одним махом. Запил остывшим чаем прямо из чайника — какие уж тут церемонии, когда до звонка двенадцать минут⁈
Выскочив на улицу, я включил режим Флэша. Хотя нет, какой там Флэш — даже Соник бы позавидовал моей скорости! Ещё бы, когда на кону возможность увидеть Рин, то есть, не пропустить важный урок биологии! Да, именно это я имел в виду.
И тут у школьных ворот я увидел ЭТО. Азуми. Моя персональная заноза в одном месте, которое я не буду называть из уважения к приличиям. Стоит, скрестив руки, как какой-нибудь финальный босс из РПГ. И взгляд точно, как в аниме рисуют лазерные лучи из глаз! Вот примерно так она на меня и смотрела.
— Ямагути, стоять! — рявкнула она, когда я попытался проскользнуть мимо. — Ты охренел меня игнорить⁈
«Нет, я охренел опаздывать на биологию,» — подумал я, но вслух сказал максимально невинным тоном:
— О, Такахаши-сан! Какое чудесное утро! А что ты вчера говорила? Прости, склероз, понимаешь. В моём возрасте это нормально.
Она покраснела так, что могла бы заменить собой все светофоры в районе. Честное слово, если бы существовала олимпиада по испусканию ауры ярости, Азуми взяла бы золото.
— Ах ты… ах ты, клоп! — она задыхалась от злости, как персонаж из какого-нибудь третьесортного сёнэна. — Совсем борзый стал, да⁈ Думаешь, если мозги есть, так всё можно⁈
Я тяжело вздохнул, поглядывая на часы. 8:28. Просто шикарно. То есть пока эта фурия будет изливать на меня свой праведный гнев, я благополучно пропущу начало урока. И что тогда? Рин-сенсей меня четвертует? Или оставит после уроков? Хм-м. Стоп, извращенец Казума! Ты же не герой эро-гарема!
— Слушай, Азуми, — начал я максимально дипломатично, — может, ты выдашь краткую версию своей тирады? На часах уже 8:28, а мне ещё надо добежать до класса. Сама понимаешь, Накамура-сенсей не любит опозданий. Она у нас дама строгая, хоть и красив… кхм, в смысле, требовательная к дисциплине.
Азуми скрестила руки на груди, приняв позу типичной цундере:
— Ямагути, ты головой не ударялся? С чего это я должна подстраиваться под твоё расписание? Я, между прочим, тоже не фанат опозданий!