Отшельник Извращённый – Моя жизнь хикикомори. Том 1: Весна в старшей школе Сейрин (страница 40)
Креативного консультанта? СЕРЬЁЗНО? Может, мне ещё пошутить про картонные звёзды⁈
Но Рин неожиданно улыбнулась:
— Знаешь, а ведь когда-то я тоже участвовала в школьном спектакле.
— Правда? — я старался, чтобы голос звучал нормально. — И кого играли?
— Джульетту, — она мечтательно прислонилась к стене. — Представляешь? Я тогда так волновалась…
И вот мы стоим в пустом коридоре, я в этом дурацком берете, она — такая красивая в своём строгом костюме, и говорим о школьных спектаклях, будто не было ни той сцены с признанием, ни сегодняшнего инцидента со звездой.
И что самое странное. Это было нормально. Просто разговор учителя и ученика. Без драмы, без сердечного трепета.
Может, я действительно начинаю выздоравливать?
А потом из-за угла донеслись голоса Харуки и Мияко, и я понял, что мне срочно нужно проверить клей. Очень срочно. Прямо сейчас. Я же креативный консультант. У меня очень важная работа!
…
Остаток дня прошёл в беготне. Я носился между декорациями, раздавая указания направо и налево, как какой-нибудь генерал перед решающей битвой. Честное слово, даже в Дарк Соулс боссы не требовали такой концентрации!
Азуми продолжала отпускать шуточки про мои «героические подвиги», но я был слишком занят, чтобы огрызаться. Кто бы мог подумать, что управлять бандой энтузиастов-декораторов сложнее, чем проходить игры на максимальной сложности⁈
Харука и Кенджи наконец-то отрепетировали сцену признания без запинок — видимо, мой «акробатический этюд» со звездой вдохновил их на новые актёрские свершения. Мияко периодически появлялась в дверях, одаривая меня загадочными улыбками, от которых почему-то начинали гореть уши. Вот что ей нужно-то, а⁈ Рин-сенсей… ну, она была просто Рин-сенсей — профессиональная, собранная, и только лёгкий румянец выдавал, что наш с ней инцидент не прошёл бесследно.
К вечеру я был вымотан так, словно пробежал марафон в костюме картонной колонны. Колонны. КОЛОННЫ! Везде эти колонны! Даже Юкино, увидев моё состояние, не стала отпускать привычные колкости — только молча поставила передо мной тарелку с рисом и яйцом.
— Не слушай никого, — пробормотал я, еле ворочая языком. — Ты не такая уж и злая Снежная Королева.
— Заткнись и ешь, — фыркнула она, но в её голосе явно проскользнуло что-то похожее на заботу. — Свалишься завтра прямо на сцене — лично прибью.
Я даже не нашёл в себе сил съязвить в ответ.
Добравшись до кровати, рухнул на неё прямо в одежде. Завтра фестиваль. Завтра всё должно быть идеально. Мои декорации не подведут, даже если небо упадёт на землю. Хотя, учитывая сегодняшний случай со звездой, лучше не искушать судьбу такими метафорами. И отключился. Кажется, впервые за долгое время мне не снилось ничего драматичного — ни падающих звёзд, ни розововолосых фей, ни учительниц биологии с грустными глазами.
Просто спокойный, глубокий сон. Как награда за все сегодняшние приключения…
Глава 19
Интерлюдия
Солнце золотило верхушки пышных деревьев, когда группа девушек направлялась к школе. Без учебников в сумках было непривычно легко — сегодня их ждал только фестиваль.
— Я так волнуюсь! — Момо практически подпрыгивала на ходу. — Особенно за второй день! Представляете — школьные танцы!
— О, да! — подхватила Саюри, мечтательно закатывая глаза. — Харука-чан, тебе так повезло! Танцевать с Кенджи-куном! Он же такой красавчик!
— Точно-точно! — поддержала Момо. — Школьный принц и принцесса! Такая идеальная пара!
Харука слабо улыбнулась, сжимая ремешок сумочки. Идеальная пара? Почему же тогда при мысли о танцах с Кенджи внутри только пустота?
— Да ладно вам, — Мияко шла чуть позади, напевая приставучий мотивчик. — Они и правда отличная пара. Кенджи-кун такой… целеустремлённый.
В её голосе проскользнула едва заметная ирония, которую уловила только Харука. Она бросила быстрый взгляд на подругу, но та уже разглядывала облака с самым невинным видом.
— А вы видели вчера? — вдруг оживилась Саюри. — Как Ямагути спас Накамуру-сенсей? Это было так круто! Прямо как в кино!
Харука вздрогнула, а пальцы сильнее стиснули ремешок.
— Да, ваш тихоня-Ямагути оказался неожиданно ловким, — протянула Мияко с загадочной улыбкой. — Кто бы мог подумать.
— Девочки! — окликнула их Азуми, нагоняя группу. — Обсуждаете грядущее? Кстати, Харука, ты сегодня какая-то бледная. От волнения перед выступлением? Или есть другие причины?
— Да нет, — Харука отвернулась, делая вид, что поправляет причёску.
Мияко наблюдала за ней всё с большим интересом: «Ох, Казума-кун, ты ведь даже не подозреваешь, какую бурю вчера поднял своим спасением Рин-сенсей. Теперь всё станет ещё сложнее, глупый-глупый хикка.»
— Ладно, девчонки, — Момо хлопнула в ладоши, — нам пора спешить! Нужно же ещё успеть переодеться!
Они ускорили шаг, продолжая болтать о предстоящем фестивале. Только Харука шла молча, погружённая в свои мысли.
«Почему? — крутилось у неё в голове. — Почему, когда все говорят о танцах с Кенджи, я вспоминаю совсем другие глаза?»
И почему от этого так больно.
…
Рин стояла перед зеркалом в учительской, машинально поправляя причёску. Сегодня на ней был новый костюм — тёмно-серый, строгий, но элегантный. Хотя какая разница, как она выглядит? Она же просто руководитель постановки.
«И почему так волнуюсь?» — она одёрнула пиджак, пытаясь отогнать непрошеные мысли.
В памяти против воли всплыл вчерашний момент — сильные руки, бережно защищающие её, тепло его тела, такое неожиданное и… правильное? Рин тряхнула головой, прогоняя наваждение.
— Накамура-сенсей! — в учительскую влетела запыханная староста. — Там костюмеры просят вас подойти! Что-то с париком Призрака!
— Уже иду, — Рин подхватила папку с заметками.
По коридорам сновали ученики в костюмах, кто-то тащил декорации, кто-то повторял роль. Обычная предфестивальная суета. Но сегодня всё казалось каким-то особенным, наэлектризованным.
«И всё же, — подумала Рин, сворачивая к актовому залу, — как он умудрился так быстро оказаться рядом? Ведь был в другом конце зала…»
В памяти снова вспыхнул момент — его встревоженный крик «Берегись!», от которого что-то ёкнуло в груди. Его взгляд — такой решительный, совсем не похожий на обычный взгляд застенчивого ученика…
— Рин-чан! — окликнула её Кирихара-сенсей. — Ты в порядке? После вчерашнего…
— Да-да, всё хорошо, — Рин улыбнулась немного натянуто. — Просто много дел с фестивалем.
— О, кстати! — Кирихара понизила голос. — А правда, что Ямагути-кун…
— Да. Извини, меня ждут костюмеры, что-то случилось с париком, — перебила её Рин и поспешила дальше.
Сердце предательски забилось быстрее. Вчера, когда они случайно столкнулись в коридоре, он был таким спокойным. Рассказывал что-то про свои обязанности «креативного консультанта», шутил. Словно между ними не было той неловкости, той недосказанности.
«Он больше не тот мальчик, который краснел от каждого моего взгляда.»
От этой мысли стало немного грустно.
За дверьми актового зала раздался грохот и чей-то возглас:
— Где Ямагути, там опять колонна!
— А, нет! Показалось! Отбой!
Рин невольно улыбнулась. Что ж, пора возвращаться к работе. Как бы там ни было, она профессионал. И никакие воспоминания о тёплых руках и встревоженных глазах не должны этому мешать. Даже если эти воспоминания согревают сердце.
Я шёл в школу, насвистывая очередной прилипчивый опенинг. И конечно же, на повороте к школьным воротам чуть не врезался в Мияко.
— Какая неожиданная встреча! — она улыбнулась своей фирменной улыбкой. — Прямо как в той романтической манге, где главные герои постоянно…
— Эй, это моя фишка — сравнивать всё с мангой! — я наиграно нахмурился. — Нарушение авторских прав, между прочим.
— Ой, прости-прости, — она захихикала. — Забыла, кто у нас тут главный эксперт по аниме и манге. Сенсей, не накажете строго? Шучу! — и умчалась.
«Что это, нафиг, было, — подумал я, глядя как она упорхнула к подругам, — такое чувство, что эти „случайные“ встречи становятся всё менее случайными. Может, она использует какое-то секретное дзюцу преследования? Или снова хочет отомстить? Жуть.»
В шкафчике для обуви меня ждал очередной белый конверт. Уже привычным движением потянулся отложить его к остальным, но что-то заставило меня задержать на нём взгляд. Аккуратный почерк, лёгкий аромат чего-то цветочного.
А ведь кто-то действительно старается. Каждый день пишет эти письма, вкладывает в них душу, а я просто складирую их как макулатуру.