Отис Клайн – Герой Марса (страница 61)
— Откуда ты знаешь, что магнитное поле сработает?
— Анализ обломков лунных снарядов показал большое содержание стали. Мы разделили страну на пятьдесят зон, и в каждой зоне будет установлен мощный электромагнит. Мы поставили магнитные вышки в самых безлюдных районах и предупредили всех об опасности, так что остается лишь сделать поле достаточно мощным, чтобы оно притянуло снаряды, а уж с этим мы легко справимся — в нашем распоряжении неограниченные средства. Энергетические станции расположены на достаточном расстоянии от вышек, взрывом их не повредит, а если какая-нибудь вышка и будет уничтожена, мы заменим ее в два счета.
— Ну и голова у тебя, Тед! А как насчет азиатов? Выяснили что-нибудь?
— Ничего определенного. Пока что мы сидим тихо и держим рот на замке. Профессор Эдерсон наверняка сумеет проверить переводы доктора Ву. Если азиаты не обманули нас, времени еще достаточно, чтобы объяснить им принцип нашей защиты.
Профессор Эдерсон появился только к вечеру следующего дня. Роджер встретил его и немедленно проводил в кабинет Теда. Это был невысокий высохший человечек с седеющей бородкой «а-ля Ван Дейк», тонким орлиным носом и большими очками. Толстые выпуклые линзы делали его похожим на сову.
— Я изучал перевод доктора Ву, пока Бивенс, ваш замечательный пилот, вез меня сюда, — сообщил профессор, как только они обменялись приветствиями. — По-моему, перевод весьма точен.
— А как насчет послания, которое он перевел для меня? — спросил Тед.
— Ей-богу, никак не могу взять в толк, отчего это вы написали его в таком воинственном тоне.
— Воинственном? Что вы огам хотите сказать?
Тед поспешно протянул профессору текст послания, которое доктор Ву должен был перевести на язык лунян.
Эдерсон пробежал текст глазами, недоумевая все больше с каждым новым словом.
— Да ведь это же вовсе не то послание, которое я по вашей просьбе переводил!
— Покажите мне ваш перевод! — потребовал Тед. Профессор извлек из внутреннего кармана пиджака пачку бумаг, порылся в ней и протянул листок Теду. Тед прочел вслух:
— Фью-у! — присвистнул Роджер. — Не удивительно, что девушка и старик пришли в такой ужас.
— И не удивительно, что напыщенный и воинственный Пань Ку так презрительно ухмылялся, — добавил Тед. — Похоже, мы здорово влипли.
— Что, если профессор Эдерсон составит новое послание? — предложил Роджер. — Пускай он все объяснит и постарается уладить дело.
— Попробуем, — ответил Тед, — но что-то мне мешает надеяться на хороший результат.
— Прежде чем мы напишем черновик послания, — сказал профессор, — я хотел бы сообщить вам еще о двух событиях. Первое: в Пекине недавно построена гигантская радиостанция. Второе: хотя Китай сообщил о разрушении Хобра и прилежащих городов, я сам пролетал над Хобром и его окрестностями и не видел никаких следов разрушения.
— Профессор Фаулер наблюдал на Луне только пять вспышек, — заметил Тед, — и мы точно знаем о взрыве пяти снарядов. Разрушение Хобра означало бы шестой снаряд, который покинул Луну безо всякой вспышки. По-моему, все ясно, как дважды два. Есть только одна причина, почему доктор Ву исказил наше мирное послание и почему правительство Китая солгало о бомбардировке Хобра.
— И что же это за причина? — спросил Эдерсон.
— Между китайскими роялистами и императором Пань Ку намечен — а сейчас уже, быть может, и заключен — секретный союз.
— Именно так полагал и я, — сказал профессор. — Китайцы и родственные им народы почитают своих предков, почти обожествляют их. Не удивительно, что они испытывают почтение к живому представителю их легендарного предка Пань Ку и встали на его сторону. Господи, да это было просто неизбежно!
— И ужасно, — удрученно добавил Тед. — Объединенный мир мог бы запросто справиться с сотней Лун, но у мира раздробленного нет никаких шансов. И все это, черт побери, моя вина!
— Тысячи искр падают, не причиняя вреда, но одна из них зажигает большой пожар, — заметил профессор. — Ни один человек на Земле не мог бы предвидеть отдаленных последствий вашей внешне безвредной искорки, так что вы не можете быть за это морально ответственны.
— Я и сам себе так говорил, — отвечал Тед, — да только утешение все равно маленькое. Мне остается только пожертвовать своей жизнью, чтобы уладить этот конфликт. У меня есть один план, но сейчас я предпочитаю не говорить о нем.
— Надеюсь, вы не такой глупец, чтобы рисковать собой? — обеспокоенно спросил профессор. — Сейчас вы нужны миру, как никто другой. У нас тысячи ученых, но Тед Дастин — только один.
— Причем он — самое большое бедствие для Земли за все годы ее существования, — проворчал Тед. — Ну ладно, займемся текстом послания.
Через полчаса был готов устроивший всех вариант послания имперскому правительству Пань Ку. Еще час с небольшим ушел у профессора на то, чтобы перевести послание на язык лунян. Затем все передающие станции Земли вышли из эфира, и трое мужчин поднялись в гигантскую радиостанцию.
Пока профессор устанавливал текст на подставке перед экраном, Тед занялся настройкой, а Роджер включил запись.
Их первые попытки вроде бы увенчались успехом: послышался слабый звук женского голоса, и на экране появилось смутное изображение той самой девушки, которую они уже видели прежде. Однако изображение, едва мелькнув, исчезло с экрана, и с той минуты и до раннего утра уставшие люди уже не могли добиться ничего, кроме полной черноты и слабого рокота, напоминавшего отдаленные раскаты грома.
— Похоже, Пань Ку разорвал дипломатические отношения с Землей, — заметил Роджер, поднимаясь со своего места и с наслаждением потягиваясь.
— Боюсь, что вы правы, — отозвался профессор и придвинул подставку к спинке стула.
— Будем продолжать, — решил Тед. — Может, луняне прислушаются к голосу разума, если нам удастся передать послание.
Они продолжали свои попытки на следующую ночь и еще почти две недели подряд. Результат был один и тот же — чернота и отдаленный рокот. Даже изображение девушки не появлялось дольше чем на долю секунды.
Когда все усилия последней ночи оказались бесплодными, Тед выключил передатчик и поднялся с выражением угрюмой решимости на лице.
— Что же, — сказал он, — война неизбежна, если Пань Ку не получит нашего послания. Нам нужно еще как минимум две недели, чтобы завершить большой космический корабль. К этому времени война уже, несомненно, будет в самом разгаре.
— Что же вы предлагаете? — спросил профессор.
— Я доставлю послание лично, — ответил Тед.
— Как? — хором воскликнули его изумленные собеседники.
— Идите за мной, и я покажу вам как. Но не забудьте — вы должны сохранять полную секретность.
Глава 7
ОПАСНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
Через боковую дверь Тед вывел Роджера и профессора на крышу, залитую лунным светом. Охранник резко окликнул их, но, узнав хозяина, почтительно отдал честь.
Они прошли мимо ангаров с вертолетами. То и дело охранники окликали их и при виде Теда отдавали честь.
Наконец они подошли к ангару странной формы, построенному из листовой стали. Вынув ключ из кармана, Тед отпер массивную дверь. Когда спутники вслед за ним вошли в ангар, он прикрыл дверь и включил свет.
— Вот и мой секрет, — сказал он. — Ну разве не прелесть?
— Еще какая! — воскликнул Роджер, с восхищением разглядывая капсулу из серебристого металла, шестнадцати футов длиной, с изящными обводами. Капсула по форме напоминала эскимосский каяк, но этот «каяк» имел башенку, которая выступала над корпусом и под ним. Башенка была сделана из стекла, обрамленного тем же серебристым металлом, и внутри ее виднелось мягкое, с высокой спинкой кресло, а перед ним — пульт с какими-то кнопками и рычажками. Из верхней части башенки торчали во все стороны четыре трубки, каждая из которых заканчивалась стеклянной линзой. Так же была оборудована и нижняя часть башенки. Сам корпус был снабжен четырьмя прожекторами, которые могли светить во всех направлениях.
Тед открыл тяжелую двойную дверь, расположенную в верхней части башенки, и сказал:
— Можете осмотреть капсулу, пока я надену скафандр.
— Ты мне ни о чем подобном не говорил, — упрекнул его Роджер, вместе с профессором восхищенно осматривая уютную кабину.
Молодой инженер только рассмеялся. Открыв шкафчик, он извлек оттуда скафандр и шлем.
— Хотел устроить тебе сюрприз, — сказал он, забираясь в скафандр и застегивая его. — Кроме того, у тебя и так дел было по горло.
— Но для чего предназначен этот аппарат? — спросил профессор, все еще разглядывая кабину. — Не хотите же вы сказать, что он способен летать.
— Так оно и есть, — отвечал Тед, — хотя это будет первый его полет.
— Но каким образом он сможет летать? — не отставал профессор.
— Атомотор, — кратко ответил Тед, прикрепляя шлем к подобию ранца. — Капсула полетит к Луне так же, как полетел и мой снаряд, только медленнее, потому что я не собираюсь выстреливать самого себя из пушки.