Остин Бейли – Одинокий король (страница 34)

– Я не собираюсь убегать от сражения, как какая-то хрупкая дамочка, – прорычала Тесса. – Я пришла, чтобы сражаться, и теперь я тоже член Круга, Саймон. Как и ты.

Она развернула свою дубинку, которая сразу же загорелась жёлтым огнём. Тем же огнём, который когда-то окружал меч Хоука. Я тут же понял, что он мёртв. Чудовище из слёз и сожаления пробудилось в моей груди, но я заставил его угомониться.

– Вообще-то теперь я лидер Круга Восьми, – сказал я, – поэтому хотя бы раз в жизни ты должна послушаться меня, но мы не станем на этом останавливаться…

– Теперь ты один из древних магов, – сказала Тайк. Это был не вопрос. Она почти ничего не пропустила. – Мои люди рассказывают истории о том, как сражаются великие маги. Они могут наделять своей силой других героев. Рыцари серебряного света. – Тайк вопросительно подняла бровь.

– Хочешь, чтобы я сделал Тессу своим паладином? – Я засмеялся, но тут же замолчал. – Вообще-то, это хорошая идея. Тесса, я дам тебе часть своей силы, и ты спустишься вниз и присоединишься к битве. Им нужно подкрепление.

– Но…

– Нет времени на объяснения. Поверь мне, ты скоро сама всё увидишь. Ни о чём не беспокойся. Ты будешь самой сильной среди них, и ты им понадобишься. Но я должен поцеловать тебя, чтобы передать тебе свою силу. Прости.

Не успела Тесса возразить, как я чмокнул её в щёку[144]. Её кожа приобрела светящийся серебряный оттенок, как будто засветилась изнутри. Потом свет распространился по всему телу, как солнечная корона. Сияющий ореол затвердел и превратился в блестящие серебряные доспехи, и Тесса стала мощнее и выше ростом. Её дубинка тоже увеличилась в размере, а в другой руке, облачённой в серебряную рукавицу, появился щит из штормовой воды того же оттенка, что и её голубой глаз. Тесса издала оглушительный боевой клич, упиваясь восторгом и силой, которой наполнила её моя магия.

– Рыцарь Круга! – крикнул я, подбадривая Тессу. – Освободи Скеллигард! – Я подтолкнул её, и она помчалась к центру города, как комета из ртути.

Ледяная стена у меня за спиной разбилась, и я снова повёл Пух через град ядер и чёрных молний, приближаясь к нашему врагу. Пух выпустила в пропастника очередной заряд копий из древощупалец, и я направил их ему в лицо, но на этот раз пропастник подготовился, и ему удалось увернуться и сжечь копья молнией.

– У нас нет на это времени! – проворчала Тайк. Она не сводила глаз с Рона, который собрал над Скеллигардом огромную массу кружащихся грозовых туч. Их изнанка превращалась в светящийся красный вихрь прямо над школой. – Избавься от него, чтобы мы могли заняться настоящей угрозой!

– И как, по-твоему, я это сделаю? Это не так просто, как кажется.

И тут в моей голове пророкотал голос, древний, как сама земля.

– ТАРАН.

Тайк упала на спину, и я понял, что голос прозвучал и у неё в голове.

– Ты не таран, – спокойно сказал я и погладил Пух по голове. – И ты не выживешь, если сунешь голову в бездну.

– ТАРАН!

Я искоса взглянул на Тайк, и она чуть заметно кивнула.

– Если другого способа нет, это будет благородная смерть.

Я посмотрел на пропастника, пытаясь найти другой выход, но тут из вихря у меня за спиной раздались вопли. Светящаяся красная пасть тучи-воронки открылась, и оттуда полилась лава. В городе сразу же раскрылись магические щиты, образуя купол. Лава хлынула на него, быстро стекая на землю. Маги не смогут долго удерживать щит, особенно если их начнут атаковать с земли. Я увидел, как один ряд щитов прорвался, и несколько тонн расплавленного камня хлынули на улицы.

– Ладно, – сказал я. – Вперёд, Пух! – Я схватил Тайк и отпрыгнул назад. Мы приземлились на платформе из твёрдого воздуха, и я во весь опор понёсся к пропастнику.

Теперь я увеличил Пух в три раза. Пропастник попытался оттолкнуть её в сторону, но такую огромную массу, летящую на большой скорости, невозможно остановить даже ядрами и чёрной молнией. Прежде чем Пух достигла пропастника, большая часть её тела исчезла. В её широкой голове открылся гигантский рот, которого никогда не видел ни один человек, и пропастника встретил лес акульих зубов. Она ударила врага массивными плечами и головой, столкнув его обратно в бездну. Пропасть сомкнулась над ней, как сама смерть, и Пух, которая наконец отдала всю себя Скеллигарду, упала в звёздное море. Она больше никогда не вернётся, но её всегда будут помнить.

Когда пропастник умер, Рон наконец-то отвлёкся от города и сделал меня своей новой мишенью. Туча-воронка замедлила вращение. Внезапно его голос начал раздаваться повсюду, пронзая каждый квадратный дюйм ночи от самых тёмных подземелий Скеллигарда до ветра в небе.

– БРОСЬТЕ ИХ! ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ КО МНЕ! КО МНЕ!

Заслышав его голос, тени взлетели в небо верхом на кошмарных лошадях и помчались к Рону. Он злобно посмотрел на меня и согнулся пополам в невидимой битве с землёй.

– Что он делает? – спросила Тайк. Я услышал в её голосе беспокойство.

– Ничего хорошего. – Рон потянулся к морю, а я потянулся к небу. Внизу начала пениться и вскипать вода. Из моря поднялась огромная волна и ударила в стены города, а глубинные пласты земли начали смещаться. По моей команде грозовая туча Рона полетела ко мне. Она рассеялась по небу, и её пронзили горизонтальные молнии. Созванные Роном тени собирались вокруг него, образуя защитную орбиту, и бешено вращались, чтобы прикрыть его со всех сторон. Тени защищали Рона своими телами и клинками, а из города в них летели лучи света и огонь.

Вода внизу начала кружиться и плясать. Грозовые тучи гудели, как приближающийся поезд.

– Не дай ему собрать всю армию! – крикнула Тайк.

– Я немного занят!

Раздался оглушительный грохот. Мы услышали его глубоко внутри, как будто у наших костей и внутренностей были уши.

– Да спасёт нас судьба, – прошептала Тайк, и из моря вырвалась гора, вызванная из небытия Роном, которому удалось сместить тектонические плиты под поверхностью океана. Скеллигард накренился, а гора продолжала подниматься. Её вершина раскрылась, как зияющая пасть, и понеслась из волн прямо на меня, подобно глубоководному чудовищу.

Тучи вспыхнули белым пламенем, превращая ночь в день. Молния потекла прямо мне в руки и прошла через всё моё существо, пронзив открытую пасть поднимающейся горы – электрический столб шириной в четверть мили. Гора взорвалась, осыпая всё вокруг шрапнелью, пылью и оглашая окрестности яростным рёвом.

Рон был вне себя от злости, глядя, как созданное его волей погружается обратно в море, словно тонущий труп.

– Тебе придётся придумать что-нибудь получше, – прорычал я, глядя в небо.

– Ты можешь победить его в одиночку? – шепнула мне на ухо Тайк.

– Да… Возможно.

– Ты говоришь так уверенно. Тогда я пойду с тобой. Пошли меня вперёд. Я расчищу для тебя путь.

– Хочешь, чтобы я бросил тебя в этот смертельный вихрь теней?

Тайк подмигнула мне.

– Только после волшебного поцелуя.

– Ясно. – Я покраснел и принялся лихорадочно думать. Четверть силы я отдал Тессе. Теперь я больше не мог воспользоваться этой частью. Я даже не мог забрать её, если бы захотел. Она должна была добровольно её отдать. Таковы были подводные камни этого заклинания. Тайк понадобится больше четверти. Возможно, половина. А значит, у меня останется всего четверть моей обычной силы. Этого должно хватить. В конце концов, это же я…

– Ладно, – согласился я. – Но будь осторожна. Сосредоточься на его защитниках. Не пытайся сама справиться с Роном. Я пойду следом за тобой.

Тайк кивнула и подала мне Килантус.

– Оставь его себе, – сказал я. – Я смогу сделать собственное оружие.

Тайк повернула меч в руке, опустила его и подставила мне щёку.

– Насчёт поцелуя я сам придумал, – сознался я.

Тайк хитро улыбнулась.

– Интересно зачем?

Я взял её руку, лежащую на рукоятке меча, и сжал. На мгновение наши кольца соприкоснулись, и сердцебиение Тайк в моём пальце усилилось. Её рука вспыхнула серебряным светом, и она преобразилась. Килантус запылал синим пламенем – пламенем моей души.

Я направил Тайк к Рону и полетел за ней. Изо льда и пламени своей души я создал меч и поднял его вверх. Тайк пробила защитный круг из теней, и две из них упали замертво. Но потом случилось нечто непредвиденное. Вспыхнул свет, и все оставшиеся тени с треском исчезли. Рон поглотил их, чтобы придать себе больше силы. Он держал Тайк за горло, и я увидел, что её серебряные доспехи исчезли. Точнее, не совсем.

Теперь они были на Роне.

– Стой! – приказал он.

Я застыл в полёте, ужаснувшись своей ошибке.

Рон начал смеяться.

– Да! Да! Это было глупо с твоей стороны. Заклинание паладина. Впечатляет, но только теперь я твой паладин. Никогда не отдавай врагу собственную силу. Разве тебя этому не учили? – Он завертелся от восторга. – Сколько здесь? Кажется, почти всё. Зачем ты так поступил? Если только ты не знал, что заклинание паладина можно перенести на другого. Это нелегко, Саймон, но вполне возможно.

Я этого не знал. К своему ужасу я понял, что ещё многого не знаю, и Рону было это известно.

– У тебя намного больше силы, чем должно быть у раскрывшегося мага, ТавРонан. Наверное, джинны надеются, что ты их освободишь, раз они дали тебе столько силы. Как это вписывается в твой план управлять всем миром? Думаешь, они будут просто сидеть в стороне, несколько тысяч лет смотреть, как ты играешь, и ждать, пока ты выполнишь свою часть сделки и освободишь их? Или ты думаешь, что после освобождения они позволят тебе играть в бога?