Оскар Бренифье – Проблема любви (страница 2)

Она делает нас более восприимчивыми к нуждам и желаниям других. Когда мы понимаем, что ценит кто-то другой или в чём он нуждается, мы можем почувствовать желание присоединиться к нему в том, что приносит ему радость, комфорт или удовлетворение, будь то развлекательная деятельность или значимая задача, например работа в благотворительной, социальной или политической сфере.

Конечно, эмпатия естественным образом склонна быть предвзятой в отношении тех, кто ближе к нам, или тех, с кем мы можем легко себя ассоциировать, что приводит к «предпочтению своей группы», снижая эмпатию по отношению к «аутсайдерам» или «чужакам», или даже «нарушителям». Когда эмпатия направлена только на определённую группу или дело, это может разжигать поляризацию и «трайбализм». Люди могут настолько сильно сопереживать своей группе или делу, что становятся враждебными или равнодушными к тем, кто им противостоит, усиливая конфликты, а не способствуя пониманию и разрешению. Эмпатия к отдельному случаю может искажать суждение и приводить к решениям, которые не всегда идут на благо большинства, так как она побуждает к эмоционально мотивированным и более немедленным решениям, чем к тем, которые основаны на справедливости или общих принципах, что приводит к определённой самоуспокоенности. Более того, постоянная эмпатия также может привести к эмоциональному истощению, что вызовет выгорание, стресс и даже эмоциональную отстранённость. Некоторые люди могут затем использовать эмоциональные реакции других, поскольку проявления эмоций или преувеличенное страдание, как правило, вызывают эмпатический отклик, который может быть использован в корыстных или обманных целях. Эмпатия сама по себе не всегда приводит к положительным моральным поступкам, она даже может вызвать «эмпатически обусловленное бездействие», когда люди довольствуются своими «благими намерениями».

Бескорыстие

Любовь часто включает в себя чувство бескорыстия, когда человек забывает о своих собственных потребностях или желаниях и ставит благополучие объекта своей любви на первое место, будь то романтическая, семейная или духовная любовь. Это часто означает совершение жертв – отказ от чего-то ценного, важного или желаемого для нас ради другого человека или идеала. Бескорыстие подразумевает действия, продиктованные заботой о другом или стремлением к высшей цели, без ожидания чего-либо взамен. Наша собственная личность становится второстепенной по сравнению с объектом любви, что представляет собой форму альтруизма.

В этом состоянии границы между собой и другим начинают стираться, так как собственные желания, интересы и привычки становятся менее значимыми перед лицом того, кого или что мы любим. Однако стоит помнить, что «чистое» бескорыстие – это довольно редкое явление.

Забота

В контексте любви забота подразумевает действия или отношения, направленные на удовлетворение потребностей, развитие или благополучие объекта любви. Это требует внимания, усилий и заботы о благополучии другого. Это может подразумевать счастье, рост и комфорт в отношении живых существ и развитие, улучшение и продвижение в отношении деятельности или идеи. Забота мотивируется щедростью и состраданием, без каких-либо обязательств и без ожидания признания. Благодаря заботе, люди выходят за пределы своих эгоистичных интересов, вовлекаясь в жизнь другого так, что расширяется их собственный эмоциональный мир. Таким образом, забота становится преобразующим действием, формируя как дающего, так и принимающего.

Будь то забота об идеале, деле или сообществе, она стимулирует стремление питать и поддерживать то, что нам дорого. Это требует личных усилий, укрепляя связь с высшими ценностями, которые вытягивают нас за пределы наших немедленных желаний. Забота закрепляет любовь в действии, делая её осязаемой и долговечной, силой, которая углубляет нашу вовлечённость в мир и в самих себя.

Здесь следует сказать несколько слов о философии «заботы», которая возникла из феминистских теорий конца XX века. Она сосредоточена на идее, что человеческие отношения и практика заботы о других – это фундаментальные аспекты полноценной и этичной жизни. Она подчёркивает важность эмпатии, взаимозависимости и моральной ответственности, поскольку наши личности и благополучие формируются нашими отношениями и заботой, которую мы как оказываем, так и получаем. Этот концепт, часто противопоставляемый абстрактной и универсальной этике справедливости, фокусируется на обязанностях в конкретных отношениях, а не на формальных правилах.

Он утверждает, что моральные действия – это те, которые поддерживают и развивают заботливые отношения. Эффективная забота требует способности распознавать и понимать потребности других, которые могут сильно варьироваться от одного человека к другому и от одной ситуации к другой. Речь не идет о том, чтобы контролировать или подавлять тех, кому оказывается забота, а о том, чтобы поддерживать их автономию и независимость, способствуя их способности жить самостоятельно и принимать собственные решения. Философия заботы бросает вызов доминирующим культурным нарративам об индивидуализме и самодостаточности, подчеркивая взаимозависимость и коллективную ответственность, поскольку забота рассматривается как центральный аспект человеческого удовлетворения. Эта философия глубоко связана с любовью, поскольку оба концепта акцентируют внимание на важности поддержки, эмпатии и приверженности благополучию других, подчеркивая личную ценность поддержки и ободрения окружающих. Они оба предполагают элемент безусловного принятия, когда люди принимают и поддерживают друг друга, несмотря на недостатки или вызовы.

Конечно, «философия заботы» может подвергаться критике, которая применима и к динамике любви. Она иногда может упускать из виду возможность того, что люди, оказывающие заботу, могут перегружать себя, приводя к самопожертвованию и выгоранию, фокусируясь на потребностях других, забывая о собственных нуждах и заботе о себе. Фактически, это может быть из-за недостатка самоуважения, приводя к одержимости “другим”, что служит экзистенциальной компенсацией. Возможно, величайший вызов любви – это любить самих себя… Кроме того, философия заботы не предоставляет четких, универсальных руководящих принципов для принятия моральных, экзистенциальных и практических решений, что затрудняет её последовательное применение в разных ситуациях, поскольку она основана исключительно на индивидуальном подходе к каждому случаю. Это также может создавать или усиливать дисбаланс власти, особенно если тот, кто оказывает заботу, считает, что он лучше знает, что нужно получателю заботы, что приводит к патерналистскому отношению, где автономия получателя заботы оказывается под угрозой, создавая зависимость. В таком случае люди слишком сильно полагаются на других для поддержки, вместо того чтобы быть поощряемыми к развитию независимости и самодостаточности. И здесь недостаточно аспекта дистанции и рациональности, которые необходимы для уравновешивания чисто эмоциональной стороны любви.

Эмоциональная интенсивность

Любовь вызывает сильные и интенсивные эмоции, начиная от радости и довольства до тоски, печали и гнева. Эта эмоциональная интенсивность является определяющей характеристикой любви, будь то волнение от романтической любви, энтузиазм по отношению к делу или радость, найденная в художественном выражении. Такая страсть порождает глубокий интерес, приверженность или желание, направленные на деятельность, цели или отношения. Её отличает пыл, воодушевление и преданность. Эмоциональная интенсивность может отрицательно сказаться на человеке, если он сталкивается с фрустрацией или лишён возможности реализовать свои стремления, когда реальность противоречит его ожиданиям.

Хотя эмоциональная интенсивность часто присутствует на ранних стадиях любовного опыта, когда преобладает страсть и возбуждение, со временем она может трансформироваться в более стабильную, продолжительную форму любви, которая меньше связана с сильными эмоциями и больше с глубокими связями, приверженностью или совместным жизненным опытом. То же самое можно сказать о страсти к идеалу или делу, когда она становится стабильной экзистенциальной потребностью и смыслом жизни. Например, товарищеская любовь, которая характеризуется симпатией, доверием, взаимным уважением и чувством партнерства, а не интенсивной страстью. Эта форма любви распространена в долгосрочных отношениях, где начальная эмоциональная интенсивность уступила место стабильной и продолжительной связи. Она может длиться годами или даже всю жизнь без эмоциональных всплесков и падений, связанных с страстной любовью. Она строится на общих ценностях, общих целях и опыте, эмоциональной безопасности или глубоком чувстве ответственности друг перед другом, а не на поиске интенсивности. В некоторых случаях любовь становится чем-то больше о практических вопросах: поддержка друг друга в повседневной жизни, управление домашним хозяйством или воспитание детей. Хотя это может не включать сильных эмоций, это всё равно отражает форму любви, основанную на заботе и преданности. Переход от интенсивной страсти к более глубокой, спокойной связи – это естественная часть многих долгосрочных отношений, как и страсть к идеалу. Хотя уменьшение интенсивности представляет собой вызов, так как снижение страсти может привести к чувству отчуждения, неудовлетворенности и депрессии. Некоторые люди предпочитают «драматический» конец отношениям, отмеченным банальностью, рутиной и разочарованием.