Оро Призывающий – Меня учит Смерть. Том I — Абитуриент (страница 51)
— Вроде того, пацан, — Смерть хмыкнул. — Мне нравится твой образ действий. Хаос и непредсказуемость, наблюдательность. Ты безжалостен к врагам, но стараешься не трогать невинных. Это правильный подход.
Чёрт. Только сейчас я ощутил, насколько устал. Из меня словно воздух выпустили.
— Так ты наблюдал за мной с самого начала? — уточнил я, подходя к соседнему креслу и садясь (тут стояли три штуки). — Как только ушёл?
— Не-а, — отозвался Смерть. — Я бы вообще мог тебя не найти — там, где тебя держали, отличная защита, они использовали естественную магию Канцелярии для маскировки на первом слое — но вот он не только проследил за тем, куда тебя увезли, но и меня нашёл, чтобы рассказать.
А? Он? Я с удивлением посмотрел на третье кресло, абсолютно пустое… Погодите-ка. Это что, второй геймпад, парящий в воздухе?!
— Каспер?! — не поверил я.
Так вот кто выбрал в персонажи этого зверька-артиллериста. В ответ мне что-то грохнуло, что-то просвистело за моей спиной, а геймпад приветственно покачнулся.
— Каспер, — повторил я, выдыхая. — Хоть я тебя и не вижу, но рад тебя видеть, приятель. И спасибо за помощь.
Где-то сбоку от меня раздался довольный смешок. Каспер был в своём обычном репертуаре, а вместо простенькой игрушки на батарейках ему дали в награду развлечение побольше. И, кажется, он тоже не умел играть, а лишь копировал за Аббадоном, увлечённо выкашивая популяцию крипов.
— Погоди, — покачал я головой; до меня дошло кое-что. — Если он невидим… мы что, в мире живых?
Смерть рассмеялся и обвёл руками зал.
— Мы везде, ученик. Прошло больше суток с моего освобождения; я успел восстановить немного сил и решил, что начать нужно с создания убежища. Безопасного места, где до меня — или тебя — точно никто не доберётся. Тем более, как мне рассказал твой друг, за это время ты успел лишиться и второго дома.
Оу. Неожиданно.
— Что значит «везде»? — не совсем понял я.
Вместо ответа Смерть повёл рукой, и несколько граней чёрного кристалла стали светлеть, образуя панорамное окно.
Или… если точнее, несколько окон. В каждой грани отражалось что-то своё: вид на наш город, вид на его мёртвую версию с первого слоя, тёмные развалины второго, какой-то пасторальный пейзажик, тлеющие алым скалы… Каждый вид шёл сверху, с высоты птичьего полёта. Встав с кресла, я подошёл поближе.
— Мы находимся во всех слоях разом, — пояснил Смерть, подходя за мной. — Это удобно, так как обеспечивает наилучшую защиту — до тех пор, пока я не восстановлю свою полную силу — и быстрый доступ ко всем мирам. А, и кстати…
Он широко улыбнулся.
— Ещё это знак.
— Какой знак? — я задал этот вопрос, а через долю секунды до меня дошёл ответ. Если чёрный кристалл завис над всеми слоями, значит…
— Знак того, что я вернулся, — подтвердил Смерть. — Живые и мёртвые — все могут видеть мой дворец. И, кстати…
Он вновь рассмеялся.
— Мы выше Башни. Намного, намного выше.
* * *
Ингрид Зоммер сидела за столом в своём кабинете. Альтов наконец удалился, задав миллиард каверзных вопросов, а она осталась тут — одна (все сотрудники, кроме сторожа, разошлись), донельзя вымотанная и близкая, наверное, к помешательству.
Сказывались нервы последних дней. Когда столько времени готовишь авантюру, когда одна ошибка, один неверный шаг может обернуться потерей всего, наступает момент, когда ты не выдерживаешь. Для Ингрид этот момент наступил сейчас.
Она пережила и первый шок от идеи о том, на что им с Михаилом придётся пойти. Пережила даже известие о том, что жертвой их интриг стал не кто-то, а Денис Вальд, сын людей, которым она обязана жизнь. Она пережила бы и прочее, но…
Валентин Альтов, глава Отдела (не региональный, как Михаил, а действительно глава), задал ей все свои вопросы — и пришёл к выводу, что они зря вызвали его. Что дело не стоит его личного вмешательства.
Конечно, завтра он из приличия посетит траурную церемонию, возможно, скажет что-нибудь на камеры, а затем улетит обратно в Москву. Вместе с Ключом, что хранится у него. Вместе с последней надеждой.
Значит, все их жертвы были ни за что. Студенты погибли ни за что. Её нервы…
Конечно, можно будет придумать что-то ещё. Но Альтов уже будет настороже, а трусливый параноик Миша ни за что не захочет подставляться, зная, второй «странный случай» вызовет куда больше вопросов к нему, чем первый.
Нет; кровь уже пролита, они уже подставились. Если Альтов улетит к себе сейчас, значит, всё кончено.
Раскрыв бумажник, Ингрид оцепенелым взглядом смотрела на фотографию своих детей.
Агнессе здесь 8. Виктору 10. Счастливые, улыбающиеся дети. Двое.
Сегодня Витеньке было бы 24 года.
Рука Ингрид инстинктивно легла на рукоять меча в её ножнах. Нет! Нужно довести дело до конца, чего бы это ни стоило. Если нужно — пожертвовать карьерой… пожертвовать Михаилом. Кем угодно и чем угодно. Она задержит Альтова, заставит его пойти в тот Могильник.
Она вернёт себе сына.
Надо понять, как это сделать. Приплести сегодняшнее нападение на Мишу? Придумать ещё что-нибудь? Устроить что-то прямо завтра с утра, пока Альтов ещё здесь?
…телефон на столе завибрировал; очнувшись, Ингрид схватила его.
— Да, доченька?
— Мама, — заговорил на том конце взволнованный голос Агнессы. — Посмотри в окно, срочно!.. Это видят люди по всему городу, это не галлюцинация…
Но Ингрид и сама уже видела огромную тень на фоне вечернего неба. Чёрный кристалл, зависший в вышине.
…а ведь это может. Действительно может заинтересовать Альтова!
Вот только что это, чёрт побери, такое?
* * *
Михаил стоял в тёмной, освещённой только лунным светов комнате, прямо перед зеркалом, опершись на него рукой. Здоровой рукой.
Наверное, ему ещё долго придётся к этому привыкать. Врачи сказали, что ничего не смогут сделать, глаз не восстановить… но он их не винил. Восстанавливать и правда уже было нечего — тварь попросту высосала ему левый глаз, высосала и сожрала! Как и три пальца на правой руке.
— Буду носить повязку, — проворчал Михаил. — Тьфу, что за чушь. Как пират какой-то.
Но, разумеется, сейчас это было не главной проблемой. Откуда взялись тварь и её всадник, кто он такой? Призраки, работавшие на Отдел, говорили, что такой конь есть у какого-то духа из Башни, но нужно было всё проверить.
А самое главное — почему именно сейчас? Когда они с Ингрид так близко к плану, когда Альтов уже в городе, его ключ буквально у них в руках — нужно только заманить его в тот Могильник…
Михаил попытался сжать кулаки, но получилось это только со здоровой рукой; он поморщился от боли в перебинтованной кисти, на которой теперь остались только большой и указательный пальцы.
Вчера — некротический прорыв в квартире Вальда. Сегодня это… неужели кто-то там, на Той Стороне, догадался о том, что они делают?
Плевать. Он доведёт дело до конца. Если нужно, сольёт Ингрид, сольёт её сына, сольёт всех. Его жена мертва уже двадцать лет; он вернёт её, чего бы это не стоило…
Лунный свет померк, погружая комнату в полумрак; что-то заслонило его. Михаил удивлённо обернулся к окну.
Какого?..
Что это за огромный чёрный кристалл и откуда он взялся в небесах?
* * *
Не все из собравшихся здесь находились тут физически. Некоторые, заседавшие в других Башнях по всему миру, просто прислали свои образы. И тем не менее, сегодня на собрании присутствовали все, без отговорок и попыток сослаться на неотложные дела.
Тема собрания была слишком важной.
— Господа, — председатель встал с места, обводя взглядом всех — тех, кто находился тут и тех, кто был лишь иллюзией. Все они слушали его внимательно. — Похоже, наши худшие опасения действительно оправдались. Аббадон, он же Смерть, вырвался на свободу из клетки, в которую мы заключили его двадцать лет назад.
— И кто в этом виноват?! — женщина, сидевшая на другом конце стола (а на самом деле — в Испании) тоже встала. — Почему ты так спокойно об этом говоришь?
— Вот-вот! — поддержал её другой, не вставая, но глядя на председателя недовольно. — Двадцать лет! Не тысяча, даже не сотня — ловушка, сделанная вами тремя, продержалась всего двадцать!
— Это не очень-то похоже на бессмертие, которое было нам обещано!
— Тише! — голос председателя загремел над залом, перебивая недовольных. — Вы задаёте не те вопросы, идиоты! Дело не в том, где мы ошиблись в прошлом, а как нам сейчас это исправить в настоящем, побыстрее и с наименьшими потерями!
— Ты думаешь, это будет так легко исправить? Двадцать лет назад Аббадон даже не подозревал, что обычные смертные могут его пленить, а сейчас он знает об угрозе и будет наготове…