Оро Призывающий – 999999999 маны. Том 3 (страница 27)

Сигарета упала на землю одновременно с тихим скрежетом тормозов белого автомобиля, остановившегося в паре десятков метров от Рубана. Водитель открыл свою дверь и тут же поспешил к задней. Он учтиво нажал на ручку и подал руку даме в длинном бежевом платье, она взяла её и аккуратно шагнула на улицу, где оглянулась по сторонам. На водителя женщина более не смотрела.

Вслед за ней вышел длинноволосый мужчина. Он выглядел несколько старше, чем она, был одет в строгий деловой костюм пурпурного цвета и, кажется, был чем-то весьма раздосадован, так как его брови были нахмурены настолько, что, казалось любой, кто сейчас осмелится с ним заговорить, уйдет домой с парой синяков под глазами.

Рубан заметил их не сразу, а лишь когда один из его подчиненных остановил их на границе места преступления. Глаза агента широко распахнулись. Даже в таком опустошенном состоянии ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы подскочить к молодому бойцу, который не понимал, что любое лишнее слово сейчас могло значить для него потерю карьеры, если не жизни.

— Извините, но здесь произошло преступление, и я не могу пропустить вас к… — уже со стороны было заметно, что парень не в курсе, кто сейчас находится перед ним.

— Потише, дружище, — агент положил руку ему на плечо и улыбнулся. — Всё в порядке.

Услышав это, на лицах парочки появилось холодное одобрение. Боец же непонятливо уставился на старшего и, пожав плечами, отправился к остальным сослуживцам.

— Понабирают всякую темноту по деревням, — Рубан продолжал улыбаться. — Приношу извинения, господа Шрауты.

— Агент Рубан, — без лишних церемоний произнес мужчина с черными, как смола, волосами. Было заметно, что он не в настроении выслушивать оправдания УБИшника.

УБИшник кивнул.

— Здравствуйте, Грант. Давно не виделись, — следом он повернулся к спутнице Гранта Шраута. — Варвара, — агент кивнул.

Сказать, что он недолюбливал всю аристократическую мразоту, было всё равно, что ничего не сказать. И если с большей частью знатных шишек он бы никогда не позволил себе юлить и откланиваться, то Шрауты… даже для него были слишком большой рыбой.

Второй по значимости клан Империи, но де-факто самый сильный из всех, глава их клана и родоначальник был учеником самого Императора. И самое странное, что он до сих пор оставался жив. Они чтили традиции и выполняли функцию регулятора общества, да что там — почти закона. Само их имя было нарицательным, а потому они делали все возможное, чтобы не опорочить и не очернить его недостойными. Это Рубану доходчиво объяснили, когда он несколько лет назад впервые познакомился с Грантом, забирая его дочь в академию.

Тина была до жути похожа на родителей, от отца — вороные волосы, от матери — ярко-голубые глаза и черты лица… казалось, что даже их генетика безупречна. Впрочем, это не спасло девочку от вынужденного изгнания в ряды УБИ. Но в этом плане ей даже повезло, так как обычно попавшие в немилость к Шраутам заканчивали свою судьбу куда более трагическим образом.

Он помнил историю о делегации из Азиатского Конгломерата, которая приехала в Империю для налаживания дипломатических контактов. Сначала все шло хорошо — Император тепло принял их у себя, делегация ознакамливалась с культурой и технологическими достижениями Империи, веселилась и пировала чуть ли не каждый день, обласканная главой государства. Миссия во всех планах проходила более чем успешно.

До того момента, когда одному из дипломатов не показалось, что раз к ним с почтением относится верховный лидер этой страны, то мнение его подчиненных совершенно не важно. Дипломату показалось, что он может относится к какому-то случайному чахлому старику на императорском балу как к обслуге. Показалось, что он даже может пригрозить ему жалобой к императору, если тот откажется помочь им в продлении дипломатической миссии и не согласится предоставить им жилье и покрыть все расходы, как для особо уважаемых гостей.

И даже когда дипломату сказали, что это совсем не случайный старик, а глава рода Шраутов и с ним нужно вести себя аккуратнее, он не понял, какое ему может быть дело до того, кто он там такой.

История умалчивает, сколько времени у него было на то, чтобы пожалеть о своем решении, однако домой Азиатская делегация в составе из пятнадцати человек вернулась в двух коробках. В одну были аккуратно сложены их головы, а во вторую — измельченные тела. Говорят, старик лично расписался на обеих коробках, чтобы даже в Конгломерате знали, что значит имя Шраутов.

И таких рассказов о них ходило слишком большое количество, чтобы все они оказались ложью. Поэтому Рубан знал, что, стоя перед этими людьми, лучше засунуть свои принципы и гордость куда подальше.

— Ты должен знать, почему мы здесь, — с легким высокомерием произнесла Варвара Шраут.

Единственный вариант, который приходил Рубану в голову, был очевидно связан с их дочерью. Но с того момента, как она пропала не прошло и суток, а, насколько ему было известно, Баркер еще не доложила начальству об этом небольшом моменте, в надежде, что за ночь и последующий день им удастся отыскать девушку собственными силами… Если только Шраутам кто-то не слил информацию, что было маловероятно, они не могли прознать о случившемся.

— Каждая крыса, которая зовет себя журналистом, без устали трубит об этом уже несколько дней, конечно же, он знает, — Грант раздраженно выдохнул.

А вот с этим была проблема.

— Последнее время… — Рубан подумал о Баркер, лежавшей в каких-то паре десятков метров от них, — было загружено. Не следил за новостями.

Парочка посмотрела на него так, словно тот сказал какую-то несуразицу.

— Наш сын болен, — начал Грант. — И он не излечится.

Рубан удивленно покачал головой. Насколько серьезным должен быть недуг, чтобы рота врачей и целителей дома Шраутов не смогла с ним справиться?

— Приношу соболезнова…

— Прекрати, — Варвара поправила волосы. — От тебя нам нужна только Валентина. Скажи, где мы можем её найти, и хватит на этом.

Ком подкатился к горлу агента практически моментально. Что бы он сейчас не ответил, это означало для него большие проблемы, а после смерти напарницы он был совсем не в состоянии придумывать что-то и сглаживать углы.

Поэтому он просто решил рассказать ей обо всем, как есть.

Они молча слушали рассказ о случившемся в телестудии. Когда Рубан дошел до того места, где Тина исчезла без следа, лица пары скривились. Агент не знал, как расценивать эту реакцию.

— Это странно, — нарушил тишину Грант. — Думаю, дочь бы упомянула о своей пропаже, когда позвонила нам несколько часов назад.

— Позвонила? — в этот раз настал черед удивляться уже для Рубана.

Значит, с Тиной все в порядке? Но почему тогда они пришли в её поисках к нему? И почему она не оповестила его об этом? Похоже, эти вопросы зависли у него прямо на лице, потому что он тут же получил на них ответ.

— Насколько мне известно, в Управление Безопасности Империи не берут глухих, — вклинилась госпожа Шраут. — Дочь отказалась видеться с нами, взамен попросила кое-кого найти. Но мы решили не бегать у неё на побегушках и пришли прямо к вам, — женщина покачала головой, — Нам точно известно, что она жива.

— Из-за звонка?

Услышав это, Грант ухмыльнулся.

— Не только. Шрауты чувствуют друг друга, — мужчина цокнул языком, — Мера предосторожности. И если ты понятия не имеешь, где она, то тогда поможешь нам с поисками нужного ей человека.

Даже при всем вышесказанном о том, насколько влиятелен дом Шраутов, Рубан не мог оторваться от дела Белецкого, когда его напарницу еще даже не успели похоронить. Мужчина гневно выдохнул и посмотрел на Гранта.

— Я не лучший человек для этой работы прямо сейчас, у меня только что убили напарницу и…

— Это не просьба, Антон, — Варвара едва заметно улыбнулась. — С этой минуты ты помогаешь нам найти Марка Ротта.

Рубану показалось, что он ослышался.

— Марк Ротт — мертв, — он глянул через плечо, туда, где не обнаруживший лучшего занятия для себя молодой боец накрывал труп Баркер какой-то тканью. — А мертвые, к сожалению, не оживают.

«В том виде, каком хотелось бы,» — добавил он уже про себя, вспомнив рассказ курсантов про Рэджинальда Гримма и его отца.

Улыбка Варвары становилась всё шире.

— Валентина утверждала обратное, — глаза женщины блеснули, — упомянула кое-что интересное про… — она поджала губы. — Бессмертие.

Услышав это, агент закрыл глаза подавляя желание послать этих холеных самодуров куда подальше. Однако вовремя сдержался и даже не потому что вспомнил о том, кто перед ним стоит. Если бы ему сказали о том, что Бессмертен кто угодно другой — хоть глава клана Шраутов, он бы закатил глаза, а затем хорошенько наорал бы на сказочника, что решил шутить с ним на эту тему.

Однако. Марк, чтоб его, Ротт вылезал сухим из воды в таком количестве ситуаций, что предположение о том, что он банально не может умереть казалось даже… не столь безумным?

— Пройдем, агент Рубан, — Грант указал рукой на белое авто, заметив секундное иступление на лице агента. — Кажется, нам нужно поговорить.

Глава 15

Заднее сиденье машины Родиона пропиталось кровью Говарда настолько, что ни одна химчистка бы не взялась за работу, но даже несмотря на это, мужчина держался неплохо. Если отмести в сторону побледневшее лицо и затуманенный взгляд, он все еще был с нами и адекватно воспринимал реальность, даже умудряясь односложно отвечать на вопросы.