Орлова Валентина – ГОСПОЖА ПЕРСОНА (страница 1)
Орлова Валентина
ГОСПОЖА ПЕРСОНА
Валентина Орлова
«ГОСПОЖА ПЕРСОНА»
ФИЛОСОФСКИЙ РОМАН
СОДЕРЖАНИЕ
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава 1: «Без штампа в паспорте» 4 – 12
Глава 2: «Опять школа» 12 – 17
Глава 3: «Курьёзы судьбы» 17 – 43
Глава 4: «Пиковая точка» 43 – 56
Глава 5: «Тупиковый локомотив» 56 – 62
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава 1: «Вначале было слово» 62 – 78
Глава 2: «Человек – существо играющее» 78 – 85
Глава 3: «Обитель детских грёз» 85 – 104
Глава 4: «Театр моей души» 104 -108
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Глава 1: «Любовь к мудрости» 108 – 115
Глава 2: «Не ведают, что творят» 115 – 137
Глава 3: «Жизнь – праздник» 137 – 165
Глава 4: «Хитроумный Мойша» 165 – 184
ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
Глава 1: «Недолго музыка играла» 184 – 197
Глава 2: «Квартирный вопрос» 197 – 206
Глава 3: «Мы создаём свои миры» 206 – 233
Глава 4: «Под чужой крышей» 233 – 250
Глава 5: «Козыри в рукаве» 250 – 277
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава 1: « Без штампа в паспорте»
«БЛАГИМИ НАМЕРЕНЬЯМИ…»
Мысль Льва Толстого о том, что «все несчастные семьи несчастны по-своему», созучна библейской истине: «Благими намереньями вымощена дорога в ад». Согласитесь, что заключая брачный союз, никто не хочет себе плохого. Для всех людей характерно одно: стремление к счастью. Однако всеми силами души стремясь в рай, можно оказаться в аду. А что такое «ад», в трактовке современных философов?
Французкий философ Поль Сартр, например, считает, что «ад» – это не страшное место в загробной жизни, а ситуация, отражающая сложности и противоречия человеческого существования в современном социуме. Действительно, когда совместная жизнь с другим человеком превращается в юдоль бесконечных мук и страданий, – разве это не ад?!
Так ранний брак Александры и Олега из счастливого союза превратился в мучительное сосуществование двух людей, совершенно не способных жить под одной крышей. Всё было в порядке, пока родители Александры были живы, для неё они были опорой, для её мужа – живой совестью. А когда они ушли в мир иной, – жизнь семейной пары пошла под откос.
Одинокой сорокалетней женщине, не имеющей стабильного дохода, да ещё с малолетним ребёнком на руках, – может показаться в такой ситуации, что жизнь её потеряла всякий смысл, и всё прекрасное с ней уже было.
Развод с мужем прошёл «рикошетом», реально не положив конец испытаниям Александры на силу духа и стоическое терпение. Получив свидетельство о расторжении брака, разведённые супруги продолжали жить в одной квартире…
Между тем Александра, получая на дочь алименты, должна была подумать о собственном существовании, – так сказать, «о хлебе насущном».
ТОЧКА ОПОРЫ
Но как ни странно, даже это обстоятельство не вызывало у Александры ощущения, что она проживает самые худшие времена. Во-первых, она была ещё довольно молода, ей было едва за сорок; она оставаться красивой женщиной, полной желаний и надежд на лучшую жизнь. Многие люди отмечают, что после сорока жизнь только начинается. Но самое главное: у Александры был любящий её мужчина! Какая женщина не понимает, что это такое?
Мужчина – это всегда точка опоры. И когда она у тебя, эта самая точка есть, то хоть камни с неба вались, – все трудности и проблемы тебе нипочём, всё у тебя «в руках горит», и любая работа по плечу.
И даже тот факт, что у тебя в квартире, «на своём собственном диване», спит бывший муж, который прибрёл под утро «никакусенький», и, в очередной раз, потеряв ключи, звонит среди ночи, как сумасшедший, – это тоже не трагедия.
ВЕЗУНЧИК
Открыв дверь Олегу Михайловичу, пьяному «вдымину», Александра продолжает стоять, глядя сонными глазами в полутёмное пространство прихожей. Кажется, что запас её терпения был уже на исходе. Но сама она понимает, что вынуждена терпеть пьяные выходки и беспорядочный образ жизни «бывшего», поскольку опасается, что лишившись крыши над головой, тот погибнет где-нибуть под забором, как последний бродяга. Это останется на её совести, и никто потом не вспомнит, что на самом-то деле полковника нельзя было назвать «обездоленным». С его зарплатой и будущей пенсией, он мог быть желанным не только для его пассии, Евгении Фёдоровны, которая спала и видела себя его законной супругой…
Но Олег Михайлович, пообещав скрепить их отношения законным браком, тянул с окончательным решением этого вопроса, и продолжал жить под одной крышей, со своей бывшей благоверной. Большая комната в их квартире была разделена стеллажом на две части; вторая комната была оставлена дочери, Нюсе, чтобы та продолжала чувствовать себя «бесценным сокровищем», как и прежде.
По всей видимости, и Воронцову тоже хотелось, как и прежде, ощущать себя хозяином положения. Поэтому он с чувством собственного достоинства жал на кнопку звонка, и мешком вваливался в квартиру, когда Александра открывала ему дверь. Блаженная, добродушно-глуповатая улыбка пьяного полковника плавала в прострастве прихожей. С этой улыбкой на лице, покачиваясь, он стоял некоторое время, подняв плечи, и разведя руки всторону. Затем, словно проснувшись, Олег Михайлович произносил деревянным голосом: – Кого – чего?!
С этим вопросом он неизменно обращался к Александре, которая опершись на дверной косяк, стояла, с выражением уставшего докера на лице. Она давно перестала упрекать «бывшего» за бесконечное пьянство и столь позднее, небезопасное шараханье по ночным улицам. И всё равно Воронцов каждый раз проговаривал:
– А что со мной станется, ёпт?! – и, пошатнувшись, он начинал стягивать с себя шинель. – Я ведь везунчик! Что бы ты мне тут не каркала про божью кару, и всё такое… Хрень всё это! Просто бред сивой кобылы! Непотопляемый я, и всё тут!
Заплетающимся языком, он несколько раз проговаривал это, щуря левый глаз и пытаясь придать своему диковатому взгляду лукаво-проницательное выражение. Сделав веером, пальцы своей крупной руки, он крутил ею перед лицом Александры. Потом пошатываясь, Олег Михайлович проходил в комнату, и, не раздеваясь, валился на диван. А Александра уходила в свой отсек за стеллажом, чтобы остаток ночи поспать спокойно.
Но теперь и эта «картина маслом», которая возникала регулярно, в её жизненном пространстве, не выбивала её из зоны комфорта. Это была уже не сельская учительница, застенчивая и неуверенная в себе, и не та молодая женщина, которая стоит у пропасти, в абсолютной безнадёге. У неё появилась твёрдая уверенность, что чёрная полоса неудач и потерь скоро закончится, и настанет, наконец, счастливая, спокойная жизнь.
Встретившись с Вадимом Карташовым, который вскоре стал числиться её гражданским мужем, Александра и внешне заметно изменилась. Теперь, когда шла она по Комсомольскому проспекту, в своём лайковом, вишнёвого цвета пальто, откинув за плечи светлые, волнистые волосы, – глаза её смотрели из-под мужской велюровой шляпы, излучая свет…
И только мудрая Кассандра, неожиданно всплывая из подсознания, заставляла её испуганно вздрагивать: – Ой, что-то слишком хорошо! Не навлечь бы беды!
ПРОРОЧЕСТВО СТАРОЙ ВЕДЬМЫ
Весенний день угасал. Разомлевшее солнце, будто стыдясь своего лучезарного великолепия, пряталось в перлы облаков, хаотично разбросанных по небесной лазури. Жара спала, и вечерняя прохлада легла на землю.
Конец мая выдался необыкновенно жарким, прямо-таки летним. Зеленели сады, и от бело-розового цвета яблонь, всё вокруг преобразившись, выглядело светлым и божественно праздничным. Только треск воробьёв, не замолкающих ни на минуту, и сладостное пение мелких пташек, сливаясь с голосами людей, звоном трамваев и гулом машин, бесконечным потоком движущихся по шоссе, напопоминало о том, что городская жизнь кипит, полна движения…
И вдруг откуда-то донеслись звуки музыки! То тише, то громче, то торжественно ширясь, а то, чарующе замирая, прекрасная мелодия заполнила окружающее пространство, погружая его в полусонное состояние. Александра, склонив голову на плечо Вадима, задремала. И вдруг проснулась, вздрогнув всем телом!
Молодые ребята, сидящие на соседней скамейке, тихо переговариваясь и посмеиваясь, вдруг всполошились и загалдели. Что такое?! Седая, растрёпанная старуха, на внешний вид, ну просто ведьма – ведьмой, тыча палкой в асфальт, что-то говорила подросткам резким, каркающим голосом. А они хохотали ей в ответ, с истошным визгом! Сказав что-то неодобрительное, старуха плюнула в их сторону, и пошла дальше.
Проходя мимо лавочки, на которой сидела Александра со своим кавалером, она смерила их пристальным взглядом, в котором чудилось что-то цепенящее, похожее на хищный взгляд рептилии; потом прошла несколько шагов, вернулась; и, подойдя к ним почти вплотную, с кривой усмешкой спросила Вадима: – С кем это ты сидишь здесь, мил человек?
– С кем, с кем… С женой! – ответил Карташов, слегка смутившись под её взглядом.
– Э нет, мил человек! Не жена она тебе и вряд ли когда будет. Она-то всему верит, что ты говоришь. А ты одно говоришь, другое думаешь, а третье делаешь! И погрозив ему палкой, старуха пошла дальше. Александра испуганно прошептала ей вслед: – Вот старая ведьма! Всё-то она знает, прости меня, Господи!
Старуха, словно услышав её слова, обернулась, и вновь подошла к ним. Вонзив свой змеиный взгляд в их лица, попеременно, она несколько секунд помолчала, словно примериваясь, в какое место укусить, и вдруг прокаркала, обращаясь к Александре: – Вот что, касатка! Ты, верно, думаешь, что чёрная полоса в твоей жизни закончилась, и дальше всё у тебя наладится. Ой, нет, голубушка, хлебнёшь ещё горя!