Орисон Марден – Величайший секрет. Невероятная сила мысли (страница 22)

На каждом шагу мы видим лица людей, точно так Же испещренные царапинами и шрамами, которые им наносят их губительные страсти, вспышки гнева, волнения и раздражительность, страхи и сомнения. И зачастую шрамов становится так много, что стираются заложенные божественной волей прекрасные черты их истинных лиц, оставляя на обозрение лишь обезображенные маски. Вместе с этой божественностью они лишаются возможности активно действовать и добиваться своего в этой жизни.

Мы не можем осознать, что сила лежит в гармонии. Наличие или отсутствие внутреннего баланса оказывает самое прямое влияние на нашу личную жизнь, на работу и на наше будущее.

Если нам удастся научиться достигать гармонии внутри себя, мы сможем значительно приумножить эффективность нашей деятельности в любой сфере и сделать нашу жизни прекраснее, счастливее и, следственно, куда продолжительнее.

Я видел, как потрясающие ораторы лишались своего мастерства по вине москитов. Эти маленькие насекомые, раздражая их, не давали им думать. Они не могли использовать и половины своих обычных возможностей. Все их время уходило на сражение с этими насекомыми. Точно так же работоспособность множества людей очень серьезно страдает из-за бессмысленных расстройств, вызванных незначительными, но раздражающими событиями.

Если вы хотите достичь абсолютного душевного равновесия, вы должны совершить путешествие вглубь себя, где царит вечное спокойствие, которое ничто не может поколебать. Вам нужно погрузиться в эту гармонию и напитать себя могущественной творческой энергией, заложенной в этом источнике жизни. Она исцелит все ваши раны и страдания и подарит вам мир и спокойствие, а вслед за ним и счастье.

В давние времена рабов и преступников, отступивших от пути добродетели и справедливости, клеймили. Слова «Я — раб», «Я — вор» и другие, обозначающие причастность к преступлению или к статусу невольника, выжигались на лбу или на другой видимой части тела каленым железом.

В Риме грабителям на лбу выжигали соответствующую букву, которая сразу же выделяла их в толпе. Рабочие, шахтеры, каторжники и гладиаторы тоже носили отметины. В Греции порой случалось, что на рабах делали отпечатки любимых изречений их хозяев. Во Франции клеймо, которым отмечали преступников, приняло форму королевской лилии. В Англии дезертиров отмечали буквой «D». Разбойников, грабителей и прелюбодеев отмечали наравне с ними, чтобы навсегда отделить их от общей массы людей и вечно заставить их жить в ореоле позора и бесчестья.

Варварский обычай клеймить людей, вынуждая их всю жизнь провести с отметкой об их неполноценности в обществе, продолжался в Америке даже после того, как его отменили в Великобритании. Книга Хауторна «Алая буква» дает очень четкую картину того, какие страдания причиняло человеку публичное отречение и пуританская мораль во времена первых колонистов.

Героиня книги, Эстер Принн, не может ни на секунду забыть о своем проступке.

Алая буква говорит о нем каждому, кого она встречает, и люди избегают даже ходить с ней по одной стороне улицы, не то что разговаривать с ней.

В наше время сама идея того, что человека можно заклеймить позором на всю жизнь, лишив его одинаковых прав со всеми остальными и шанса реабилитировать себя, шокирует любого. Но на самом деле и по сей день мы продолжаем отмечать людей алой буквой отторжения, дискриминации по какому-либо признаку, непонимания; выделяем их из толпы и заставляем их чувствовать себя изгоями, низшей расой или недостойным уважения меньшинством.

Есть конкретные и непреложные права, которые даны человечеству создателем, права, которые не один другой человек, закон или власть не имеют права отнять.

Неважно, какой проступок человек совершил в отношении общества: у нас нет прав навсегда изгнать его из наших рядом и лишить человеческого достоинства; у нас нет права обрекать такого человека на неминуемую деградацию и неполноценность, которые лишат его веры в возможность реабилитировать себя в глазах других людей и вернуть себе уважение и доброе имя.

Мы не имеем права настаивать на том, что те, кто работают на нас, должны носить невидимое клеймо неполноценности. Мы не должны позволить мысли о неполноценности, неуважении к себе, проникать в мысли любого окружающего нас человека.

Самый большой вред, который мы можем нанести человеку, это заставить его поверить в то, что он — ничтожество, что у него нет ни способностей, ни возможности добиться чего-либо в этой жизни. Комплекс неполноценности, развитый обществом, врагами, друзьями или, еще хуже, собственными родителями, становится причиной множества разбитых судеб, несбывшихся надежд, невоплощенных блестящих идей.

Как одна маленькая капля может выточить дырку в камне, так же постоянное утверждение чего-либо может привести к тому, что человек поверит и примет его. Даже если факты противоречат словам того, кто пытается убедить его в чем-то.

Когда Гражданская война почти раздавила Линкольна, когда все вокруг критиковали и осуждали его, когда молва делала из него отвратительное чудовище, однажды, измеряя шагами пол Белого Дома, он сказал себе: «Авраам Линкольн, ты собака или человек?»

В те мрачные времена можно было подумать, что и сам Линкольн сомневался в том, тот ли он человек, которого знают и уважают его друзья и соратники, на самом деле, или действительно враждебное разуму и прогрессу чудовище, которое нарисовали газетчики и враги республики.

Клеймо, накладываемое обществом, не только уничтожает веру в себя, но и часто заставляет невинных испытывать чувство вины. Когда капитан Альфред Дрейфус, французский военный офицер, был осужден по фальшивому доносу, вызванному антисемитизмом, и обвинен в преступлениях против Франции, он действительно проявлял внешне все признаки чувства вины.

Когда на площади в Париже его публично лишили всех знаков отличия и воинских регалий французского офицера, сорвав эполеты и пуговицы с его мундира и сломав саблю, он, будучи уверен в своей невиновности в приписываемых ему преступлениях, все равно выглядел виноватым и раздавленным.

Все, кроме очень немногих близких ему людей, кто был свидетелем его публичного позора, поверили в то, что его вид подтверждает его виновность. Сознание несчастного Дрейфуса сыграло роль беспроводного приемника ненависти и презрения миллионов людей, поверивших в то, что они смотрят на подлого изменника, продавшего важные военные секреты Германии.

Многие молодые работники, особенно если они в принципе люди ранимые, постоянно находятся под давлением старших коллег, которые подтрунивают над ними, выискивают и особо отмечают их ошибки или недочеты, постоянно напоминая им об их неопытности, ругая их за самые незначительные проступки, отказывая в поощрении, даже если они его действительно заслуживают.

Энтузиазм — это движущая сила любого успеха в любом деле, и никто не сможет постоянно поддерживать его в работе и гордиться своим делом, если ему будут постоянно говорить, что то, что он делает — плохо, что ему нужно стыдиться и лучше бы ему уволиться, если он не сможет работать лучше.

Это постоянное стремление начальников зацепиться за малейшую промашку подчиненного многим разбило жизнь и карьеру.

Начинающие писатели часто получают очень жесткую критику на свои ранние произведения, и далеко не каждый сможет продолжить заниматься творчеством после того, как его первую книгу полностью растопчет какой-нибудь критик в своем отзыве.

А еще хуже, когда редактор возвращает юному автору рукопись, с насмешкой намекая на то, что ему лучше бы заняться чем-нибудь другим, нежели марать бумагу.

Такие люди обрезали крылья многим талантливым артистам, художникам и другим представителям творческих профессий.

Страх быть названным бездарным, глупым, неумелым, страх быть униженным пренебрежительным отношениям часто вынуждал многих одаренных людей задавить в себе стремление развивать свой талант и добиваться успеха, хотя они вполне могли бы достичь его.

Если человек чувствителен к критике, то как бы он ни был на самом деле талантлив, такой жесткий отзыв о его работе может лишить его уверенности в себе на всю жизнь.

Постоянное укрепление чувства собственной неполноценности в людях различными способами помешало множеству людей раскрыть свои таланты и возможности.

Сколько вреда принесла кастовая система в древнем Китае, Индии, Великобритании и других странах мира?

Подумайте, сколько ярких и одаренных мужчин и женщин всю жизнь провели в нищете и бесславии только потому, что их вынудили поверить в то, что их судьба быть рабами; что раз их родители были в услужении — значит, и они должны жить так же.

Какие великие умы и неординарные личности работают в отелях, ресторанах и в частных имениях в Европе, зачастую далеко превосходя своих хозяев, только потому, что с детства им внушали мысль о том, что они должны пойти по стопам своих родителей. Как часто родители навязывают детям карьеру, к которой у них не лежит душа, только потому, что считают, что те обязаны продолжить их дело! Они не хотят признавать того, что их дети могут обладать совсем другими способностями и талантами, и их предназначение лежит совсем в другой области.

Нет ничего страшнее, чем жить с ошибочной мыслью о том, что предыдущие поколения уже определили твое место в жизни, и ты ничего не можешь с этим поделать. Люди, убежденные в том, что барьеры, расставленные происхождением и социальной средой, нельзя преодолеть, лишают себя возможности развиваться.