oR1gon – Драконье Пламя: За Порталом (страница 54)

— Мечи на поясе? — смахнув с лица былую опаску, вперед вышел еще один гвардеец. В противовес товарищам, его глаза едва ли не светились азартом и интересом. — Они ведь тоже волшебные? Можно взглянуть?

— Их выточили из клыков опасного чудовища. — принялся рассказывать мастер клинка. — Нанесенные ими раны, как и кровотечение, крайне трудно излечить. Лезвия не знают себе равных в остроте, не тупятся. — вытащив один меч из ножен, брат ордена с величайшей осторожность подхватил его ладонью, демонстрируя окружающим.

— Тварь размером с кракена северного моря…

— Да нет, поменьше. — высказался еще один латник.

— В любом случае — здоровая.

— Они зовутся Кровопийцами. — дав несколько секунд, чтобы все успели посмотреть на оружие, брат ордена аккуратно спрятал его обратно в ножны. — Попадая в плоть, они начинают вытягивать из нее кровь. И чем больше клинки выпьют, тем мощнее будет проклятье на жертве. Всякому, кто прикасается к рукояткам, передаются ярость и кровожадность великого волка. Я могу их подавлять и направлять, моя воля крепка. Для неподготовленных это может стать непреодолимым роком.

— Слишком опасно. — командир “привратников” отрицательно покачал головой. — Вы дали нам лишь еще больше причин не пускать вас к Лорд-адмиралу с оружием.

— Мне ну нужны мечи, чтобы спалить этот замок дотла. — Алатор вытянул в сторону левую руку и зажег над ладонью, обращенной к потолку, Великий Огненный Шар. — Я с вами абсолютно честен. Вы не сможете никого защитить, взбреди мне в голову учинить резню. Ваши доспехи и оружие не идут ни в какое сравнение с моими. Не говоря уже об иных возможностях. Но подобного не произойдет. Орден Драконьей Крови не считает Кул-Тирас своими врагом. Более того, я посол, присланный говорить от лица ордена. Мы стремимся установить мир и торговлю с вашим королевством.

— Ситуация необычайно неоднозначная. — высказался поручик. — Авартус поделился со мной историями о благородстве вашего ордена, о его заступничестве на далеких северных землях и вашем личном подвиге. Но давняя традиция велит изымать оружие у гостей из-за пределов нашего острова. Я сейчас же отправлюсь к Лорд-адмиралу, доложу ему обо всем и пусть он сам рассудит, как поступить вернее.

— Благодарю. — кровопийца кивнул. — Так действительно будет лучше.

Более не размениваясь на слова, поручик адмиралтейства спешно удалился, едва не переходя на бег.

— Раз уж выдалась такая возможность, позвольте спросить, зачем вам два длинных меча за спиной? Неужели одного недостаточно?

— У них разные цели…

…

Прищурившись, Алголон смотрел на механизм, настоящего робота, воплощенную фантазию из времен бытия обычным человеком. И пусть тот был местами неказист и груб, это не мешало ему нормально передвигаться, несмотря на огромные размеры и гуманоидные пропорции. Ко всему прочему, он без особых потерь перенес Солнечный Луч, прямой выброс плазмы звезды под давлением.

Вся поверхность машины приобрела насыщенно малиновый цвет. Вместо расплавления, бронепластины всего-навсего как следует прокалились. Однако, робот встал и более не шевелился, хотя первые несколько секунд с начала атаки еще пытался выбраться из-под направленного луча плазмы. Все внешние орудийные системы “смыло” с корпуса, положив конец шквальному огню. Левый плечевой сустав немного отек. Той половине в целом досталось чуть больше. К тому же механизм так и остался стоять посреди лужи плазмы. Ноги вполне могли прийти в частичную, если не полную, негодность.

«Внерангое заклинание не оказалось совсем бесполезным, полностью или частично, смогло вывести из строя» — отметил владыка Цитадели.

Отведя покрытую золотым пламенем длань в сторону, он призвал свое копье. Расплавив тело главного куратора, оно так и не перестало источать жар, питаясь эмоциями и настроем владельца. Примерившись, эльф метнул Погибель. За доли мгновения ослепительно белое копье преодолело несколько сот метров расстояния, вонзившись в многострадальное плечевое сочленение. Запредельная температура, помноженная на соответствующую ей мощь броска, позволили оружию гильдии проплавить себе ход внутрь тела механизма.

Машина накренилась на несколько градусов, увлекаемая инерцией.

Первый Страж отдал короткий мысленный приказ, в сути своей — попросту пожелал, и Погибель начала высвобождать свою внутреннюю температуру во вне. Больше, чем утекало обычно.

Плечо гиганта начало стремительно нагреваться, меняя оттенки. Не прошло и пяти секунд, как сустав сместился вниз. Внутренности оказались не столь устойчивы к высоким температурам, нежели внешняя обшивка. Впрочем, и та продержалась не долго. Многотонная конечность “съехала”, отделившись от тела и рухнула в озерцо под ногами механизма.

Призвав копье обратно в ладонь, Алголон привычно прокрутил его пальцами, меняя хват, намереваясь совершить еще один бросок. Однако, остановился. Погибель начала остывать. Со стороны это было заметить сложно, но он чувствовал и знал свое оружие, как никто другой.

«Придется повременить»

Тем временем, за творение хранителей Ульдуара взялись драконы и добрая половина магов Эруэнтю. Небо запестрело он рассекавших его заклинаний и потоков драконьего дыхания. Лишившись внешних орудий и увязнув в озере плазмы, механизм превратился из грозного врага в обычный, пусть крайне прочный и громоздкий, манекен.

«Наш Двемеритовый Колосс получше будет. Его так легко не вывести из боя. Чтобы вообще хоть как-то серьезно повредить, потребуется минимум Дамоклов Меч» — владыка Цитадели испытывал толику разочарования, смотря на беспомощного гиганта. — «Думалось мне, хранители и их творения будут более опасными противниками. Эти же толком ничего из себя не представляют. Хотя робота можно будет разобрать на металл, сплав должен быть неплохим. Уже полезно»

Тень от нескольких пар крыльев легла на Первого Стража, привлекая внимание. Оторвавшись от наблюдения за планомерным уничтожением механизма, он повернулся к нему спиной. Аспекты, заложив вираж, спускались к земле, перед самым соприкосновением принимая гуманодный облик. Твердой почвы, расколотой, обугленной и оплавленной, они касались уже парой ног.

— Я готовился к тяжелому сражению. — произнес Малигос. Не изменяя себе, он принял облик человека, облаченного в лазурные одеяния, расшитые сапфирами. — А вышло совсем иначе. Твой орден силен. — он выразительно посмотрел в сторону парящей крепости, заложив руки за спину. — Ты сам поразительно могущественен. — теперь взгляд вильнул вверх, к золотым облакам. — Мощная магия.

— Еще ничего не кончено. — эльф покачал головой, вонзая копье острием пятки в землю. — Главный враг таится у нас под ногами. Но вынужден согласиться, я ожидал гораздо большее сопротивление.

— Как и Древний Бог не готовился противостоять тебе. — Алекстраза сложила руки под грудью. — Все меры обороны Ульдуара предназначены для противостояния наземным армиям смертных рас. Даже кованные из саронита легионы. Твоя мощь сравнима с владыками Пылающего Легиона. Ей мало что можно противопоставить.

— Йогг-Сарон хотел воспользоваться нашей раздробленностью и плачевным состояние лазурного рода. — Изера чуточку приоткрыла глаза, осматриваясь вокруг. — Я бы не смогла явиться вовремя, занятая сдерживанием Кошмара. А Малигос так и остался в своем логове.

— Одной моей стаи слишком мало, чтобы противостоять ему. — поддержала королева драконов. — А больше, до твоего прихода на Азерот, Нортренд не располагал никакими силами, способными дать отпор легионам Ульдуара. Тролли могли продержаться какое-то время, принося кровавые жертвы своим многочисленным Лоа, но не более того.

— Но не показался ли Локен вам слишком… никчемным? — Алголон покосился в сторону, на растекшийся разрозненными лужами, из-за взрыва, металл. Все, что осталось от главного куратора.

— Как знать. — глава синего рода задумчиво смотрел вдаль, на оплавленного гиганта. Словно чего-то ожидал. — Допускаю, что его разум был расколот и находился в состоянии внутреннего противоборства. Не поверить, что хранитель добровольно подчинился Древнему Богу. Скорее узник нашел способ помутить разум своего главного тюремщика. А через него и всех остальных.

— Перед смертью Локен смог прояснить рассудок. — владыка Цитадели до дрожи в руке сжал древко Погибели. Его снова начали охватывать ярость и гнев. — Но не стал отвечать, как ему это удалось. Лишь предрек смерть Азерота, прежде чем замолчать навсегда.

— Так ли это похоже на здравомыслие? — осторожно вопросила Хранительница Жизни. — Словно очередное высказывание безумца.

— Как раз безумия в тот краткий миг не стало. Он говорил об искуплении и прощении, прежде чем коснулся смерти этого мира.

— Мог ли Пантеон оставить на Азероте нечто, способное его уничтожить? — протянул Аспект Магии, не отрывая глаз от далекого зрелища. — На случай, если Древние Боги смогут вырваться из плена… Думаю, вполне.

— Это слишком жестоко. — Аспект Снов нахмурилась.

— Разве могут творцы пойти на такой бессердечный шаг? Они же изваяли этот мир!

— Не будь столь наивна, Алекстраза. — отмахнулся Малигос. — Как люди не могут до конца понимать нас, так и мы не в состоянии разобраться в замыслах Пантеона. Я не стану слепо отметать такую угрозу.

— Нужно очистить весь Ульдуар и начать поиски. — владыка Цитадели кивнул. — Мы ничего не смыслим в сооружениях и языке титанидов, так что самая кропотливая работа ляжет на стаи.