oR1gon – Драконье Пламя: За Порталом (страница 300)

Орхум, полученный из орихалка, вовсе походил на ртуть или масло бурого цвета. Его отличительным свойством было отталкивание магии. Без него орихалк сразу становился на порядок лучше, более податливым для наложения чар или начертания рун, так как магическая емкость металла совершала скачек. Вместе с тем проявлялось свойство уравновешивания стихий, приходящее от других составляющих. Щит из такого очищенного орихалка, без чар или рун, мог выдерживать стихийную магию до пятого уровня, рассеивая ее без вреда.

А вот слитки были представлены одним истинным серебром, очищенным от всего остального. От того вид они имели необыкновенный, полупрозрачный, испускали дымчатый свет. Походили скорее на забаву мастера иллюзиониста или мираж, чем на металл. И вес от того имели минимальный, почти неощутимый. Однако, лучше материала для создания предмета, которым будет пользоваться воин света и просто чистый сердцем человек, не существовало.

При поддержке зачарованных стен, позволявших творить почти невозможное и чью работу уже проверил, Дэтуур был готов рискнуть ценнейшими материалами. В противном случае — никогда. Используя их, он хотел начать делать комплект брони для единственного Обугленного Стража, оставшегося без оной. Все необходимые руны мастер знал и так, поэтому нужды в самом долгом процессе, изучении скрижалей и тренировки начертания, не было.

— Пора. — сам себе сказал мастер.

Надев на пальцы несколько колец, старик подкрепил их браслетами и перчатками. Все они требовались, чтобы он мог с хеканьем оторвать пластину чешуи от верстала и с горем пополам перенести ее на наковальню. В самой жаркой печи клана она бы разогревалась трое суток, прежде чем стать хоть как-то пригодной к обработке. С молотом, впитавшим себя жар крови Первого Стража, таких неудобств можно было избежать. Что было заблаговременно проверено.

…

В очередном творческом порыве, на ниве попыток составить полноценные чертежи для своего, Парового Колосса, Экзибин изобрел нечто совершенно иное, хотя и похожее на то, чего он хотел. И теперь расхаживал по кузне внутри костюма. Представлял он из себя, ни много, ни мало, гуманоидную фигуру без выраженной головы, грубое туловище на ногах и с руками. Штуковина эта постоянно выпускала из суставов раскаленный пар, а работала от маленького элементального ядра. Являлась големом, которым мастер управлял изнутри, спрятавшись, как в доспехе. Прототип, а именно им оно и являлось, имел на спине охлаждающийся бак с пивом на двадцать литров, и проведенные внутри корпуса трубки, поставлявшие напиток оператору. Больше ничего, кроме как ходить и брать предметы, он не мог.

Тем не менее, собранный буквально на коленке, имеющий отвратительные грубые швы и откровенно паршивую подгонку деталей, костюм показывал себя с лучшей стороны. В жаркой кузне, где раскаленный металл тел по желобам к пресс формам, он обеспечивал комфорт, защищал от брызг и давал силу. С ним можно было вполне обходиться без кран-балок, самостоятельно таская детали или закрепляя пластины.

Бесконечно сидя внутри костюма, Мегакрут слонялся по своей кузне, следя за работой, подмечал его недостатки и, конечно, пил пиво. Чем неимоверно бесил свои подмастерья. Но это они просто не знали, что безумный изобретатель планировал поставить производство костюмов на поток. Чтобы, сначала, обеспечить ими всех своих работников, для ускорения и повышения эффективности, а потом и шахтеров. Увы, но в кузне часто случались эксцессы, благодаря которым лекари не оставались без работы. То же касалось рудокопов. Порой и им доставалось от обвалов или иных неурядиц, хотя в отношении дварфов подобное казалось чем-то из разряда сказок. Однако, помимо защиты, костюм мог банально ускорить добычу руды, придавая каждому удару больше силы.

— Мастер Экзибин! — подбежавший ученик, совсем еще мальчишка, исполнявший мелкие поручения внутри кузни, начал подпрыгивать и махать руками, чтобы привлечь внимание.

— Ну чего еще? Я занят! — из корпуса костюма прозвучала мощнейшая отрыжка, отраженная от адамантиевых пластин.

— Вас к третьим воротам требуют. Воины ордена пришли! — важно добавил он, обиженно насупившись. И его можно было понять. Ученику не давали достаточно пива, чтобы так же от души и всласть рыгнуть. А это, между прочим, считалось одним из признаков успешности в клане.

Проворчав нечто нечленораздельное, но мигом растеряв большую часть спеси, Мегакрут пошагал в нужную сторону, по пути ловко лавируя между носящимися вокруг подмастерьями и перемещаемыми грузами. В своей кузне он был как рыба в воде. Знал каждый уголок и как работает каждый механизм. И не мудрено, ведь сам все проектировал и постоянно дополнял.

Наконец, добравшись до третьих ворот, через которые обычно выводились наружу танки, самопальный инженер едва не споткнулся, обомлев. Прямо там, вместе с отрядом ордена, возглавляемым мастером клинка, стояло несколько открытых повозок, без верха. А внутри, благодаря откинутым бортам, виднелись ядра. Да не простые. А специальные, внутри которых модно было удержать многое, очень многое, имеющее нематериальную природу. Но на тех же Владык Элементалей их бы не хватило.

— Принимай, мастер. — произнес брат ордена, как только изобретатель с ними поравнялся. — Сенешаль велел доставить тебе напрямую. Тут четыре духа, которым поклонялись, как богам. Не очень впечатляющие твари, не жди от них ничего особого. Скоро будет еще, поинтереснее.

— У нас тут каждое ядро на пересчет, друзья. А такие — ух, что с ними можно сделать! Хотите пива или, может, самогон? Только лучшее, из личных запасов! Даже особым кое-чем поделюсь! Такая радость не каждый день на меня обрушивается! Ну, что скажите?!

— Попробуем твое угощение, мастер-кузнец. — мечник кивнул, чем смог немного порадовать свой отряд. — Веди.

— За мной! — резко развернувшись, дварф устремился через склад, где готовые боевые машины стояли совсем недолго, прежде чем их забирали на дальнейшее размещение.

…

— Хи-хи… Хи… Ха-ха-ХА-ХА-ХА!!! — смех, способный посрамить ужаснейших демонов, разнесся из личной мастерской главного и единственного инженера клана. Проходящий мимо подмастерья подпрыгивали на месте и спешили удалиться подальше, предупреждая всех встречных — Экзибин снова напился в сопли.

У мастера имелся шикарный повод. Еще одни чертежи грозились вот-вот воплотиться в жизни. Едва получив доступ к перечню новых материалов и их свойств, он сразу породил чудовище. Пришлось переиначить многое. Да почти все, начиная от слоев композита брони, заканчивая расположением плит и пушек. В итоге, на базе первого сверхтяжелого танка родился его брат, по-настоящему сверхтяж. Почти четыреста тонн веса, пятнадцать метров в длину, десять метров в ширину и семь высотой. По расчётам, танк должен был использовать минимум два мощных ядра, дающих максимальный выход маны. А лучше сразу три или четыре, для максимизации его боевых показателей. Но при условии пленения лоа, могло хватить и одного ядра.

Танк Мегакрут назвал просто и со вкусом, что полностью отражало его назначение — Гибельный Клинок. Для чего навесил на него максимальное количество пушек, задрав огневую мощь. Он один мог заменить собой ударный кулак круга, удерживая позицию или прорываясь прямиком в строй врага, не нуждаясь в поддержке. В том ему должен был помогать соответствующий двигатель, на основе титана и плавня. Конечно, жизнеспособность чертежей еще предстояло проверить. Для чего вытребовать все нужное у главы клана. А нужного было много, очень много.

Тем не менее, это не мешало мастеру-кузнецу заранее праздновать свою “победу”, тестируя новые настойки и дистилляты.

— Мощь одиннадцати стволов!!! — горланил он, остервенело работая волшебным пером в одной руке и держа в другой колбочку с пузырящейся, мутноватой, красной жижей.

Постепенно вырисовывался еще один чертеж. То была рука, по всем отмеченным меркам, соответствующая будущему Паровому Колоссу. А где-то в ворохе разбросанных бумаг было и оружие к ней.