oR1gon – Драконье Пламя: За Порталом (страница 3)

«Ружейников не хватает» — Мысленно посетовал Алатор. — «Под их огнем, да при поддержке магов, к нам мало кто смог бы подобраться»

Взрыкнув, на крышу повозки грузно приземлился ящер, зло рокоча и скаля клыки. В боку и лапах торчало пять копий, причинявших ему жуткую боль.

— Подлый твари. — Отцепив страхующие ремни, всадник лихо спрыгнул со своего спутника, выплюнув несколько проклятий. — Засаду устроили. — Вытащив из волшебной сумки пузатую склянку, объемом не меньше литра, он подошел к задней лапе своего зверя. — Не поможете?

Встав перед виверной, кровопийца осторожно притянул ее голову, начав правой рукой поглаживать вдоль гребня, чтобы успокоить. Ящер ткнулся носом в нагрудник, тяжело дыша.

— К лагерю идет отряд.

Зверь заклокотал и лязгнул клыками по металлу. Извлечение копья из задней лапы причинило ему немалую муку.

— Около тридцати воинов. — Всадник откупорил банку с зельем и обмакнул в него специальную кисть. Поднеся ее к кровоточащей ране, он начал осторожно обрабатывать края, нанося на них состав.

— Мы позволили им следить за нами, чтобы показать свои добрые намерения. Даже убрались подальше. И при этом столь малый отряд?

— Они дикари. Знают, как ковать добрую сталь. — Дорен постучал тыльной стороной ладони по наконечнику копья, выбивая глухой гул. — Но в остальном… слишком кровожадные. Я своими глазами видел, как они принесли в жертву на алтаре гуманоидного вида медведя.

— Дикарский образ жизни не означает безмозглость. Все-таки город они отстроить смогли.

— Жертвенник действительно выглядит приемлемо издали. Но на нем хватает следов, оставленных временем. Его возвели очень, очень давно. — Третье копье свалилось к кованым сапогам мужчин. Крепкозуб переступил с ноги на ногу, недовольно встряхнув головой. — Остальные постройки сплошь грубые, хлипкие лачуги из дерева, укрытые листьями.

— Какие разительные отличия. Что можешь сказать о креп… — Вскинув руку, Алатор сотвори голубую полусферу щита, отразившую в сторону разом три брошенных копья.

— Пронзающие! — Коротко скомандовал сотник.

Из-за кромки деревьев послышались боевые кличи и улюлюканье, вслед за которыми полетели новые снаряды.

Воины крови, стоявшие во втором и третьем ряду, вскинули башенные щиты над головами, превратившись в непроницаемый монолит. Дикарское оружие бессильно разбивалось о преграду, неспособное ужалить плоть.

Рубаки дали залп по лесу из арбалетов. Все болты миновали многовековые стволы деревьев, укрыв землю градом. Из зарослей раздались крики.

Воспользовавшись моментом, литые дротики метнули воины крови. Испуская тусклый свет рун, они со свистом вспороли воздух, уносясь прочь и вонзаясь в исполинов.

Сомкнув щиты, младшие братья ордена ждали следующего выпада врага. Арбалетчики совершали одиночные выстрелы, полагаясь на собственную зоркость.

— Очистите лес. — Голос кровопийцы, подкрепленный специальным заклинанием, пронесся над опушкой.

…

Несколькими часами позже

Первые лучи рассветного солнца коснулись сваленных в одну кучу тел синекожих дикарей. Из их ртов торчали длинные, порой с предплечье человека, самую толику изогнутые бивни. На руках насчитывалось всего по три пальца. Уши широкие, длинные, похожие на крыло летучей мыши. Лица узкие, вытянутые, как и носы.

При мертвецах находилось и все их снаряжение. Ожерелья из клыков и кусочков мумифицированной плоти, да прочие амулеты, обладающие слабенькой магической аурой. Деревянные и металлические поделки на манер доспехов. В сущности — пластины, тем или иным способом крепящиеся к телу. Лишь копья вызывали каплю интереса, благодаря действительно искусному исполнению.

Одно, покрытое изморозью и обмораживающее все, к чему прикасалось лезвие, в общую свалку не попало. Его было решено забрать и отдать в Храм Огня, так как на оружие находились неведомые магам кругов чары.

Встав напротив тел, Алатор коротко сосредоточился, сплетая не самое простое заклинание из своего арсенала. Миновала секунда, и из-под трупов вырвался широкий столп ревущего огня, поднявшийся на десяток метров к небу.

За несколько мгновений от отряда налетчиков не осталось ничего, кроме праха. И лес не пострадал, за исключением пятачка земли, диаметром в несколько метров.

Развернувшись, командир экспедиции быстро дошел до последней оставшейся на опушке мифриловой повозки. Остальные уже уехали, минутой раньше, по проторенной танками просеке. Не всегда получалось проехать, минуя деревья. Часто транспорт оказывался излишне громоздким для этих мест.

Поднявшись по трапу, мужчина прибрал его за собой, нисколько ни чураясь, закрыл двойные двери и запер их на засов. Внутри, помимо него, находились все мастера клинка, по самому искусному магу из каждого круга и пленник. Свет поступал из немного приоткрытых бойниц, бледно освещая лица людей.

Ради такой роскоши — свободного пространства — пришлось потеснить весь остальной караван, а часть груза вынести на крыши дварфийских изделий, что отнюдь не прибавляло настроения мечнику.

Большая часть провизии хранилась в волшебных коробах, охранявших еду от порчи. И пусть те были герметичны, не боялись дождя и заветривания, вполне могли пострадать во время очередного нападения. В волшебных сумках нашли себе место крупы, да мука, способные годами оставаться пригодными, если уберечь их от паразитов и влаги. Словом, все то, что братья ордена использовали не столь часто, отдавая предпочтение мясу во многих его проявлениях.

— Кто возьмет на себя роль? — Мастер клинка снял с пояса свиток, позволявший заглянуть в память, и присел на лавку.

— Я, командир. — Слово взял член круга огня, облаченный в алую мантию с глубоким капюшоном, расшитую золотыми нитями и мелкими рубинами, ограненными в форме капель. — Мой разум достаточно закален практиками.

— Держи, Рагтир. — Алатор протянул сверток волшебной бумаги, передав в руки спутника. — Надеюсь, у тебя получится понять его язык.

Дикарь забился в цепях, силясь вырваться и рыча, но не как зверь. Это явно были слова.

— Постараюсь. — Маг предельно серьезно кивнул.

Чародей развернул перед собой свиток и зачитал заклинание. Во вспышке голубого огня бумага сгорела, не оставив после себя ничего. Яркая серебряная нить протянулась между лбом человека и синекожего.

Глаза мага заслонила пелена света, в которой почти потерялся вытянутый, драконий зрачок. Под нижними веками переливались матовым блеском красные чешуйки, появившиеся после употребления концентрата крови.

У каждого члена ордена Драконьей Крови появились подобные признаки на лице. Чести испить эликсира удостоился каждый, без исключения.

Несколько минут внутренне пространство повозки наполнял легкий стук колес, наезжавших на камни, да пение редких птиц.

Наконец, маг дернулся, словно очнулся от внезапно нахлынувшего сна, осмотрелся, и закрыл глаза.

— Эти существа зовутся троллями. — Сказал он, не шевелясь. — Поклоняются идолам и неким божествам, лоа. Нередко, что их задобрить, приносятся кровавые жертвы. Чаще всего — другие тролли.

Каждый раз, как звучало название его расы, дикарь дергался, что-то говоря.

— Он из племени Драккари. — Рагтир открыл глаза, пронзив своего визави взглядом. — Жестокого и злобного. Превыше всего они ценят войну, битвы. Испытывают от них настоящий восторг. Перед нами воин по имени Зим’бо. Ни разу в своей жизни он не пытался завести диалог с другими разумными расами. Не знал он и ни одного другого тролля, делавшего подобное. Окружающих они рассматривают как еду и жертвы.

— То есть…?

— Сырое мясо основа их рациона. Чье — значения не имеет. Животное, другой тролль или фурболг, разницы нет. Все едино и все съедобно.

— Чертовы каннибалы. — Не без удивления процедил один из мастеров клинка. — В прошлом мы уже извели несколько племен людоедов. — Он погладил ножны меча, лежавшего на коленях.

— На все воля Первого Стража. — Кровопийца перевел взгляд на пленника. — У нас получится поговорить?

— Недолго. Около часа. — Ответил чародей. — Чужие воспоминания быстро выветриваются.

— Записать язык сможешь?

— Потребуются свитки и время.

— У тебя все будет.

— Задачу лучше разделить между всеми нами. — Слово взял член круга воды. — Так нагрузка на разум будет меньше.

— Согласен. — Рагтир кивнул в знак поддержки. — Все-таки чтение памяти дело не простое.

— Приступим к расспросам. — Настоял командир экспедиции. — Все остальное — позже.

…

Цитадель

Лежа на огромной кровати в своих личных покоях, Алголон придерживал обнаженную супругу за талию. Его глаза цвета расплавленного золота были полуприкрыты. Разум поглощен туманом мысли.

— О чем думаешь? — Заметив, что рука супруга перестала “гулять” по ее телу, спросила Тиамат, прижимаясь щекой к груди создателя и слушая стук его сердца.

— Волнуюсь за младших членов нашей стаи. — Тихо произнес он, опуская взгляд на возлюбленную драконицу. — Боюсь, если кто-то из них погибнет, я не смогу его воскресить.

— Твои переживания напрасны. — Хранительница сокровищницы приподнялась и оставила поцелуй на лбу эльфа. — С ними лучший воин, не считая младших стражей. Ничего не произойдет. — Тонкое одеяло сползло с ее нагого тела, обнажив наметившийся животик. На сей раз всего тройня.

— Надеюсь.

— Со дня, как был нащупан новый путь, ты словно проснулся ото сна. — Мать многих драконов лукаво улыбнулась, забираясь на супруга. — Не знаешь, каким делом заняться. Из постели меня не выпускаешь.