oR1gon – Драконье Пламя: За Порталом (страница 194)

— Почему? — спросил он.

Малфурион в это время стоял на месте, но тоже порывался что-то сделать. Если бы не рука супруги, лежавшая на груди, он мог совершить глупость. Недвижимой осталась и тюремщица.

— Предатель не поможет тебе. Ты лишь приведешь демонов на Азерот, тщеславно полагая, что сможешь победить Легион! Нельзя одержать верх над демонами! Такое никому не под силу!

— Жалкий, лицемерный трус. — спокойно произнес драконоборец, таким тоном, будто судья, выносивший вердикт. Впрочем, так оно и было. — Ты оказался неспособен понять, когда пора остановиться.

Нарочито медленно Алгалон поднял руку, взяв копье обратным хватом, готовясь совершить бросок. В ту же секунду Кенарий исчез с поляны, растворившись в листве и траве.

— Что и следовало доказать. — он опустил Погибель, поворачивая голову к верховному друиду. Теперь он выглядел совсем иначе — осунувшись, растеряно и в смятении. Немного сгорбившись. — Вот он, твой наставник и его истинное лицо. Подло напасть и сразу отступить, почуяв опасность, видимо, про него. Достойный ли это пример? Я так не считаю. Уж если раскрыл рот или замахнулся, будь добр готов биться до последнего и получиться в ответ. Будь уверен, развязав кровопролитие, он бы сбежал точно так же.

— Это не похоже на наставника… — верхновный друид потрясенно поднял руку к голове. — Он мудр, прожил многие тысячелетия. Он наставлял всех друидов. Разве мог он так поступить сейчас?

— Преданность ослепила твои глаза. — владыка Цитадели похлопал здоровенно эльфа по плечу, когда проходил мимо.

Перед входом в курган, прямо из тени выросла тюремщица и уперла свою глефу в грудь Первого Стража.

— Я не соглашалась отпустить Предателя. Все его ошибки не искупить еще десятью тысячами лет заточения. И в отличии от полубога, я позорно бежать не собираюсь.

Исчезнув снова, она появилась уже сбоку, опуская занесенную для удара руку. Еще три эльфийки в схожих доспехах возникли с других направлений, готовые напоить глефы кровью. Еще до того, как их оружие коснулось Чешуи, оно зашипело и раскалилось, опадая на траву белыми каплями. Вслед за ним, та же участь постигла перчатки. Металл водой стекал с ночных эльфиек, а все остальное — сгорало. Пока они не остались полностью голые.

«Трудновато такое контролировать, но до чего эффектно получилось. Надо будет как-то натренировать этот навык. Выглядит весьма полезным»

— Еще какие-то аргументы? — в этот момент драконоборец радовался, что никто не может видеть его улыбки. Вид стольких воительниц, оставшихся в чем мать родила, их растерянность и непонимание, ему откровенно понравились. — Напомню, что вредить вам не хочу. Мы на одной стороне.

— Ты не сможешь сломить меня так просто. — главная тюремщица встала в стойку, явно изготовившись к борьбе.

— Давай так, я заберу Иллидана и вас вместе с ним? Ты сможешь оставаться его надзирательницей и контролировать. Будешь ходить за ним тенью. В противном случае я все равно заберу Ярость Бури с собой, но уже без вас. Как тебе уговор?

«Так, мне определенно надо вернуться в Цитадель… Очень уж хорошо выглядят местные эльфийки» — драконья сущность, ставшая такой же частью Алгалона, как и все остальные, давала о себе знать.

— Идет. — сказала, как выплюнула, она. — Я Майев Песнь Теней.

Глава 114

Внутреннее убранство тюрьмы, изначально созданной только для одного заключенного, производило на Алгалона знакомое впечатление. Узкие, запутанные ходы, сплетавшиеся в лабиринт, хорошо подходили для обороны. Не раз и не два его взгляд цеплялся за потайные ходы, находя мельчайшие щели, которые не заметить простыми глазами. Посторонний мог легко запутаться, потеряться. Все вокруг казалось одинаковым, от чего разбираться в хитросплетениях могли только те, кто жил в этом месте, посвятил себя ему.

Эльфийки жили в настоящей крепости, путь и иного толка.

Всякий раз, когда им на пути попадались стражницы, неизменно женщины, они коротко кивали и шли дальше, по своим делам. Никто не останавливался, чтобы задавать вопросы. Все воспринимали видимое как данность. Их не смущало, что главная тюремщица голышом ведет куда-то чужаков, будто так и было заведено.

Все воительницы носили доспехи, подобные их предводительнице. Как успел заметить владыка Цитадели, жили они скромно. Украшения, роскошь или любые другие излишества отсутствовали, в том числе в месте обитания стражниц. А единственная комната, которую он смог мельком осмотреть, напоминала келью. Была маленькой и бедной. Там помещалась кровать, маленький стол со стулом, узкий шкаф и, что удивительно, принадлежности для рисования. Больше ничего.

«Казарма, совмещенная с тюрьмой. Даже у братьев и сестер ордена больше различных удобств, хотя мне всегда думалось, что их самый минимум. Впрочем, я не всю видел, возможно, есть еще что-то. Наверняка должно быть. Иначе так можно из ума выжить. С другой стороны, что мне вообще известно о жизни этих женщин и устройстве разума бессмертной расы? Вполне может статься так, что для них подобные условия приемлемы»

— Похоже, у ордена стражей много общего с орденом Драконьей Крови. — заговорил драконоборец, бросив на идущую чуть впереди эльфийку заинтересованный взгляд. — Конечно, мы не занимаемся пленением преступников, но суть почти одна. Борьба.

— Может быть. — Майев не поворачивала головы, но по ледяному тону и так становилось ясно, каков ее настрой.

— Прошу прощения за испорченные оружие и броню. Мои кузнецы изготовят для вас новую, лучше прежней. Уничтожить их мне показалось лучшим исходом, нежели давать вам ощутить тяжесть моих ударов.

— Лучше? — Песнь Теней обернулась через плечо, в сияющих белым, лунным светом глазах, тлели угольки гнева и досады. — Я была с ними одним целым на протяжении последних тысяч лет, дракон. Их изготовили еще во времена империи! Уже не осталось таких мастеров.

— Поверь, дварфы из клана Драконьей Пасти способны создавать шедевры куда лучше всего того, что тебе доводилось носить или держать в руках.

— Например, твои доспехи? — главная тюремщица отвернулась, однако разговор решила продолжить. — Они смогли противиться гневу полубога. Большая редкость.

— Нет, это моя чешуя, проявленная таким образом на гуманоидный облик. — Алгалон был единственным источником яркого света в подземелье. Огни здесь были редки, да и те находились в жаровнях у келий. В основном мрак разгоняли огоньки, жившие в пробивавшихся из полотка корнях.

— Зачем дракону кузнецы?

— Для оснащения армии конечно. Азерот столь же опасный мир, сколь прекрасный и интересный. Едва прибыв, мы обнаружили у себя под ногами темницу с мерзостью столь древней, могущественной и огромной, что подобное трудно представить или осознать. С ними должен кто-то бороться. Нельзя нечто подобное оставлять и дальше в покое.

— Стены темниц расшатаны войнами и катаклизмами прошлых тысячелетий. — слово взяла Изера. — Мы не осознавали того, пока Аспект Огня не открыл нам глаза. Влияние Древних Богов повсюду, в каждом кусочке нашего мира. Они смогли поразить своей порчей Изумрудный Сон и Аспекта Земли. Из-за них Нелтарион сошел с ума во время Войны Древних. Неизвестно, что еще они могли осквернить, как повлияли на наш мир. Но именно сейчас они ослаблены более всего, поэтому их можно и нужно убить.

— Это нужно сделать до следующего вторжения Пылающего Легиона. Иначе трудно предсказать, как на события повлияют узники титанов. Азерот должен быть очищен.

— Пока вы не явились, жизнь у нас была гораздо проще. — Майев нахмурилась. — Меня волновала только одна темница и одно чудовище.

— За что ты так ненавидишь Иллидана? Он сражался за свой народ.

— Предатель спелся с демонами и получил силу от их повелителя! — куда резче, чем раньше, ответила эльфийка останавливаясь. Развернувшись, она вперила полный гнева взгляд в глухой шлем. Ее нисколько не смущал собственный вид. Нагота полностью игнорировалась. — Демоны коварный и страшные враги! Неизвестно, что мог сотворить с разумом Ярости Бури их владыка! Источник, который он сотворил и на берегу которого убил тех, кто пытался ему помешать, вполне мог являться частью планов демонов по возвращению обратно. Нам не нужен источник, покуда сопряжен с такими рисками. Нам не нужны маги, раз они могут стать причиной еще одного вторжения. Война началась из-за них, из-за тщеславной королевы. Сейчас наша земля прибывает в мире и покое. Без магов.

— Не оружие обрывает жизнь, а направляющая рука. Оно лишь инструмент. Так и с магией. Она всего-навсего инструмент, продолжение воли мага. Кель’дорай, уйдя, создали себе еще один источник и пока ничего дурного с ними не произошло.

— Пока. — сквозь зубы процедила главная тюремщица. Ее спутницы оставались молчаливы, едва заметно кивая в знак согласия.

— Возможно. Но как без магии создавать оружие, доспехи и прочее? Как без магии бороться со столь мощными врагами, как демоны? Я ведь видел — ваше снаряжение имело чары. Не потому ли их больше не повторить, что калдорай лишились магов, которые могли бы нанести на них чары? Способно ли друидство вообще помогать цивилизации развиваться? Не думаю. Являться частью — да. Но не основой.

— Ты прав, дракон, над теми доспехами работали маги. Они наследие империи. Однако, не смей пытаться унизить или пошатнуть нашу веру в собственный выбор. Маги — источники проблем. В этом ты никогда не сможешь меня переубедить.