oR1gon – Драконье Пламя: За Порталом (страница 101)

Лишь спустя минуту, когда весь металл окончательно выгорел, придворный маг пришел в себя. С искаженным от горечи лицом он поднялся на ноги и подхватил отложенную до поры иглу. Уже собираясь потянуться вперед, забрать жидкое сокровище, он остановился.

Крови не было.

Испуг и паника на грани ужаса пронзили все существо безумца. Кинувшись вперед, он голыми руками принялся растягивать в стороны шлак. Черные ошметки летели в стороны, пятная чистый пол. С каждым мгновением состояние младшего стража ухудшалось.

Так и не найдя искомого на столе, он резко обернулся и окинул взглядом пол. Не удовлетворившись одними глазами, он в отчаянии опустился на брюхо, уподобившись бедняку, собирающему брошенные в грязь монеты. Наплевав на собственное достоинство, драконид метался от одного ошметка к другому, низводя их до состояния пыли в тщетной попытке найти искомое.

Покончив с последним кусочком шлака, Изурегас застыл на месте, перестав дышать и моргать. В его разуме и глазах царило полное опустошение. Без толка растратив нечто, ценность чего не мог себе вообразить, он впал в прострацию.

Только спустя почти три минуты, кончики пальцев дрогнули и вонзились в ладони. Но боли не было. Драконид настолько отрешился от реальности, что не замечал никаких раздражителей.

— Потерял… потерял… виноват… — бубнил он, того не осознавая.

Первая мысль, рожденная воспаленным сознанием, возникла спустя почти пол часа. Став маленьким камушком, скатившимся по горному склону, она породила настоящий камнепад. Одна за другой, все абсурднее и абсурднее, они начали наполнять голову, роясь и жаля мозг.

Дергано поднявшись с пола, Изурегас более осмысленным взглядом уставился на свои руки. Раны его не волновали, чего нельзя сказать о саже на пальцах. Она полностью завладела вниманием драконида. Неописуемая гамма эмоций отразилась в его мимике и глазах, но пропала столь же быстро, как и появилась. Им на смену пришло раскаяние.

Бытие безумца научило придворного мага до некоторой степени контролировать неконтролируемые порывы и желания.

Подстегнутый пороком и жаждой познания, Изурегас мог пойти на траты любых ресурсов. В его собственной системе ценностей опыт и знания имели первичное значение. Все остальное меркло на их фоне и считалось незначительным, вторичным в лучшем случае.

Однако, имелось кое-что, всегда стоявшее в не системы. Страж, коего младший страж чтил истинным драконом, венцом всей жизни. Идеальной формой бытия. Существом, ранее находившимся над мирами смертных, ради забавы скитавшимся от одного к другому, принимая разные облики.

— Какое… кощунство… — прошептал он, потрясенный последствиями собственных действий.

Вдоволь насмотревшись на способность крови оставаться нетронутой, пока не нашел для нее подходящий сосуд, младший страж никак не ожидал… столь бездарной утраты. Будь все иначе, ему бы никогда не хватило смелости пытаться использовать кровь своего владыки для простейших экспериментов с металлами. Но она всегда оставалась невредимой.

— Я должен был это предвидеть! — выкрикнул Изурегас, держа ладонь на груди.

Утрата всего одной капли концентрата ранила его столь сильно, как не мог ни один клинок. Сердце бешено колотилось в груди, грозя разорваться, а затронутое помутнением сознание так и не пришло в норму. Придворному магу приходилось прилагать изрядные усилия, дабы держать себя в руках. Насколько это было вообще возможно.

Против воли, взгляд младшего стража соскользнул в сторону, прикипев к мерно парящему в воздухе кубу. Именно в нем, за многими слоями чар, хранилась все испепеляющая кровь. Весь имеющийся концентрат. Всякий раз, стоило дракониду туда посмотреть, его бросало в жар, а руки начинали мелко трястись. Ему было невыносимо тяжело, почти физически больно, находиться рядом с чем-то столь близким, желанным, и вместе с тем недостижимым.

Его никогда не покидали мысли о том, каким бы он мог стать, проведя ритуалы с кровью своего владыки. Сожжет ли она его, как все остальное, или… вознесет еще выше, позволив, наконец, стать настоящим драконом?

— Одна капля потеряна безвозвратно, но я же видел, видел… Она пыталась стать одним целым с красным адамантием. Хотела слиться с ним. Попробовать еще? — схватившись обеими руками за собственный рога и потянув в сторону, Изурегас зажмурился, пытаясь повернуть голову. — Всего одна. Да… последний раз. — все тело придворного мага напряглось, сопротивляясь. — Нет! Нельзя, я не могу! — он сделал шаг в сторону, но один глаз приоткрылся и тело замерло.

Вертикальный зрачок смотрел точно на куб.

…

Ночь того же дня

Плавильня — сердце Огненных Недр и место обитания всех литейщиков клана Драконьей Пасти. Она находилась в середине города, и уже вокруг нее строились все остальные кварталы. Ремесленные, понятное дело, располагались ближе всего, особенно многочисленные кузни. Все остальное находилось дальше, в зависимости от своей важности для производства.

Телепортировавшись в никогда не остывающее сердце, Тауриссан не мог не остановиться, дабы насладиться. Вид десятков гигантских тиглей, в которых находился расплавленный металл, согревал его душу и смягчал нрав. Движимые цепями размерам им под стать, они перемещались по всей Плавильне, в одном литейщикам известном порядке. Иной раз замирая на месте, некоторые тигли наклонялись вперед, выплескивая белый металл.

Попадая сначала в специальные бассейны, из них расплав растекался по желобам, пронизывающим почти весь город. Часть вела напрямую в кузни, другая часть, большая, в формовочную. Там металл превращался в слитки, которые потом транспортировались на склады, либо на личные нужды мастеров сплавов.

В этом месте работа никогда не прекращалась, даже на пол часа. Руда из Азерота шла бесконечным потоком, но и до открытия очередного мира материала хватало. Жилы под самим городом казались почти бесконечными, постепенно превращаясь в ряды идеальных слитков, сокрытых во тьме кладовок.

А уж после того, как глава клана объявил о планах на создание еще трех Колоссов, литейщики будто с цепи сорвались. Каждый хотел внести свое имя в историю, стать тем самым дворфом, который изобретет металл, способный выдержать всю ту мощь, что будет питать величественного и одновременно ужасающего голема.

Владыке подземного народа оставалось делать малое — следить за бесперебойными поставками пива и самогона, да время от времени проверять результаты.

С выпивкой и вовсе получилась интересная ситуация, принесшая особую головную боль Тауриссану. Ведь, как оказалось, на поверхности готовят в основном сущие помои. Ни тебе настоек на отборных грибах, ни славного горлодера, чистого, как слеза младенца. Встречались и отличные экземпляры, да стоило таких мер золота, что хотелось убивать, не смотря на все безумное богатство Цитадели.

В итоге, владыка Огненных Недр нашел, как ему показалось, идеальный вариант. Он начал закупать помойное пойло, в сторону которого никогда не посмотрел бы ни один дварф, умирая от жажды. И уже из него самые прославленные в клане умельцы готовили самогон, дополняя его на свой лад. Напиток всегда получался особенным, необычным, от чего настроение поднималось у любого ворчуна.

С пивом же дела обстояли… тяжело. Зерно нельзя было прогнать сквозь алхимические аппараты и получить на выходе нечто нормальное. Приходилось готовить самим, но с этим клан всегда справлялся. Проблема крылась в природе самих подземных коротышек — они могли выпить сколько угодно и им все равно покажется мало.

Было дано начало процессу расширения пивоварен, грозящее увеличить производство в четыре раза, и примерно в десять раз раздуть самомнение пивоваров. В то же время варка пива прекратилась, а добыть приемлемый по качеству пенный напиток на стороне не представлялось возможным. Люди в большинстве своем готовили настоящую хрень.

Дварфы Нового Мира же… были настоящим позором. Клан Драконьей Пасти предал их анафеме после первого же контакта. Тому хватало причин, но среди них имелись две главные и неоспоримые — они ковали железо и с удовольствием покупали чужое пиво, а не варили свое. Чтобы окончательно потерять всякое сходство с дварфами в глазах клана, им оставалось начать брить бороды.

«Может попробовать поискать на Азероте? Чем Страж не шутит, вдруг найдется пара нормальных пивоварен? Нам сейчас каждая капля на счету…»

Вдоволь налюбовавшись видами раскаленного металла и дрожащего от температуры воздуха, глава клана размеренно зашагал вдоль одного из многих желобов. Путь вел его к не особо приметному знанию. Оно почти ничем не отличалось от окружающей застройки, сливавшейся с общими коммуникациями Плавильни, а иногда напрямую являющимися их частью. Не редко трубы и желоба входили в постройки, пронизывая их насквозь. Лебедки и дороги проходили по крышам. Сотни мостиков и настоящих мостов пересекали озера жидкого металла и каналы.

Без стука открыв дверь, Тауриссан вошел в небольшую комнатку, сразу же натолкнувшись на того, кого никак не ожидал увидеть. От вида довольной рожи Экзибина, благостный настрой начал стремительно выветриваться из младшего стража. Отпихнув в сторону с прохода проклятого изобретателя, он прошел внутрь, заняв свободный угол.

Остальные, целая делегация литейщиков, все как один белобородые, вынужденно толпились в противоположной половине. Едва не наступая друг другу на ноги, они пытались пролезть вперед, к столу. На нем лежал плод общих усилий всех лучших литейщик Плавильни.