Омери Уолш – Зеркало Бездны (страница 11)

‒ Остановись! ‒ кричу я ей, но она будто не слышит меня и продолжает убегать.

‒ Арья! Там обрыв! ‒ надрываю я свое горло, чтобы мои слова дошли до нее.

Поворачивая свою голову в мою сторону, она смотрит на меня своим решительным взглядом, будто уже знает все ответы, на все вопросы в этом мире.

Глупая девчонка, в какие игры ты задумала играть?!

Как я и ожидал, она не сбавила своей скорости, а лишь прибавила ее.

Черт, я должен немедленно развернуть ее.

Я бегу за ней со всех ног, отчаянно желая обвить ее своими руками и не дать ей упасть со скалы прямо в воду, ведь я уверен, что никто не выживет, если упадет с такой высоты.

Мое сердце колотится как никогда, а дыхание становится все более тяжелым. Я не могу позволить ей совершить эту глупую ошибку, ведь если малышка полетит вниз, я, не задумываясь, прыгну за ней.

Я слышу, как ее шаги все более отдаленными, и в моей груди начинает зарождаться вихрь тревоги и ярости.

‒Арья, СТОЙ! ‒ уже взревев, кричу я, но мой голос звучит глухо, среди всех звуков леса.

Я вижу ее силуэт впереди. То, как красиво развеваются ее волосы на ветру, когда она стремительно пробегает мимо последних деревьев, за которыми следует обрыв.

Блять, я не могу позволить, чтобы это стало моим последним воспоминанием о ней!

Видя то, как Арья приближается к обрыву, я уверенно ускоряюсь, стараясь сократить расстояние между нами.

В этот момент вижу, как она делает свой последний шаг в пропасть.

‒ НЕТ! ‒ Последние мои слова.

Раскинув руки в стороны, я успеваю захватить ее в свои объятия, но уже слишком поздно…

Мы летим вниз.

В воздухе царит безысходность, звуки нашего сердцебиения, и крик Арьи. Когда она видит меня цепляющимся за нее, в ее взгляде отображается вся уязвимость ее души.

Она явно шокирована, что я прыгнул за ней, да еще и заключил в свои объятия. Глаза широко раскрыты, будто она не верит тому, что я прыгнул за ней.

Ее лицо выражает сожаление, и страх. Я стараюсь укрыть ее своим телом, чтобы весь урон от столкновения пошел на меня.

Она цеплялась за меня крепко, будто боится отпустить. Мы парим в воздухе, ощущая всю свободу бытия. Мой взгляд устремлен вниз, к бурным водам реки, которые с глухим шумом разбиваются о камни.

Я не мог ни о чем думать, кроме как об Арье.

Главное, чтоб она спаслась.

Главное, чтобы мы всплыли на поверхность. Я первый раз в жизни так сильно переживал о ком-то, не считая моей погибшей матери.

Готовясь к моменту столкновения с водой, я обнимаю ее сильнее, утыкаюсь лицом в ее волосы, напоследок вдохнув ее аромат.

Она пахнет невинностью и розовой пудрой ‒ сладкий, ненавязчивый аромат ее тела сводит меня с ума. Ее запах был индивидуальным, только она имела право пахнуть так идеально.

Идеально для меня.

Когда мы были уже совсем близко к воде, я шепчу ей на ухо, единственное, что мне приходит в голову.

‒ Меня зовут Клинтон, малышка. ‒ И действительно, до этого момента мне даже не приходило в голову представиться. Я чувствую, как ее тело замирает от неожиданности, как будто она раздумывает над моими словами, будто у нее есть на это время. Затем я вижу ее взгляд, который о многом говорит.

Но было уже поздно.

Мы упали в воду.

Сильный всплеск образовывается над поверхностью воды, и наши тела начинает погружаться вглубь с нещадной скоростью. Я пытаюсь всплыть, но давление воды становится невыносимым.

Течение несет нас слишком быстро. Я стараюсь со всей силы грести на поверхность воды, пытаясь поднять нас на свет. Я чувствую, как мои легкие начинают гореть от нехватки воздуха. Внезапно я ощущаю ее руку на своей, она тоже страдает от нехватки воздуха.

Я обязан вытащить нас отсюда и унести Арью домой.

Собрав все свои силы, я не жалею себя и ударяю по воде снова и снова, толкая нас вверх. Вода плещется вокруг, создавая завесу из пузырей. Я слышу глухие звуки подводного мира, это похоже на далекий гром среди молний.

После бесконечных усилий, я вижу поверхность, с каждым гребком расстояние сокращается, но вдруг я опять чувствую тяжесть. И понимаю, что Арья убрала свои руки с моих плеч. Она обмякает в моей хватке, я осознаю, что она потеряла сознание и скорее всего, наглоталась воды.

С последним усилием я вытаскиваю нас на поверхность, и начинаю плыть к берегу. Свежий воздух врывается в легкие с жадностью, и я не могу оторвать своего взгляда от своей малышки. Она бледная и явно не может дышать.

Черт.

Приплыв к берегу, я вытаскиваю Арью на руках, с безумной скоростью и сразу же кладу ее на мелкие гальки, а следом опускаюсь сам, проверяю пульс, но его нет.

‒ Блять, нет!

Глухое рычание выходит у меня из груди, я не мог позволить ей умереть. Я кладу одну руку ей на грудь, а сверху другую, и начинаю делать массаж сердца. Сильные и быстрые нажатия, от которых каждый раз ее тело отталкивается от земли.

‒ Раз, два, три.… ‒ Надежда угасала с каждым безрезультатным движением.

‒ Ну же, давай, Арья! Ты не можешь вот так уйти! Я еще не закончил с тобой!

Результата не было.

После еще нескольких раз, я останавливаюсь и наклоняюсь к ее лицу, быстро проверяя дыхание, но его нет.

‒ Мать твою.… Очнись же…

Я закрываю ее нос и делаю большой вдох в свои легкие. Затем я прижимаю свои губы к ее, и выдыхаю воздух в ее рот. Каждый вдох был полон надежды, но ее губы оставались синими и холодными.

После нескольких вдохов, я возвращаюсь к массажу сердца. Она оставалась холодной, но у меня была надежда. Мои руки работают на автомате без усталости.

Спустя несколько минут борьбы за ее жизнь, мне кажется на секунду, что все потеряно, но вдруг она начинает кашлять. Я замираю от облегчения. Этот звук похож на пробуждение, вода выливается из ее рта, затем Арья резко и тяжело начинает дышать.

‒ Клинтон… ‒ хрипло произносит она и сразу же теряет сознание. Еще некоторое время я сижу над ее телом и довольно улыбаюсь.

Она знает мое имя.

Она его запомнила.

Это ее первое слово после того, как она очнулась.

Придя в себя от блаженного удовольствия, я понимаю, что надо поскорее уносить Арью отсюда и согреть ее тело.

Подняв ее на руки, я быстрым шагом направляюсь к своей машине, благо она находится не так далеко. Положив Арью на заднее сидение своего Brabusa, я завожу двигатель, включаю печку на всю мощность и мчу к ее дому.

А с ублюдком Диком я разберусь утром, если он не умрет за ночь в этом лесу. Либо от холода, либо его разорвут дикие животные, которые могут здесь обитать. Надеюсь, что эта мразь умрет от лап хищника в мучительной агонии.

Приехав с Арьей к ней домой, я поспешно отношу ее в комнату и переодеваю в сухую одежду, которую нахожу в комоде. Переодевая ее, я действительно не могу оторвать глаз от ее обнаженного тела, продолжая стоять достаточно долго над ней и пытаясь запомнить каждый участок ее тела.

Мне необходимо было запомнить его.

Вскоре, я нахожу фен в ванной комнате и сушу ее волосы насухо. Убедившись, что она согрелась, и ее дыхание спокойное, я прилег на вторую половину кровати рядом с ней. И до самого утра не мог оторвать от нее глаз.

Она прекрасна, и так невинна.

Наблюдая за ней, я ловлю себя на мысли, что хочу каждую ночь засыпать с ней и просыпаться каждое утро, глядя на нее.

Но, скорее всего, после произошедшего, она снова отдалится от меня и будет избегать. Поэтому я собираюсь объяснить ей всю ситуацию, которую она увидела вчера в лесу. Хочу рассказать ей о своей реальной работе и объяснить, как я к этому пришел. Неожиданно для самого себя, я понимаю, что хочу открыться этой девушке и рассказать ей обо всех своих грехах.

Может, это подействует на нее? И она не будет считать меня убийцей, сошедшим с ума, которым я и являюсь.

До Арьи, у меня не было никаких отношений, если это можно назвать так. Но у меня были кратковременные интрижки и секс на одну ночь. А я, как мужчина, который пользуется популярностью со стороны женского пола, не мог отказывать себе в этом.

Куда бы ни пошел и где бы я ни был, я знал и видел, что девушки всегда обращали на меня внимание и вешались. Может, именно из-за этого, я хочу чего-то большего от Арьи? И хочу, кому-то открыться полностью?