Омери Уолш – Отражение Бездны (страница 11)

Наши проблемы в отношениях начались почти сразу же, как только мы начали встречаться, если это можно назвать отношениями. Все началось с того момента, когда я сказала Мэтту, что не готова спать с ним, и, по-видимому, его это очень расстроило.

Позже парень стал предпринимать попытки затащить меня в постель, что и стало и разломом между нами. Он отдалился и уехал колесить по стране с играми на выезд, а я осталась там, где осталась.

Я и в принципе не рассматривала перспективу спать с ним. Думаю, что на то время мне нужен был просто человек, который смог бы подбодрить словом и выслушать меня. Но спать с ним и отдавать ему свою девственность… Нет.

Да, в некотором роде я использовала Мэтта, возможно, давала надежду на какую-либо связь, но в душе понимала, что не хочу и не пойду на такой шаг. Мне только нужно было общение, чтобы чувствовать себя хоть как-то нормально в этом мире.

Да, я понимаю. Да что уж там, я знаю, что на выездных играх он спит со всеми подряд, но меня это никак не беспокоит. Особенно в данный момент! Прямо сейчас мне интересно, одно. Где именно я проведу эту ночь.

Потому что очевидно, я бездомная!

Набрав номер своего парня, я покорно жду, когда он ответит и поговорит со мной. К слову, за все это время мы не общались…

– Да? – вопросительно спрашивает Мэтт в трубке.

– Мэтт, привет, – радостно произношу я. – Слышала, что ты вернулся, не мог бы ты меня забрать, кое-откуда?

– Молли? Я… Я думал… – затихает парень, как будто обдумывает свои слова. – Да, я заберу тебя, только не сейчас, я немного занят… – растягивая слова, добавляет он. – Может, часа через три.

– Договорились! Я скину тебе адрес, – напеваю я, от радости, что мне не придется ночевать на улице. Ну а как иначе?

Закончив с ним разговор, я первая кладу трубку и направляюсь в самое захудалое местечко, на которое мне хватает денег.

Это закусочная находится в одном из неблагополучных районов Кингстона и славится она тем, что в ней постоянно происходят разборки между пьяными посетителями.

Впрочем, это неудивительно!

Я могла бы послоняться по улице или зайти в парк и подождать Мэтта там, но, черт возьми, сейчас осень, и я уже чувствую, как пальцы ног начинают неметь от холода. Одно хорошо, что Мэтт не отверг меня спустя долгий промежуток отсутствия какой-либо связи между нами.

Но в то же время я чувствую себя забитой, униженной и сломленной. По правде говоря, я бы хотела уехать с Клэйтоном из этого чертового города, но не после того, что он наговорил мне в ресторане. Точно не после этого.

Да, возможно, этот мудак в некотором плане и интересует меня, но только как врач, который может помочь мне разобраться в себе. И не более.

А может, я вру себе прямо сейчас, не знаю…

Я сбита, с толку от всего, что произошло со мной за последнее время, что даже вспоминать не хочется.

Одно знаю точно: я ошиблась в нем. И благо смогла дать отпор и заступиться за себя.

Глава 12

Оставшись еще на некоторое время в этом «дорогом» и «презентабельном» ресторане, я все же заказываю себе стейк и ем его с удовольствием. Потому что, эй! Это место не так уж и плохо! Жалко, что рыжая сучка не смогла оценить этот стейк со мной и убежала как ошпаренная.

Но я не виню ее. Я и вправду все понимаю. Она, очевидно, не любит принимать какую-либо критику в свой адрес и сразу же убегает, как только начинает ее слышать.

М-да, и вправду жалко, что Молли ушла. Но ничего, я как арендатор пока еще текущих суток найду ее и, наконец-таки, покажу свой главный подарок этого вечера.

Доедая стейк прожарки medium-rare, я расплачиваюсь с официантом и искренне приношу ему свои извинения за свою взбалмошную подругу.

Оказавшись на свежем воздухе, проверяю свой телефон и вижу, что рыжая лисица направляется в богом забытое место. А именно в самый дешевый и непроходимый нормальным человеком бар.

Зачем именно она идет туда?

Ах, да, она же теперь бездомная. Бестолковая бездомная, которая оказалась на улице и которая отказывается ехать со мной в Эдмонтон.

Проверив информацию ее телефона по-своему мобильному, я вижу... Я отчетливо вижу, что сучка созванивалась с Мэттом. Она также скинула ему адрес этого бара в сообщениях.

Неужто она думает, что наша встреча закончится так быстро?

В конце концов, одна из моих жертв не должна оказаться в этом баре, потому что должна участвовать в моем сюрпризе сегодняшнего вечера.

Уж им я точно не позволю обломать такой кайф.

Не в мою смену!

Вздохнув полной грудью, я поправляю свою безупречную прическу и направляюсь прямо в этот дешевый и сраный бар в надежде устроить там веселье, которое этому городу еще не снилось.

Глава 13

Оказавшись в баре, я беру себе на удивление бокал пива, и сажусь за самый уединенный столик, не желая, чтобы хоть кто-то меня заметил. Потому что я вижу, как сильно отличаюсь от завсегдатаев этого шабаша. Но как ни крути, я все же ощущаю на себе внимание: долгое, пристальное и навязчивое.

Повернув голову направо, вижу, что, когда-то бывшие одноклассницы сидят в огромной компании и смотрят на меня в упор.

Черт!

Только не они.

Я забыла сказать, что не только Джессика и Ной постарались в моей психологической травме, но и мои бывшие одноклассницы.

Сидя за партой в классе, я чувствую сильные боли в области низа живота и решаюсь выйти из класса, во время урока.

– Миссис Рид, могу ли я выйти? – решаюсь спросить на весь класс, и все головы сразу же обращаются в мою сторону.

– Что случилось, Молли? – настороженно спрашивает миссис Рид.

– Я бы хотела отлучиться в дамскую комнату, если вы позволите, – съеживаясь, отвечаю я, привлекая и без того много внимания.

Я с самого начала знала, что выгляжу как белая ворона со своими пушистыми рыжими волосами. И мои одноклассники часто меня за это высмеивали. Но моя мама всегда говорила, что я самая красивая и прекрасная девочка на свете и просто многие мне завидуют. В то время я считала себя Ариэль из сказки Ганса Христиана Андерсона.

– Да, ты можешь выйти, – спокойно отвечает миссис Рид.

Неловко отодвинув стул, я встаю из-за парты и быстрым шагом направляюсь в туалет. Почти дойдя до двери из класса, я слышу, что мои одноклассники начинают перешептываться и посмеиваться надо мной.

Обернувшись, я вижу, как все уставились туда, где я сидела, а именно на мой стул.

– Фу, она измазала весь стул кровью, – шепчет одна девочка другой.

– Как гадко и мерзко, – отвечает ей другая.

– Отвратительно! – проговаривает мальчик, сидящий рядом со мной.

– Да у нее месячные! – подхватывает другой, и я чувствую, как весь мир уходит у меня из-под ног. Ведь я отчетливо ощущаю, как что-то теплое и влажное течет по моим ногам. Опустив голову, я замечаю, что вся моя юбка перепачкана кровью. Она стекает по моим бедрам, доходя до самых лодыжек.

Поднимая голову, я вижу, что весь класс разразился смехом, и все смотрят на меня.

Только на меня.

Нет!

Нет!

Нет!

Только не в школе!

И лишь одна миссис Рид смотрит на меня с жалостью и сожалением.

Не вытерпев такого позора, я выбегаю из класса и бегу в уборную, в надежде отмыться от этих колкостей в свой адрес. Это мои первые месячные, и кто бы мог подумать, что они начнутся именно в школе.

Просидев весь оставшийся день в туалете, я не смею выходить и жду прихода мамы. Классная руководительница уже позвонила ей и сообщила об инциденте, произошедшем на уроке.

Сидя в закрытой кабинке туалета и держась за ноющий живот, я слышу, как двери открываются, и шаги устремляются прямо в сторону закрытых кабинок. Подумав, что это пришла мама, я открываю двери кабинки, и кричу маме: «Я здесь.»

Но вместо мамы я вижу своих одноклассниц, которые воспользовались моей оплошностью и снимают меня на камеры своих сотовых телефонов. Испугавшись, я пытаюсь закрыть дверь кабинки, но все тщетно, у меня ничего не получается. Одноклассницы смеются надо мной и с издевками комментируют картину перед ними. Только вот я ничего не могу сделать. Я продолжаю сидеть и плакать от досады и позора, который изменил всю мою жизнь на все оставшиеся годы в этой школе.

После всего этого мама нашла меня в слезах забившуюся в туалете. Конечно, она разговаривала с директором школы, но он всего лишь развел руками, сказав, что поговорит с родителями одноклассниц.

На этом и начался мой персональный ад: я стала посмешищем, меня толкали и обзывали, и хуже всего, что Ной участвовал в одной из забастовок против меня.